Мы с реки Витим

Начало моих детских лет прошло на реке Витим в Читинской области. Сначала это был посёлок Сильбян — всего несколько домишек посреди бескрайней тайги. Сейчас этого посёлка уже давно нет, в той далёкой округе мало осталось поселений.

Из тех времён я помню только густой лес повсюду, а прямо за домом — огромную голубичную поляну. Там мы, дождавшись макушки лета, срывали с кустов тяжёлые синие грозди и спешно толкали ягоды в рот, радуясь вкусному, терпкому соку - сладкое ведь тогда было редкостью.

Затем наша семья переехала в село Догопчан. Наш новый дом стоял на самом крутом берегу Витима. Отец часто ездил на рыбалку и охоту. Возвращаясь с добычи, он привозил крупных щук, сигов, ленков, а на поясном ремне у него всегда висела целая связка добытых уток.

С самого детства я привыкла к изобилию рыбы на нашем столе: свежей, варёной, солёной, копчёной и вяленой... К этому у нас всегда была свежая дичь и потрясающе вкусное сливочное масло. Это было то самое масло, которое я сама умела делать! Вот как обычно бывало: мама наливала в большую кастрюлю домашнюю сметану - подкисшие сливки, собранные с молока, а я сбивала их вручную деревянной лопаточкой. Конечно, вкуснее того моего масла я больше в своей жизни не встречала нигде и никогда!

У нас была корова по имени Дочка, и молока она давала в изобилии. Кроме того, мама работала на молочной ферме и часто приносила оттуда в бидончиках свежую сметану и сливки. По нашему двору бегали куры, и прямо на земле то и дело валялись свежеснесённые яйца. Мама варила их вкрутую, свежие и вкусные, но мы, дети, капризничали: съедали только белок, а круглый желток оставляли на тарелке.

У отца был свой баркас, к которому он купил стационарный мотор. Скорость у него была небольшая, и как же приятно было плыть на лодке под этот мерный, глухой стук! Я обычно усаживалась на самый нос и заворожённо смотрела по сторонам. Вода в Витиме была такой прозрачной и чистой, что сквозь её толщу на дне реки были видны все камешки.

Отец часто брал меня с собой на промысел. Я сидела в лодке и смотрела, как он выбирает сеть, вытаскивая из ячеек крупную рыбу, сверкающую чешуёй и шумно прыгающую по настилу. На реке пахло удивительной свежестью, вода искрилась и блестела на солнце. Кусты дикой смородины и черёмухи низко склонялись над водой, глядя в неё, как в зеркало. Зелёный берег стремительно мчался мимо, будто соревнуясь с нашей лодкой. Солнце отбрасывало яркие блики на воду, играя на речных струях. Ветер весело шевелил мои волосы, а на душе у меня было так хорошо и привольно!

Следующим местом нашего жительства стал посёлок Неляты. А уж как мы добирались туда — это настоящая эпопея! Для этого переезда отец построил целых три плота, прочно соединив их друг с другом. На первом плоту плыли мы: дети, взрослые и весь наш домашний скарб — постели, посуда, сундуки с вещами. На втором плоту везли животных: нашу корову, телёнка и кур. А на третьем плоту разместились сами плавщики, лодка, запасы сена и кое-какой старый инвентарь.

Так и проходило наше путешествие по реке. Но в одном месте, где Витим становился особенно бурным (такие места называют порогами), стихия взяла своё: скреплённые плоты разделило из-за сильной качки, и все три части понеслись по воде хаотично, сами по себе. Нас, детей и женщин, спешно пересадили в моторную лодку и благополучно доставили в посёлок. Позже мы узнали, что мужчины поймали все оторвавшиеся плоты и удачно привели их к берегу.

В Нелятах мы, дети, пошли учиться. Я пошла в первый класс, а младшие брат с сестрой — в детский сад. Наш домик стоял всего в ста метрах от реки Витим, и всё свободное время мы могли проводить на берегу. Иногда уходили далеко в глубь леса, собирали и ели дикую вкусную жимолость, смородину, малину, бруснику, черёмуху. В маленьких тихих протоках Витима мы сами по себе учились плавать.

В Нелятах не было средней школы, поэтому после того, как я окончила начальные классы, отец снова повёз нас на новое место. На этот раз путь лежал в город Бодайбо. Другой дороги, кроме как по реке, туда не существовало. Отец опять соорудил большие барки: две из них нагрузил сеном, которое планировал выгодно продать и выручить немалые деньги, а на третью сложил разную утварь — топоры, пилы, лопаты, ванны и прочий домашний скарб. Нас же поселили в каюту маленького катера, который буксировал эти барки. И вот мы отправились в путь.

За время путешествия мы дважды причаливали к берегу. Места там были удивительно живописные и совершенно дикие: на пятьдесят-сто километров пути встречалось всего одно-два поселения. В одном таком месте под названием Парам жила одинокая бабушка. У неё было большое хозяйство: корова, свиньи, куры. В этой глуши она жила совсем одна и нисколько не опасалась, что её могут ограбить или обидеть. Она радушно угостила нас вкусными лепёшками с мёдом и душистым чаем с молоком.

Впрочем, возможно, всё это казалось нам таким невероятно вкусным ещё и потому, что мы вдоволь набегались по диким лугам. Пусть даже там мы как-то раз наткнулись на целое поле дикорастущей безопасной конопли и наелись её спелых, жирных, вкусных семечек. Но после таких долгих прогулок любой обед показался бы нам пиром! Какие же там были огромные, неохватные просторы! Больше таких первозданных, диких и красивых мест я в своей жизни никогда не встречала.

Затем мы снова отправились в плавание. И тут-то мы сполна узнали, что такое настоящие витимские пороги. Катер подпрыгивал на бурных волнах, как мячик, иногда ныряя и полностью скрываясь в речной пучине. Помню, как моя маленькая сестра плакала навзрыд, а мы с братом иногда кричали от ужаса. Из-за опасной обстановки на реке нас решили высадить на необитаемом берегу Витима. Сказали, что вернутся за нами через неделю, а приехали только через три.

Впрочем, нам, детям, жизнь на пустынном берегу очень даже понравилась. Стоял сентябрь, погода была чудесная. Как мы целыми днями носились по чистому песку, наслаждаясь величественными видами реки, свежим воздухом и золотым багрянцем осеннего леса! А вот наши родители в это время не на шутку переживали. И было из —за чего: и из-за вынужденной длительной остановки, и из-за того, что все дети в стране уже пошли в школу, а мы вместо этого бегаем по тайге.

Когда в итоге запоздавший катер наконец пришёл, мама в сердцах высказала капитану всё, что думает об этом вынужденном «отпуске» в лесу.

По приезде в Бодайбо мы сразу же отправились в школу. Конечно, первое время нам пришлось усиленно догонять пропущенную учёбу, но мы со всем справились и вскоре стали успешными учениками. Родители устроились на работу в местный детский дом, и нам дали большую, хорошую квартиру в частном доме. В общем, нам, детям, и в Бодайбо очень нравилось.

Однако через два года родители снова увезли нас — на этот раз в Бурятию, на побережье Байкала. И там мы остались жить на долгие годы. В семье прибыло - появились ещё 3 брата. Мы бывали поблизости от Байкала во многих красивых и диких местах, ягодных и грибных. На рыбалках и в походах. Там продолжилось наше детство, пролетела юность. Мы, дети, уезжали в другие города на учёбу, по службе и разным жизненным обстоятельствам. Но так сложилось, что мы все вернулись позже обратно, собрались поблизости от нашего общего дома, и наши семьи жили дружно много лет в этом же месте.  И там же незаметно наступила старость...

Об этой, байкальской части нашей жизни, я продолжу свой рассказ немного позже.