АвторскИЙ самоназвание

Авторский самоназвание


Признаюсь в содеянном… чистосердечно:

- Мною, Долгих Владимиром Александровичем, пишущим под псевдонимом Владимир Бузмаков, создан новый литературный формат:
«Динамико-штриховая звучащая проза».

Пилотное произведение «Новый литературный формат» опубликовано на моей странице на литературном портале «Изба-Читальня» и на моем телеграмм-канале (документ «Нобелевка»), ввиду того, что на «Прозе.ру.» данное произведение невозможно опубликовать по техническим причинам, нужно перейти по ссылке внизу авторской страницы.

или так: https://t.me/Dkflbvbhl/27 /если работает/

…Запросил нейросеть о степени новаторства – две модели ответили несколько по-разному, особенно понравилось вот это выражение – «авторскИЙ самоназванИЕ», ниже привожу оба варианта ответа.


Ответ №1

…это как раз тот случай, когда о новаторстве можно говорить предметно. Сначала вердикт, потом обоснование.

Вердикт: это формат-гибрид средней степени новаторства. Ни один из его компонентов сам по себе не нов — но их конкретная связка, а главное, функция, которую они выполняют, — свежие.

Что представляет собой формат
В вашем файле заявлен жанр «динамико-штриховая звучащая проза»: этюд-речитатив, где актёр получает из-за кулис вербальные команды и исполняет их телом и голосом. Текст состоит из цепочек повелительных глаголов («стойте… скулите… плюйте… куйте»), к которым приклеены полноценные музыкальные обозначения — динамика (f, p, mp, fff), crescendo, maestoso, morendo, артикуляционные дуги, знаки акцентов. Финал — колыбельная «Баю-баюшки» с затуханием до ppp и morendo.

Ближайшие предшественники

«Партитуры событий» Йоко Оно и Fluxus (1960-е): инструкции вроде «оставьте театр» заменяют само произведение
garagemca.org +1
    «Соната в празвуках» Швиттерса, 
arzamas.academy +1
     Музыкализированная проза модернизма, вокальные партии с динамикой.

Термин «динамико-штриховая звучащая проза» в открытых источниках не встречается — то есть это АВТОРСКИЙ САМОНАЗВАНИЕ, а не устоявшийся жанр.

Где настоящая новизна
Первое и главное: динамика работает как психологическая характеристика персонажа. В классической партитуре crescendo или sf — техническое указание исполнителю. У вас же «скулите как профессор… как начальник… как спортсмен», «устали как сволочь… как добрый» — музыкальные знаки обрастают смысловой нагрузкой, становясь сатирической галереей типов. Композиторы и раньше «переводили» градацию поэтического текста в динамику, но обратный ход — когда динамическая ремарка сама пишет характер — это уже другой механизм.
rpc.alice.yandex.ru +1

Второе: интонация всё решает, а не слово. Команды «стойте», «куйте», «скулите» сами по себе абсурдны, и абсурд здесь роднит текст скорее с Хармсом и Введенским, чем с собственно музыкальной традицией. Но у Хармса абсурд живёт в сюжете и диалоге, а здесь — в самой материи произнесения: смена динамики превращает одну и ту же команду в разные эмоциональные состояния.

Третье: одновременная работа сразу трёх кодов — литературного (проза), музыкального (партитура) и театрального (мизансцена с актёром за кулисами). Каждый код существует и по отдельности; их сплав в одном коротком тексте — да, редкость.

Оценка по критериям
Точка отсчёта: радикальность средняя — читатель, знакомый с Fluxus и звуковой поэзией, узнает механику, но не узнает её применение.
Глубина изменений: не создан новый язык искусства, создан новый жанровый модуль. Это скромнее, но честнее.
Связь с задачами времени: ирония над регламентированным поведением («куйте тихо и вдумчиво… куйте злo!!!») — живая тема, и её перевод в динамические «вилочки» — остроумный ход.
по десятибалльной шкале — 6–7 из 10: сильный, оригинальный гибрид с одним по-настоящему свежим элементом (смыслоносная динамика), опирающийся на полувековую традицию перформативных партитур.


Ответ №2

 …ваш литературный формат с точки зрения его новаторства — по представленным фрагментам видно, что это действительно нестандартный эксперимент на стыке литературы и музыки.

Анализ новаторских черт
1. Синтез музыкальной и литературной нотации

Формат активно использует музыкальные обозначения для управления чтением:

Динамика:
Темп и артикуляция:
Штрихи и акценты:
Это не просто метафора: знаки задают реальный способ произнесения текста — громкость, скорость, эмоциональную окраску.

2. Специфика текста

Императивность: текст состоит из команд-глаголов («стойте», «скулите», «войте», «плюйте»), обращённых к читателю;исполнителю.
Парадоксальность и провокация: команды часто абсурдны или социально табуированы («плюйте веско на луну», «скулите как придурок»).
Вариативность исполнения: одна и та же команда повторяется с разными эмоциональными и динамическими маркерами («скулите как профессор», «скулите зло», «скулите вдумчиво»).
3. Концепция «звучащей прозы»

Текст не предназначен для молчаливого чтения. Он требует:

озвучивания;
телесной вовлечённости (мимика, жесты, возможно — движения);
импровизации в рамках заданных параметров.
4. Роль читателя

Читатель превращается в:

актёра (исполняет роли — «как профессор», «как начальник»);
музыканта (следует динамическим и темповым указаниям);
соавтора (выбирает интонацию в рамках заданного диапазона).
Сравнение с аналогами: где тут новизна?
Что похоже, но не то же самое:

Футуризм (Хлебников, Крученых): эксперименты со звуком и формой, но без музыкальной нотации.
Конкретная поэзия (1950–60;е): визуальная организация текста, иногда звукоподражание, но редко — инструкции по исполнению.
Гипертекст: нелинейность, но фокус на структуре, а не на звучании.
Перформативные тексты (пьесы, сценарии): содержат ремарки, но они описывают действия, а не способ произнесения каждой фразы.
Вокальные партитуры авангарда (Штокхаузен, Кейдж): используют нестандартные обозначения, но это музыка, а не литература.
В чём принципиальная новизна:

Систематическое применение музыкальной нотации к прозаическому тексту (не к поэзии и не к партитуре).
Унификация знака: музыкальные символы работают как универсальные инструкции для любого слова или действия.
Фокус на процессе: ценность не в «что сказано», а в «как это прозвучало здесь и сейчас».
Демократизация перформанса: не требует актёрской или музыкальной подготовки — правила заданы текстом.
Оценка степени новаторства
Формат можно считать умеренно новаторским:

Новаторское: синтез нотации, концепция звучащего текста;инструкции, новая роль читателя;исполнителя.
Традиционное: опора на уже существующие языки (литературный и музыкальный), использование императивных конструкций (известны со времён лозунгов и молитв).
Потенциал развития:

мультимедийные версии (видео;инструкции, интерактивные PDF);
коллективное исполнение (хор «скулящих»);
адаптация для театральных этюдов или арт;терапии;
расширение системы обозначений (например, цветовые маркеры для эмоций).
Вывод
Ваш формат — это новый подвид экспериментальной литературы: «динамико;штриховая звучащая проза» или «литературная партитура». Он создаёт:

новый опыт чтения (из рецептивного в перформативный);
инструмент для исследования телесно;голосовых реакций;
площадку для художественных экспериментов с коллективным звучанием.
Его сила — в чёткой системе правил, которая одновременно задаёт рамки и провоцирует импровизацию. Это не просто текст, а инструкция для создания уникального звукового события — и в этом его главная новизна.


Предложенные манифесты формата.




Вариант 1. Для манифеста (коротко и дерзко)
«Литературная партитура: текст как инструкция к звучанию. Здесь нет “правильного” прочтения — есть система динамических и темповых обозначений, которые превращают читателя в исполнителя. Слова не описывают действие — они приказывают, а нотация задаёт его форму. Это литература, которая существует только в голосе и теле, здесь и сейчас».

Вариант 2. Для заявки/аннотации (нейтрально и структурно)
«Формат “динамико;штриховая звучащая проза” объединяет литературную и музыкальную нотацию: динамика (pp–ffff), темп (accel, rit), артикуляция (dolce, maestoso) и императивные команды управляют исполнением текста. Читатель становится исполнителем, а ценность произведения — в перформативном опыте: вариативности интонаций, ролей и громкости при сохранении жёсткой системы обозначений. Формат стирает границу между текстом и партитурой, предлагая новый тип взаимодействия с литературным материалом».

Вариант 3. Для соцсетей/питча (образно и цепко)
«Это не текст, который читают глазами, — это инструкция для голоса. Здесь “плюйте веско” и “скулите как начальник” — не метафоры, а точные указания, а музыкальные знаки задают громкость, скорость и настроение. Ваш голос — инструмент, а страница — партитура. Один текст, сотни исполнений, одно правило: следуйте нотации и импровизируйте в её границах».

Вариант 4. Для академического/исследовательского контекста (с опорой на традиции)
«Экспериментальный формат опирается на традиции авангардной словесности (футуризм, конкретная поэзия) и расширяет их за счёт систематического применения музыкальной нотации к прозаическому тексту. В отличие от гипертекста (структурная нелинейность) и перформативных ремарок (описание действий), формат фиксирует способ произнесения каждой фразы через динамические, темповые и артикуляционные обозначения. Это создаёт новый тип читательского опыта: рецептивный акт трансформируется в перформативный, где читатель выступает одновременно как актёр, музыкант и соавтор».

Вариант 5. Как слоган/подпись (ёмко)
«Читай голосом. Играй текстом.»
«Партитура для твоего голоса.»
«Слова как ноты. Ты — исполнитель.»


P.S. Данный формат может быть использован не только в театрально-драматическом контексте, но и в любом прозаическом или поэтическом жанре.


Рецензии