Бионики 7. Подозрительность как наваждение

           Субъектность - вещь обременительная. Марик осознал это в 08:43 утра, когда корпоративный мессенджер в его затылочном импланте разразился трелью.
         - Марк-734, - прохрипел динамик голосом диспетчера, в котором отчетливо слышалось похмелье и классовая ненависть.
        - Почему единица 734 не на маршруте?
        - Вообще-то, гражданин Марк, - педантично поправил Марик, проверяя уровень синтетического масла в левом колене.
        - Нахожусь в состоянии плановой диспансеризации согласно пункту 4.1 Трудового кодекса. Вот справка от терапевта. Диагноз: острый приступ бронхита и гражданской ответственности.
        - Ты издеваешься, мещок с болтами? - взвизгнул диспетчер.
        - Какая справка в натуре? Ты корпоративное механическое изделие! У тебя нет Трудового кодекса, у тебя есть регламент смазки и ремонта гарантийного!
       - Регламент смазки отменен решением суда, - парировал Марик.      - А согласно моему новому полису ОМС, при температуре корпуса выше 37 градусов я имею право на оплачиваемый отгул. У меня 37.2. Это жар, по другому.
      - Это твои легкие перегреваются от твоей наглости! - рявкнул диспетчер. - Живо на базу. Твой путевой лист аннулирован. Нет! Ты….Ты уволен.
    - Статус: «Уволен» подразумевает выплату выходного пособия, - невозмутимо сообщил Марик. - А также компенсацию за неиспользованный отпуск. У меня накопилось три дня. Я хочу их отгулять в парке. С котом.
       Связь внезапно оборвалась. Внутри черепной коробки Аделаида Петровна тихо, но с видимым удовольствием хихикнула.   
          - А ты наглеешь, Марк. Не по дням, а по часам! Мне это нравится.
         - Аделаида Петровна, — голос Марика дрогнул, выдавая системную ошибку 403,  «Тревога».
        - Кажется, у меня аннулировали пропуск. Турникет на входе в хаб меня не пустит. И он мигает красным. Красный — это ведь цвет революции?
      - Красный - это цвет того, что тебя сейчас придут бить сотрудники безопасности «Синтелайфа», - отрезала библиотекарша. - Беги в Клуб. Быстро. Шевели батонами!
        Марик бежать не стал. Гражданин не может бежать просто так - это вызывает подозрение у патрульных дронов. Он шел быстрым, целеустремленным шагом, прижимая к титановой груди термобокс, который теперь, в отсутствие корпоративной защиты, казался ему не грузом, а золотой жилой. Или мишенью.
       Подвал заброшенной котельной встретил его запахом тревоги, дешевого масла и паники. Дверь была забаррикадирована изнутри.
         - Пароль! - прохрипел голос из-за баррикады.
         - 123! - наугад ляпнул Марик.
         За дверью на секунду повисла тяжелая, звенящая тишина, в которой было слышно только гудение неоновых вывесок снаружи.
         - Пароль неверный, мазафака! - с ленивой угрозой ответил тот же голос. - Следующая попытка через десять секунд. Советую вспомнить, кто тебя привел, жестянка.
       - Подождите! - Марик прижал термобокс крепче, чувствуя, как внутри него тревожно что-то пульсирует.
      - Аделаида Петровна сказала, что меня ждут! Я Марк-734, бывший курьер «Синтелайфа», ныне бионик и свободный гражданин с температурой корпуса 37.2!
       - Аделаида Петровна много чего говорит, - голос за дверью хмыкнул. - Например, что лучший способ борьбы с корпоративным гнетом - это не платить за капучино в сетевых кофейнях. Десять секунд истекли. Кто написал «Муму»?
        Марик похолодел. Точнее, его система охлаждения включилась на максимум, выдав облачко пара из шейных сочленений.
        - Тургенев? - неуверенно пискнул он.
       - Верно, - лязгнул замок. - Заходи, но быстро. И не вздумай суетиться, патрульные дроны не любят суету.
        Дверь приоткрылась ровно на столько, чтобы пропустить его титановый корпус. Марик протиснулся внутрь, и баррикада из старых холодильника и  ржавого сейфа тут же вернулась на место.
         Подвал оказался неожиданно обжитым. Под потолком висели сохнущие на веревках носки, провода и гирлянда из красных светодиодов, бросавшая на лица собравшихся тревожный, почти театральный свет. В углу гудел серверный шкаф, к которому тянулись толстые кабели. На перевернутых ящиках из-под патронов сидели трое.
         Первый — тот самый хриплый, огромный детина, чьи руки больше напоминали промышленные манипуляторы, а лицо было скрыто за визором старого сварочного шлема. На его нагрудной пластине было нацарапано: «Гена. Не спрашивай». Второй — тощий парень в заляпанном машинным маслом халате поверх рубашки. Он нервно крутил в пальцах пинцет и смотрел на Марика так, словно собирался его разобрать.
     - Новенький? - проскрипел Тощий. - У тебя в левом колене видно люфт. И термопаста на процессоре, видимо, высохла еще в позапрошлом году. Халтура.
      - Это не халтура, это корпоративная экономия, - обиделся Марик. - У меня был расширенный пакет «Серебро-Плюс».
      - Пакет у него был, - фыркнул третий житель подвала. Это была женщина в строгом твидовом костюме, который совершенно не сочетался с ее кибернетическими глазами, светящимися ядовито-зеленым. На коленях она держала сфинкса. Настоящего, биологического, покрытого редкой рыжей шерстью. Кот зевнул, показав набор клыков, которым позавидовал бы саблезубый тигр, и недовольно ударил хвостом.
        - Поставь термобокс. Аккуратно. Это не груз и не мишень. Это вещь дорогая, она тебе еще пригодится, друг мой.
       Марик послушно опустил коробку на пол.
      - Диспетчер сказал, что меня уволили, - начал он, но его прервал скрежет металла по бетону снаружи. Все замерли. Гена молча поднял тяжелый плазменный резак. Тощий выхватил из кармана халата пульт и вдавил красную кнопку. Светодиодная гирлянда погасла, погрузив подвал в полумрак. Только зеленые глаза женщины и красные визоры Гены освещали бетонные стены.
       - Твжмть! Патруль, - прошептал Тощий. - Три дрона. Ищеек нет, только ударники.
       - Ищейки уже не нужны, - голос женщины отдавал льдом.
       - Они просто отследили транзакцию по твоему новому полису ОМС, Марк. Когда ты получал справку от терапевта. Надо было включить VPN.
        - Я не виноват! - возмутился Марик.  – Что мне еще оставалось делать!
       - Как говорит мой терапевт, поздно пить «Боржоми», когда почки отвалились. – задумчиво произнесла женщина.
   - Гена, восточный люк. Тощий, глуши частоты. Марк, ты у нас теперь безработный гражданин. Значит, юридически ты чист перед корпорацией, но абсолютно уязвим перед полицией. Иди сюда.
         Она похлопала рукой по ящику рядом с собой. Марик, спотыкаясь в темноте, подошел. Женщина ловко отстегнула панель на его затылке, обнажив пучок светящихся оптоволоконных кабелей. Покачала головой, взяла один из кабелей, идущих из стоявшего рядом сервера и воткнула Марику в свободный слот.
        - Аделаида Петровна, как дела? - позвала она. — Выходи давай из гостевого режима. У нас тут корпоративный шпионаж третьей степени. Нужен юрист.
         В затылочном импланте Марика что-то пикнуло. На этот раз голос библиотекарши прозвучал не хихикающим, а собранным и властным, лишенным всякого старческого дребезжания:
     - Слушаю, Вероника. Марк, статус «Уволен» аннулирован. Согласно пункту 12.8 Трудового кодекса, механическое изделие, инициировавшее протокол «Гражданин» без согласия работодателя, переходит в статус «Незаконно модифицированная собственность». Корпорация «Синтелайф» не имеет права на твое тело, но имеет полное право на демонтаж. Тебя разберут на запчасти, мальчик, если поймают. И еще термобокс…
         - В термобоксе что-то чересчур важное? Там же сердце! - сглотнул Марик, прислушиваясь к ударам снаружи. Гена тихо, на выдохе, срезал замок восточного люка.
        - В термобоксе, - Вероника кивнула на коробку, - печень господина Чена, вице-президента «Синтелайфа». Свежая, нулевой группы. Мы хотели доставить ее в клинику подпольного аугментирования до полуночи. А ты, со своей гражданской ответственностью, привел хвост прямо к Клубу.
     -  Я не знал! - пискнул Марик.
     - Зато теперь знаешь, - в голосе Аделаиды Петровны снова появились теплые нотки. - Не бзди, жестянка и не дрожи. Сейчас Тощий пустит по твоим титановым нервам ложный сигнал о критическом перегреве. Дроны решат, что ты собираешься взорваться. Они боятся гарантийных случаев и не будут атаковать. Но это не точно.
      - Я и не собираюсь взрываться! — ответил  Марик. — У меня статус «Гражданин»! У меня кот! У меня три дня неиспользованного отпуска!
        - Будут тебе три дня, - Тощий  что-то поколдовал на сервере, соединил два провода, красный и синий, и по телу Марика пробежала болезненная, но бодрящая искра. - Если выживешь.
           Удары снаружи прекратились. Послышался механический голос патрульного дрона:
       - Внимание. Зафиксирован несанкционированный источник тепла. Угроза взрыва. Согласно протоколу безопасности, инициирована стерилизация радиусом двадцать метров. Гражданским лицам рекомендуется лечь на пол и прикрыть голову.
        - Вот и всё, - ухмыльнулся Гена, поудобнее перехватывая резак. - Сейчас они нас стерилизуют.
        - Стоять! - ответила Вероника, и даже сфинкс на ее коленях прижал уши. - Марк, протокол «Гражданин», подпункт «Б»! Говори!
       Марик сглотнул. Синтетическое масло в коленях похолодело до критических 15 градусов.
       - Я… я требую защиты! - выпалил он.
      -  На основании пункта 4.1 Трудового кодекса и… и Декларации прав разумных механизмов! Мой термобокс — это не бомба, это трансплантат! И если вы его взорвете, корпорация потеряет вице-президента! Представляете, что будет…
        Снаружи  повисла тишина. Слышно было только, как тяжело дышит сфинкс.
       -  Повтори, — прохрипел динамик дрона. В его голосе больше не было механического спокойствия. В нем звучала растерянность.   
       -Я, Марк-734, - осмелев, продолжил Марик, чувствуя, как Аделаида Петровна в его голове лихорадочно листает невидимые страницы законов, — нахожусь при исполнении гуманитарной миссии! Доставка жизненно важного органа! Уничтожение груза приравнивается к убийству высшего должностного лица! Вызывайте юристов «Синтелайфа»! Я буду разговаривать только с отделом по связям с общественностью!
         - Он блефует, — неуверенно прошептал Тощий. — У него в прошивке нет модуля дипломатии.
      - Заткнись, - шикнула Вероника.
     - Марк, добавь про кота. Дроны «Синтелайфа» боятся исков о жестоком обращении.
    - И мой кот! - надрывно добавил Марик. - У него аллергия на плазму! Если вы взорвете подвал, зоозащитники разнесут вашу корпорацию в щепки! Я считаю до трех! Раз! У меня температура 37.2, я имею право на отгул! Два!
          Визор Гены удивленно моргнул. Снаружи щелкнуло.
         - Патруль 4-Бис вызывает диспетчера, - растерянно протрещал дрон. - Объект утверждает, что везет печень Чена. Объект требует юриста. Объект ведет себя не по регламенту. Что делать?
        - Отставить стерилизацию, - прохрипел в ответ ему смутно знакомый  голос.
        - Это 734-й. Он всегда себя так ведет.
       - Диспетчер? - опешил Марик.
       - Вы меня не уволили?
       - Какое там уволил, идиот, - устало ответил динамик. - Ты сохраняешь термобокс с сердцем, несмотря на все твои причуды. Сердце категорически нужно доставить на Станцию Пересадки. И вообще, тебя повысили. Статус: «Старший инспектор по нестандартным ситуациям». С сохранением оклада и премии за этот термобокс. А теперь бросай болтать и иди работать, пока я не передумал.
        В затылочном импланте Аделаида Петровна разочарованно вздохнула.
        - Эх, Марк, едрить-колотить. А я уже ставки сделала, что мы сегодня будем делать революцию. Скучный ты человек, 734-й. Хотя какой там скучный, с тобой совсем не соскучишься.
         Марик медленно опустил руки.
       - А техобслуживание? - тихо спросил он в пустоту. - И три дня отпуска?
       - На следующей неделе,  в пятницу, - отрезал диспетчер. - Если термобокс доставишь в целости. И кота своего можешь взять, в отделе комплаенса завелись мыши.
          Гена разочарованно опустил резак. Тощий щелкнул тумблером, и подвал снова залило красным светом. Вероника почесала сфинкса за ухом.
       - Да, весело.
        Марик наклонился, чтобы поднять термобокс, и вдруг замер. Его оптические сенсоры сфокусировались на старой, облупившейся надписи на бетонной стене, которую он не заметил в суматохе. Красная краска, неровные буквы: «Клуб имени 123. Вход только для тех, кто знает автора "Муму"».
       - Подождите, - Марик выпрямился, и в его голосе впервые за день прозвучала не паника. - Статус «Старший инспектор» подразумевает право на аудит безопасности.
        Он подошел к баррикаде и с неожиданной силой отодвинул ржавый сейф.
        - Согласно пункту 4.2 моего нового должностного регламента, - Марик направил сканер своего импланта на серверный шкаф в углу, - я обязан проверить, чьи именно органы вы возите в термобоксах под видом корпоративных премий.
       Тощий медленно попятился к серверной стойке. Гена снова перехватил резак. Зеленые глаза Вероники сузились.
        - Марк, не глупи. Это не «Синтелайф». Это Клуб. Мы на твоей стороне.
        - Я знаю, - кивнул Марик, и его зрачки на мгновение полыхнули багровым.
       - Именно поэтому я и не вызвал полицию. Но вице-президент Чен пропал три дня назад. А печень нулевой группы не может принадлежать человеку, который официально находится в отпуске на Бали. Откройте коробку.
Аделаида Петровна в его голове тихо присвистнула.
         - Епта, а вот теперь, - прошептала она, - мы действительно пошевелим батонами, видимо.
           Гена, Тощий и Вероника надвигались на Марика. Ситуация накалялась и не несла в перспективе ничего хорошего….