Королева софия. глава 19

    Вернувшись из триумфальной поездки в Копенгаген, Ольга с Тодором снова
 погрузились в уютную атмосферу ихнего Велизарова дворца. Однако пережитые
 события и разговоры о прапрадеде оставили глубокий след в душе Ольги. Сидя в
 своём кабинете под величественным портретом генерала Александра Григорьевича
 Рыкова - Наумова , она приняла твёрдое решение: написать мемуары о своём
 прапрадеде - генерале, используя его личные, чудом уцелевшие архивы.

   Каждое утро Великая Княгиня Ольга проводила за разбором пожелтевших от времени
 дневников, писем и военных карт. Строки, написанные твёрдой рукой прапрадеда,
 дышали благородством, болью разлуки с родиной и непоколебимой верой в честь
 мундира. Ольга знала, что эти воспоминания - не просто семейная хроника. Эта
 книга придётся по душе всем потомкам офицеров русской армии, которые в
 трагическом 1917 году не по своей воле покинули Россию. Это была дань
 уважения тысячам семей, потерявших дом, но сохранивших внутри себя великую
 культуру, дворянское достоинство и верность заветам предков. Тодор полностью
 поддерживал жену, часто помогая систематизировать исторические документы
 после трудных заседаний в парламенте.

   Когда первая часть рукописи была готова, Ольга поделилась своим замыслом с
 королевой Софией Первой. Её Величество пришла в полный восторг от этой идеи и
 лично вызвалась содействовать изданию мемуаров на нескольких языках.

   - Ольга, это великое и благородное дело, - воодушевлённо произнесла королева
 София во время очередной встречи. - Мир должен знать историю генерала
 Рыкова - Наумова. Более того, я считаю, что презентация вашей будущей книги
 должна выйти за пределы Болгарии. Я как раз получила приглашение на
 международный дипломатический саммит в Вене. Австрия - культурное сердце
 Европы, где нашли приют многие потомки великих родов. Я хочу, чтобы Вы с
 Графом Мидзичем  отправились туда.

   Этот новый международный визит Принцессы Саксен - Анхальт и Великой Княгини
 Ольги был официально одобрен и инициирован королевой Софией Первой.
 Для Ольги с Толором это была блестящая возможность не только представить
 историческое наследие её прапрадеда, но и укрепить влияние Болгарии на высшем
 европейском уровне.

   Когда частный самолёт приземлился в Вене. Столица Австрии встретила
 роскошью барочных дворцов и ароматом цветущих каштанов. Этот визит обещал стать
 ещё более масштабным в Вене их ждали встречи с представителями старинных
 европейских династий и потомками тех самых офицеров, для которых имя
 генерала Рыкова - Наумова было легендой.

   На торжественном приёме во дворце Хофбург, куда Ольга прибыла вместе с
 Тодором, к ним сразу же приковались взгляды австрийской знати и дипломатов.
 Ольга шла под руку с мужем, чувствуя, как в сумочке лежит небольшая фамильная
 печать Саксен - Анхальт и первая копия архивных записей прапрадеда.
 Впереди их ждал новый триумф, где слово и память истории должны были стать их
 главным оружием.

   Вена встретила Графа Тодора Мидзича с супругой величием своих старинных
 улочек, но главным событием первой половины дня стала закрытая встреча в залах
 Российского дворянского собрания в Австрии. Узнав, что праправнучка генерала
 Александра Григорьевича Рыкова - Наумова привезла уникальные архивы, туда
 съехались потомки офицеров русской армии, которые в 1917 году не по своей
 воле покинули Россию.

   Когда Великая Княгиня Ольга вошла в зал, пожилые графы, бароны и совсем
 молодые люди - их правнуки - почтительно поднялись со своих мест. Ольга
 бережно выложила на стол первые отпечатанные главы мемуаров и пожелтевшие
 дневники прапрадеда. Седовласый князь Волконский, дрожащими руками перелистывая
 записи, где упоминалось имя его собственного деда под Нарвой, поднял на
 Ольгу глаза, полные слёз:

   - Ваше Высочество...Ольга Георгиевна. Вы сделали то, на что у многих из нас
 не хватало сил. Вы вернули нам нашу общую память. Этот труд - памятник всем,
 кто потерял родину, но сохранил честь.

   Женщины со слезами на глазах подходили, чтобы просто пожать Ольге руку.
 Она видела, как строки её прапрадеда объединяют людей через поколения, и
 понимала, что исполнила его высшую волю.

   Пока Великая Княгиня Ольга проживала эти глубокие эмоциональные минуты, её
 муж Тодор на международном саммите в Вене проводил сложнейшие и важнейшие
 переговоры. Как видный член парламента Болгарии, он представлял новые
 экономические и оборонные инициативы балканского региона перед австрийскими
 министрами и европейскими лидерами.

   Из окон конференц - зала дворца Хофбург был виден внутренний двор, а внутри
 Тодор уверенно держал удар. Его безупречный немецкий язык, стальная логика и
 харизма заставили европейских партнёров подписать стратегически важные
 соглашения. Оппоненты, которые ещё недавно в Софии пытались раздуть скандал
 вокруг семьи Графа Мидзича, теперь кусали локти: Граф Мидзич доказал , что его
 вес в европейской политике непререкаем.

   Вечером в парадных залах дворца Бельведер состоялся грандиозный 
 дипломатический вечер. Великая Княгиня Ольга блистала в элегантном вечернем
 платье цвета ночного венского неба, расшитом жемчугом , с фамильной
 бриллиантовой тиарой на волосах. Она с Тодором принимали поздравления со всех
 сторон. Королева София Первая , также присутствовавшая на вечере, с гордостью
 наблюдала за их успехом.

   Презентация мемуаров произвела настоящий фурор. Даже австрийские эрцгерцоги
 подходили выразить почтение Принцессе Саксен - Анхальт и Великой Княгине
 Рыковой - Наумовой. В разгар вечера Ольга заметила в углу зала пару шведских
 дипломатов из окружения королевы Ингрид. Они стояли с хмурыми лицами, понимая,
 что их королева окончательно проиграла : влияние  семьи Мидзич в Вене достигло
 таких высот, что любая попытка шведской стороны высказаться против обернулась бы
 для них дипломатической катастрофой. Они лишь почтительно и виновато склонили
 головы , когда Ольга с Тодором проходили мимо.

   Спустя несколько дней белоснежный частный самолёт Графа Мидзича поднялся в
 небо над Веной, взяв курс обратно на Болгарию. Позади остались Вена,
 триумфальные приёмы, слёзы благодарности потомков офицеров и подписанные
 Тодором  соглашения.

   Вечером лимузин мягко затормозил у ворот родового гнезда Графа Мидзича.
 Они наконец вернулись домой, в их любимый Велизаров дворец.

   Когда за ними закрылись тяжёлые двери, и Тодор с Ольгой  остались наедине с
 тишиной, Ольга поднялась в кабинет. В вечерних сумерках портрет прапрадеда-
 генерала казался ещё более величественным. Она подошла к нему, держа в руках
 австрийские газеты с восторженными отзывами о книге и семье Мидзичей. В этот
 момент Тодор тихо вошёл, подошёл сзади и нежно обнял жену за плечи, целуя
 в шею.

   - Ну вот мы и дома, моя прекрасная " Амазонка", - прошептал он. - Твой
 прапрадед теперь точно спокоен за свой Великокняжеский род. Ты покорила
 Копенгаген, Вену и защитила нашу честь.

   - Мы сделали это вместе, Тодор, - ответила Ольга, поворачиваясь к мужу и
 глядя в его любящие глаза. - Наш май навсегда останется временем нашей общей
 победы.


     Продолжение следует.