Не будить внезапно!

Боря проснулся после подозрительно глубокого сна. Под ладонями он чувствовал что-то мягкое, а когда протёр глаза, не сразу поверил, в реальности он или всё ещё во сне. В ушах - гул народа и объявления на разных языках; в носу - запах кофе и пластика; кругом – вереница незнакомых лиц разных национальностей, а перед самыми глазами – поднос с пакетиком картошки фри и неначатым стаканом колы.
Боря хотел было проморгаться, машинально сжал дрожащими пальцами краешек своего тёплого свитера, как вдруг кто-то тронул его за плечо. Он вздрогнул, обернулся и, увидев знакомое лицо, чуть более успокоился и с облегчением выдохнул.
-Авива? – неуверенно прошептал он.
-Доброе утро! – сказала Авива, рядом с ним за столик подсаживаясь. -Я уж думала, ты проснёшься, когда мы уже будем на месте.
Лицо Бори сделалось ещё более недоумевающим. Он покачал головой и нехотя переспросил:
-А где мы сейчас?
-Пересадка у нас, дорогой мой – усмехнулась Авива. -Сейчас мы спокойненько посидим тут, переведём дух, сядем на следующий самолётик…
-Авива, мне десять лет недавно исполнилось! – насупился Боря. -Хватит уже обращаться ко мне как к маленькому…
Наконец Эмилия с Евой вернулись. В руках у Эмилии было два бумажных пакета с едой, а Ева несла столько же стаканов с напитками.
-Авива! – с упрёком позвала Эмилия. -Тебя просили будить этого ботана? Хоть сейчас ещё поспал бы немного…
-Да она не будила меня, я сам проснулся – сказал Боря. -Смотрю – места незнакомы, вас нет…
-Нас для тебя нет уже три месяца – бросила Ева, ставя на стол стаканы и протирая холодные руки. -Опять ты так глубоко ушёл в свои учебники, что даже проснуться забыл. Уже подтверждено, что синдром заучки до самой высокой стадии подпрыгнул… Пришли к крайним мерам - летим исправлять это, пока не поздно. Говорят, там, куда мы летим, заучек лучше всего лечат... а то ты так совсем в нирвану уйдёшь.
Эмилия протянула Боре одноразовый белый контейнер с чем-то горячим, а Ева поставила рядом с ним бумажный стаканчик турецкого чая.
-Ешь давай, а то остынет...
В кармане серого пиджака Авивы лежала сложенная вчетверо тоненькая, сероватого оттенка бумажка. Авива в очередной раз перепроверила, на месте ли она, и на всякий случай развернула её, чтобы удостовериться в том, что неразборчивые записи, сделанные простым карандашом торопливого, но обязательного врача, остались невредимыми и не стёрлись:
«ФИО Пациента: Моисеев Борис Львович.
Диагноз – нервно-психическое перенапряжение, синдром заучки четвёртой стадии.
Лечение – не паниковать, не давать доступа к когнитивным нагрузкам, спокойно относиться к побочным эффектам и крепкому сну.
Главврач Пластырев Константин Викторович».


Рецензии