Встреча в Лондоне

Часть первая. Театр
Лондонский театр пах пылью, старой краской и чем-то ещё — тем самым запахом, который Майкл Шин помнил с юности. Он вышел из гримёрки после репетиции, уставший, но довольный. Роль была сложной — шекспировский король, измученный властью и одиночеством. Он играл её уже месяц, и каждый раз находил что-то новое.
Коридор был длинным и пустым. Майкл шёл к выходу, думая о том, что надо зайти в кофейню за углом, выпить чаю и домой.
А потом он увидел его.
Джейми стоял у стены с фотоаппаратом в руках, с папкой для эскизов под мышкой. Он был в чёрном пальто, с растрёпанными волосами, с усталыми глазами. Он смотрел в телефон, но поднял голову, когда услышал шаги.
И замер.
Майкл остановился. Он не верил своим глазам. Джейми Кемпбелл Бауэр — здесь, в Лондоне, в его театре, в этом коридоре. Стоит и смотрит на него.
— Майкл? — сказал Джейми тихо.
— Джейми.
Они стояли и смотрели друг на друга. Секунду. Две. Три. А потом Майкл шагнул вперёд и обнял его.
Крепко. Так, как обнимают тех, кого не видели слишком долго. Так, как обнимают тех, кого боялись не увидеть никогда. Так, как обнимают тех, кого любили всю жизнь.
Джейми обнял его в ответ. Он не говорил ни слова. Просто стоял и держал его.
Часть вторая. Разговор
Они отошли в сторону — в маленькую комнату для репетиций, где никого не было. Сели на стулья. Майкл смотрел на Джейми и не мог наглядеться.
— Ты не говорил, что будешь в Лондоне, — сказал он.
— Я не знал, что ты будешь здесь, — ответил Джейми. — Я приехал на фотосессию. Театр заказал съёмку для нового журнала.
— Я здесь играю, работаю.
— Я знаю. Я видел афишу. Поэтому и пришёл.
Майкл молчал. Он смотрел на Джейми —на его морщины, на его усталые глаза. Он видел его каждый день в своих мыслях, но не видел вживую. И теперь не знал, что сказать.
— Ты как? — спросил Джейми.
— Нормально. Работаю. Дидим растёт. Аро и Кай в университете. Всё хорошо.
— А ты? — Майкл посмотрел на него. — Ты счастлив?
Джейми помолчал. Потом сказал:
— Не знаю. Я люблю Елену. Люблю Кайуса. Но иногда думаю о тебе. О том, что могло бы быть.
— Я тоже, — ответил Майкл. — Часто.
Они замолчали. В коридоре кто-то прошёл, стуча каблуками. Где-то далеко играла музыка — репетиция в другом зале.
— Мы не должны были встречаться, — сказал Джейми. — Не сейчас. Не так.
— Почему?
— Потому что я не готов. Ты не готов. У нас семьи. Дети. Жизни.
— У нас есть мы, — сказал Майкл тихо. — Всегда были.
Джейми посмотрел на него. В его глазах блестели слёзы.
— Я знаю, — сказал он. — Но мы не можем.
— Почему?
— Потому что это разрушит всё. Елену. Анну. Кайуса. Аро. Всех.
Майкл молчал. Он знал, что Джейми прав. Но он также знал, что не может отпустить его снова.
— Я не хочу тебя терять, — сказал он.

— Ты не теряешь. Я всегда здесь. В твоей памяти. В твоём сердце. В твоих письмах.
— Это не то же самое.
— Знаю. Но это всё, что мы можем.
Они сидели и смотрели друг на друга. Время шло. За окном темнело.
— Мне пора, — сказал Джейми наконец. — Фотосессия.
— Я знаю.
Они встали. Майкл подошёл к нему. Положил руку на его плечо.
— Береги себя, — сказал он.
— И ты.
Джейми вышел. Майкл остался стоять в комнате. Смотрел на дверь, которая закрылась за ним. И думал о том, что иногда любовь — это не встреча. Иногда любовь — это отпускание.
Часть третья. Вечер
Вечером Майкл позвонил Аро.
— Сынок, — сказал он. — Я сегодня видел Джейми.
— В Лондоне? — удивился Аро. — Он же в Форксе.
— Приехал на фотосессию. В мой театр. Мы поговорили.
— И как?
— Странно. Хорошо. Больно.
— Ты в порядке?
— Не знаю. Но я рад, что увидел его. Даже если это было недолго.
— Я тебя люблю, папа.
— Я тебя тоже, сын.
Майкл сбросил вызов. Посмотрел на телефон. На экране была фотография — Аро и Кайус, смеющиеся, счастливые. Он улыбнулся. И пошёл домой. К жизни. Которая продолжалась — несмотря ни на что.


Рецензии