Рюриковичи 13

Баторий вышел в волчьей шубе, подбитой простым сукном, и в магерке -  шапке из волчьего меха. Он не любил пышную роскошь, избегал носить дорогие меха.
Крепко обнял  на прощание Замойского.

Сопровождаемая завистливыми и злыми взглядами(мало кто смотрел ему вслед с надеждой), его повозка поехала по запорошённой снегом студёной земле.
Королевский кортеж выдвинулся из-под Пскова в южном направлении, двигаясь вдоль реки Великой. Король планировал добраться до крепости Остров за пять-шесть часов, а может и раньше, если всё пойдёт благополучно.
Маршрут, по крайней мере на бумаге, казался безопасным.  Возвращаться в Варшаву предстояло  через  тыл своих войск —  ранее захваченные им крепости Остров, Воронич, Заволочье и территорию Великого княжества Литовского. На этом пути не было крупных  соединений русских войск.
Задержку могло вызвать появление отряда царевича, который собирается их тревожить, выказывая  свою молодецкую удаль. Не страшно, ведь  ввязаться в открытый  бой тот не осмелится.  Беспокоило другое. С его уходом из-под Пскова, новгородцы и остальные поспешат на помощь Пскову. Польский лагерь окажется между молотом и наковальней, будет взят в клещи. Русские и поляки знатно порежут друг друга. Может стоило бросить осаду и всем вместе уходить из-под Пскова?
Нет. Во-первых  тащить за собой  замерзших, голодных и недовольных провалом – замедлит их путь домой. Во-вторых, одно дело заявить, что война с русскими  не закончилась, только дайте нам деньги на её продолжение. И совсем другое – вернуться с поджатыми хвостами. Поэтому, пусть продолжают умирать под стенами Пскова, тогда глядишь, и отдавать долги за просроченное жалованье будет некому. Что касается царевича, то тот разумеется ввяжется в рубку  с теми, кто остался в лагере, чтобы обрести славу спасителя Пскова.  Это куда ценнее, чем кусать, возвращающийся в Польшу отряд. Остаётся надеяться, что двадцать шесть тысяч, пусть и замерзающих и чувствующими себя оставленными на произвол судьбы солдат, всё же продержатся до тех пор, пока не удастся выколотить деньги на сейме Речи Посполитой. 
Казалось, что польский король всё верно рассчитал, но не учёл одного, а именно того, что слава меньше всего волновала Дмитрия. Царевич Иван не поверил своему счастью, когда старший брат  - отправил его, вместе с многочисленным отрядом из Новгорода, с пятью тысячной московской ратью   на помощь защитникам Пскова, а сам со своим отрядом, опричниками, татарами Симеона, князя Тверского  и  шишами отправился встречать Батория в пятнадцати-двадцати  вёрстах от крепости Остров, что служила важным опорным пунктом на южных подступах к Пскову.

Баторий ехал в повозке, кутаясь в свою волчью шубу.
Полгода назад сюда он тоже добирался в повозке. Тогда было лето. На ночь для него ставили палатку. Сиденье устраивали, вбивши в землю несколько кольев и положивши поперёк них другие.  Сверху же накрывали коврами. Так же устраивали и стол, благо ковры с собой имелись. Когда же ему хотелось подремать после обеда, то слуги насекали ветвей с березы вместо тюфяка, да раскладывали это на земле.
Нынче  не лето, а зима, не полежишь, да и отдых -  непозволительная роскошь. Надо спешить.
Баторий задремал, не зная, какие впереди его ждут  испытания. И не догадываясь о том, что в Варшаву ему не попасть.
А навстречу ему из родной Венгрии  мчалась другая кочская повозка, которую так любили использовать  венгерские аристократы, и сам Баторий.
Ведь кочи являлся главным и  престижным средством передвижения для знати.  Кочские повозки были значительно легче тяжёлых немецких или французских колымаг. Их плетёное или легкое деревянное основание позволяло лошадям развивать высокую скорость на дорогах.
- Ваше величество! К нам приближается повозка.
Сон как рукой сняло. Король стал всматриваться в  кочи. Люлька, украшенной резьбой и позолотой повозки качалась на  подвешенных  прочных кожаных ремнях, те крепились  к четырём деревянным стойкам.
Суконный навес от непогоды и плотные шторы не позволяли разглядеть  того, кто  находился в повозке. Но зато разглядел фамильный герб, и лицо короля выразило крайнюю степень изумления.
- Пропустите! – приказал он, делая повелительный жест. Из подъехавшей повозки вышла молодая красавица. Это была племянница короля  - графиня Елизавета Батори, дочь его родной сестры Анны, поэтому он не поленился и тоже вышел.
- Дядюшка! Наконец-то я вас нашла. Ротмистр Зибжик, который по вашему повелению управляет  крепостью Заволочью, сказал, что вы ещё в пути, и они вас ожидают. Моё сообщение настолько срочное, что я не стала дожидаться вас в Заволочье и отправилась навстречу.
Они отошли в сторону, подальше от любопытных ушей.
- Говори. Нас никто не слышит.
- Плохая новость. Австро-венгерская армия вторглась в пределы Польши и двигается к Варшаве.
От такого удара в спину, польский король изменился в лице.
- Но почему они это сделали?
- Наследник Московского царства женится на дочери императора Византии.
Византия надавила на Венгрию, а Рудольф Габсбург, не желая на себе испытать силу византийского оружия, предал вас.  Сделал это охотно. Габсбурги ненавидят Батори, считая их опасными  конкурентами на венгерский престол.
- Амбиции кузенов из клана Батори дорого обойдутся мне и Польше. Надо срочно ехать в Варшаву и возглавлять польское войско.
И вдруг раздался шум.
- Что это?– испуганно спросила графиня.
- Нападение! – хмуро ответил король Стефан.