Отрицательный глава 29

Я шёл и вдыхал полной грудью, с шумом выдыхал и в целом получал удовольствие. Хелена заметила моё приподнятое настроение и поинтересовалась:
— Ты чего такой довольный?
Я не спешил с ответом. Просто шёл, смотрел, как Серый трусит в метрах десяти впереди. Воздух тёплый, ощущался приятно: ни жарко, как в убежище, ни прохладно, как там, в лесу. Тишина. Только мои цок-цок-цок. Иногда Хелена чуть взмахнёт крыльями.
— Ну а чего мне грустить? Наконец-то появилась какая-то цель нашего пребывания в этом месте.
— Демон, почему ты думаешь, что это приглашение именно нам?
Хелена старалась идти вровень со мной, оттого иногда припрыгивала. В этот момент она ещё и помогала чуть крыльями.
— А что тебя смущает в этом? Мы пришли и увидели это послание. Так кому оно тогда?
— Ну, может, тот, кто оставил этот знак... — она повернула голову на медальон, что болтался на золотой цепочке у неё на шее. — Может, его не для нас оставили. А мы пришли и взяли его?
— Я не так думаю. Я думаю, что цель — не именно нас позвать, а того, кто первый придёт, — ответил я.
Вспоминая то ощущение, когда я его снял с макета. Мою ладонь чуть обожгло, совсем чуть, но держать его в руке было неприятно.
— Так почему тогда ты идёшь и улыбаешься?
Я действительно улыбался. Со стороны, наверное, казалось, что я просто скалю свой ужасающий рот, полный острейших клыков, которым бы позавидовала акула.
— Да охото уже скорее что-то понять тут, в этом городе. Понимаешь, я не знаю, как у вас там, в ваших городах, но у нас так не строят. Я не про сами дома, а про то, как тут всё устроено, — я махнул рукой в сторону ближайшего дома с точно такой же статуей у входа. — Создаётся ощущение, что город построили сразу таким. А так не бывает, понимаешь? Город строят всегда частями: сначала центр, потом ещё к нему пристраивают, ещё и ещё, как у капусты листья. А здесь посмотри как? Одни и те же дома. Ладно, допустим, они делали в одном архитектурном стиле. Но я вижу тут всё одинаковое. Почему так? Где они в конце концов пили? Нет ни ручьёв, ни кранов в домах.
— Ну... — она помолчала. Потом продолжила: — Может, они не пили?
— Может, и не пили. Но на тракте была их постройка, и там был ручей, аккуратно оформленный камнем. И на вилле мы были с Серым — там тоже был ручей, красиво оформленный, — ответил я.
Сам наконец-таки заметил, что впереди, между домов, показалась площадь.
Дорога плавно вывела нас на центральную площадь этого города. Мы остановились у самого входа. Слева и справа были крайние дома, я осмотрел их, и они ничем не выделялись от других. Сама площадь была вымощена из того же камня. За ней виднелись такие же дома. На площади высилась гигантская статуя, монумент. Древний сидит на троне, его ноги, обутые в сандалии, высились как дома в городе, такие же примерно. Его поза выдавала правителя. Осанка, сама поза говорили, что это властитель. Он сидел, выгнув спину чуть. Одна его рука была на подлокотнике, ладонью он был на подлокотнике, а локоть чуть приподнят. Другая его рука, правая, была вытянута над площадью, и раскрытой ладонью вниз все три пальца были растопырены. Ногти чуть острые, не мои звериные, а аккуратные, как будто их намеренно заострили. Под ладонью, на площади, была небольшая тумба. Окружённая белым светом, который был виден даже днём. А ещё дальше, между его сандалий, был тот самый спуск.
— Вот это да, — удивилась орлица. И было чему удивляться.
Лицо монумента, древний в годах, смотрел, казалось, на меня. Его взгляд был устремлён на площадь.
— Он на нас смотрит? Как они это сделали? Магия?
— Нет никакой магии тут. Просто статуя огромная. Я уверен, если бы мы вышли с той стороны, — я указал рукой налево, где в метрах трёхстах виден был другой вход на площадь, — то нам бы казалось точно так же.
Волка не занимала эта гигантская постройка. Он спокойно, не спеша бежал, увлечённый каким-то запахом на площади, опустив голову к мостовой. Его ремень, висящий на массивной шее, чуть поблёскивал чешуйками на осеннем солнце.
Я пошёл прямо к тумбе. Понятно, что на ней что-то такое, что должно было притягивать взгляды. Хелене тоже было любопытно. Она подпрыгнула, сделала пару взмахов.
— Там что-то есть. Да, точно что-то есть, — сказала она.
И у самой земли растопырила крылья, погасив скорость падения почти до минимума. Получилось у неё очень эффектно.
— Там книга! Демон, там лежит книга! Пошли скорее посмотрим!
Площадь в диаметре была наверное с километр. Мы шли, я осматривал ближайшие дома, пытаясь заметить что-то, что означало бы, что тут, у площади, жили те, кто побогаче или значимее, но все дома были одинаковые.
— Демон, а как у вас там в аду строят? Я вообще думала, что у вас там один огонь и грешники, — неожиданно выдала Хелена.
Я остановился, посмотрел на неё.
— Хелена, ад он у людей вот тут, — я поднял руку и постучал когтем по своей голове. Было бы логичнее постучать по её, но я побоялся ей навредить. — У нас как и у вас, как и везде. Кто-то строит, кто-то торгует, кто-то воюет. Всё как везде.
Она долго посмотрела на меня, потом ответила:
— На службе преподобный не так говорил. Он уверял про двенадцать кругов ада, и на каждом круге что-то своё, — проговорила она и, не дожидаясь моего ответа, продолжила идти.
Я постоял, потом просто пошёл за ней. «Что ей сказать? Она всё равно не поверит», — подумал я и быстро нагнал её. Выровняв скорость с ней, молча шёл, думая о том, как там наша жизнь идёт.
— А ты что там делал? Что делают благородные демоны? — спросила она.
— Хелена, а что тут делают благородные?
— Ну как что. Они же все богатенькие. Они живут в своё удовольствие. Кто-то, кто поумней, что-то делает: банк или фабрика какая-то. У нас богатеи все в основном просто живут в своё удовольствие. Им-то на еду и одежду работать не нужно.
— Ну и у нас так же. Кто бедней, тот карабкается наверх. Кто наверху, тот получает удовольствие.
Мы наконец подошли к тумбе. Она невысокая, метра полтора, стояла, освещённая светом, что шёл от книги. Толстой такой, без каких-либо надписей на обложке. Ни надписей на тумбе, ни на плоскости, где лежала книга. Ничего. Как и везде в этом городе. Просто книга, излучающая белый, холодный, чуть заметный свет.
Серый сел у тумбы, ожидая наших действий. Его не интересовала книга, он смотрел на нас, иногда поворачивая голову то в одну сторону, то в другую.
— Ну что будем делать дальше? — спросила Хелена, смешно пытаясь вытянуть шею.
— А вот что, — сказал я и одним движением снял книгу с постамента.
Она оказалась довольно-таки тяжёлой. И она неприятно потянула холодом, даря неприятные ощущения. Я повернулся к Хелене, что была за моей спиной.
— Вот что мы будем делать. Пришли за ней и взяли. Наша она теперь.
Я попытался открыть её, но у меня не выходило. Было похоже, что книга только внешне похожа на обычную книгу, а на самом деле она точно такой же камень, как и всё вокруг.
Я не успел сообщить Хелене об этом, так как увидел, как из того самого прохода на площадь показалась троица, ведущая одну лошадь без наездника. Первым был тот самый маг, что приложил меня копьём в бок. Он тоже меня заметил. Одетый всё так же, в балахон. Только сейчас его не окружала тьма. Лицо с такой дистанции казалось юным. Он, видно, что-то сказал спутникам, они тоже остановились, стали смотреть на нас. Спутники мага были всё так же в доспехах, только без шлемов.