Пушинка

        - Легкая, почти невесомая, вырвалась она из тесноты ей подобных - на волю! Тёплый ветер, чьи порывы были нежны как дыхание, как вдохновение - подхватил её в свои ласковые объятия, и она летела в них сама не своя от восторженного чувства давно ожидаемого, но всё же внезапного счастья. Нет, конечно, она не была излишне доверчивой, жизнь среди ближних научила её кое-чему... Но он был так обходителен с ней, так удивительно вежлив, порядочен, что она словно таяла от его тепла - как какая-нибудь снежинка в лучах солнца! Казалось, что после такого и умереть будет не жаль... Ах, если бы это длилось вечно! С ним, только с ним одним, увидела она мир в его необъятности, красоте и величии! Всю предыдущую жизнь - да разве можно назвать это жизнью! - она только толпилась среди других таких же и по мере сил старалась оградить себя от их надоевшей близости и навязчивости. Но он... Он другой. - С каким чувством, как необычно подхватил он её, когда она падала всё ниже и ниже! Пусть это даже как сон, мимолётно, и вероятно пройдёт, закончится пробуждением где нибудь там, в грязной луже.., но всё-таки и тогда, погибая, будет помнить она о мгновениях полного счастья и неземной, небесной любви! - Что ж, он так ветренен и непостоянен... Так склонен увлекаться другими... Ведь он - ветер... Пойди! Удержи его! Вот, он уже в небе и гонит, как пастух отару овец, облака. А погодя немного, вздымает на море волны - и бьёт их о скалы с размаху!, и вырывает с корнем вековые деревья, рвёт и крушит что ни попадя! Потом затихает и где-то украдкою спит. А проснувшись, о том забывает - что было, - как будто и не было ничего прежде сна. Прощай, гуляка! Пушинка, покинутая тобой, погибает! Её, когда-то чистую и белоснежную, грубо и беспощадно втаптывают в чёрную, мерзкую грязь ноги прохожих! Но что тебе до неё? - Ты найдёшь себе много других забав, о которых также забудешь, когда проснёшься. Не спи, ветер! Не спи, не гуляй, не будь ветренным, ветер... - Это было последнее, о чем подумалось некогда белоснежной пушинке - перед тем как навечно уйти в мир иной, мир вечной любви и волшебных грёз. Грязь она оставила этому миру.





PS. - Говорят, будто ветер все-таки вспомнил о ней потом, да что толку? Поздно! Поздно! - Буйствовал, говорят, несколько дней и ночей - и крыши с домов срывал и сбивал с ног прохожих, но не нашел он своей пушинки, гуляка! Так и мыкается теперь, забубенная голова. Иной раз так от кручины своей завоет, что и за каменное сердце берёт и слезу наворачивает. - А то!