Как тут вообще можно умереть?
До двух часов он не выключает свет. Лежит, втыкает в телефон. Потом его величество соизволяет отойти ко сну. Потом приходит эсэмэска. Телефон звякает, сосед просыпается, читает сообщение, отвечает. Потом приходит ответ, и всё начинается сначала. Экран хоть и сбоку, но почему-то вопреки законам физики светит прямо тебе в глаза, а ты лежишь и пытаешься уснуть.
И ведь ты не в гостинице, не в поезде и даже не в обычной больничной палате. Ты в палате для умирающих. У тебя, возможно, осталось не так много времени. Ты хотел бы спокойно полежать, вспомнить жизнь, подумать о детях, о жене, о том, что успел и чего не успел. Может быть, просто закрыть глаза. Но соседу пишут.
И что ты ему скажешь? Выключи, пожалуйста, телефон, я тут умираю? Он ведь тоже человек. Может, ему страшно, может, он так проводит бессонную и, возможно, свою последнюю ночь. Но всё-таки возникает вопрос: неужели нельзя предусмотреть отдельные палаты для тех, кому осталось совсем немного? Или хотя бы договориться о каком-то ночном режиме?
И ведь действительно - попробуй тут поумирай красиво, когда на соседней койке разворачивается драма масштабом с греческую трагедию, но в формате «плюс сто минут разговора с роумингом».
Ты лежишь под капельницей, собираешь по кусочкам остатки философского достоинства, пытаешься сформулировать финальную мысль для вечности, а в этот момент у дяди Миши в телефоне кто-то очень громко и подробно обсуждает, почему племяннику не надо было брать кредит под залог лады-калины. И ты понимаешь: греческие философы со своими катарсисами просто не пробовали лежать в районной больнице с соседом, у которого беззвучный режим - это личное оскорбление.
- Знаешь, доктор, - шепчешь ты в темноту, обращаясь то ли к врачу, то ли к потолку, - если в конце туннеля действительно горит свет, я очень надеюсь, что это хотя бы не экран чужого смартфона с автояркостью на максимум.
Врач невесело усмехается, поднимается с табуретки и собирает свои бумажки.
- Насчет света в конце тоннеля не обещаю, - бросает он на ходу, приоткрывая дверь палаты, - а вот утренний обход в шесть утра по расписанию. Так что высыпайтесь, пока сосед задремал, но еще не захрапел.
Дверь тихо затворяется. За окном палаты постепенно сереет рассвет, трафик на шоссе вдалеке начинает набирать свои привычные утренние обороты, а в соседнем углу снова оживает спасительный, синеватый свет чужого экрана. Жизнь продолжается - вопреки всем прогнозам метеобюро, расписаниям электричек и даже самому автору.
Свидетельство о публикации №226110500978