Проездом

Для литератупной игры «Этюды 8»
Тема номер 58
http://proza.ru/2026/07/08/314



     Совсем маленький городок между Северной столицей и просто столицей. Здесь пришлось выйти, чтобы пересесть на другой поезд. До него оставалось четыре часа. Обед в пристанционном ресторане с опущенными шторами не занял много времени. Егор отправился бродить по улочкам, которые вытекали из вокзальной площади в надежде добежать до окружающего городок леса и заблудиться там за ненадобностью.  На одной из них, кривенькой с облупленным архаичным асфальтом на узком тротуаре, в глаза бросился домик с небольшим двором, в котором поместились беседка, одинокая, но ухоженная грядка, куст рябины и три березы. Было по-сентябрьски прохладно, моросил дождь, но все равно потянуло зайти в беседку, сесть к маленькому столу и сидеть, глядя как с козырька над входной дверью капает вода.
     Этот, точнее очень похожий на этот, дом не раз виделся Егору. Не в снах, которые больше напоминают авангардную живопись, где каждый мазок сам по себе, и для сложения их в картину нужно время и ученость, а в дрёмах по выходным дням на кушетке, в поездах или автобусах. В этом доме жило его счастье, тихо, не афишируя свое местонахождение, чтобы кто-нибудь не нашел его раньше законного хозяина.
     К дому нужна была хозяйка очага, обморочно нужна, срочно. Егор вспомнил необычную проводницу в поезде, с которого он сошел час назад. Застенчивая, милая, не уверенная в себе – совсем не проводничная. Казалась бы заурядной, если бы не прическа. Из-под форменного берета выбивались длинные иголки, как у дикобраза, только выкрашенные в три разных оттенка. О чем-то это говорило, перебивая первое впечатление о комплексующей скромнице. Егор снял ее с убегающего поезда, прямо на ходу, и вот она уже смотрела из окна, чуть придерживая рукой голубую занавеску.
     Казалось бы, дело сделано, но все не так просто. Штука в том, что у этого дома был брат, не то чтобы совсем рядом, в мекленбургской стороне. Несколько лет назад Егор ехал из Шверина в Любек с пересадкой на полустанке, с одной стороны которого лежало озеро, а с другой толпились избушки, разделенные тремя-четырьмя переулками. На одном из них стоял дом с цветочными горшками в форме крестьянских штанов, прицепленных на свежевыкрашенный частокол, сквозь который виден был сад из кустов малины, крыжовника и сирени, который охранял старый клен. Егор жил там эти годы, в дрёмах, конечно, но было очень уютно.
     Предстоял нелегкий выбор. Географически они оба приемлемы, и тот, и другой стоят на земле его предков, близких и дальних. Климат схож, роза ветров… А как же с проводницей? Наташей, кажется, или Настей. Сможет ли она жить на два дома? Сможет ли она ездить на поезде без проводников? Эти вопросы предстоит решить. Тебе, Егор, тебе. В следующем поезде, ночью, под стук колес, когда не спится, а так - летается между сном и явью, когда тантрическое тело пребывает не в жестком плацкарте, а в параллельном мирке, где счастье живет на разных полустанках, то на одном, то на другом, то на третьем. Проездом.
     Часы на крохотном вокзале показывали совершенно неправильное время. Настолько неправильное, что трудно было сказать спешат они или отстают. Егор сел на пустующую лавку с желтой спинкой, облокотился на сумку и задремал.