Лапочка. Рассказ

               

О семействе Акуниных нельзя сказать, что оно было большим, но и маленьким его как-то тоже назвать было неудобно. Потому, как ни крути, а никуда от этого не денешься. Пять человек в семье по сегодняшним меркам — это скорее много, чем мало. Из этих пяти, пара взрослых людей – двое родителей мать и отец, а к ним в придачу еще и трое ребятишек – два сыночка и «лапочка» дочка.
На самом деле «лапочка» была самой старшей из детей и большинство семейных обязанностей приходились на ее долю. То есть она была не только помощницей для матери, но и нянькой для своих малолетних братьев.
«Лапочка» в некоторой степени было ее домашним именем, однако ни мать, ни отец так ее никогда не называли и обращались к ней строго по имени названному – Люся или Людмила, что по существу являлось одним и тем же. Зато братья, старший Иван и младший Лука, которые постоянно чувствовали ее заботу о себе, предпочитали ласковое имя «лапочка», а порой и вовсе милое «лапуся».
Жили Акунины ни бедно, ни богато. Сам Акунин по имени Валерьян Игнатич всю жизнь шоферил, а потому большого капитала не нажил. А хозяйка семьи Федосья Матвеевна то ли по слабости здоровья, то ли по причине многодетности, уходу за детьми и домашним хозяйством никакого вспоможения от государства не имела. Однако судя по тому, что все дети были накормлены, одеты, обуты и выглядели прилично, можно было предположить, что какой-то промысел у семьи все-таки имелся.
Но какой? Открыто на эту тему никто из домашних не распространялся.
По правде говоря, никого особо это и не волновало, поскольку каждый ребенок в семье был приспособлен к труду. Летом – сбор трав, грибов и ягод, посадка и прополка картошки, выращивание томатов и огурцов, зимой – уборка снега, колка и заготовка дров и много чего еще необходимого.
Какую-то долю дохода приносил семье и, так называемый, мелкий бизнес. И вовлечены в него были вовсе не «большие и достойные» дяди, а скромные автовладельцы, которые по причине экономии средств пригоняли свои заезженные и изношенные автомобили прямо в ограду хозяина. Так что, и это следует признать, глава семьи Валерьян Игнатич был в округе весьма популярным и уважаемым человеком.
К этому делу он вскоре приспособил и своего старшего десятилетнего сына Ивана - бойкого, сообразительного и скорого на руку малого.  Чего нельзя было сказать о его младшем сыне – Луке. И хоть был он моложе своего старшего брата совсем ненамного, года на два, никакой страсти к технике по-настоящему не испытывал. И потому большую часть времени проводил с сестрой. Можно сказать, ходил у нее в помощниках.
Нуждалась ли «лапочка» в таком помощнике, догадаться не трудно. Но будучи старше Ивана на добрых четыре года, она мечтала только об одном, о том, чтобы вырваться из этой беспросветной тесноты, нужды и кое как прикрытой бедности на волю, за пределы высокой, глухой и старой ограды, которая отделяла ее от большого полного света и красок мира. И потому все усилия «лапочки» были направлены на успех.
И хоть дался ей этот успех нелегко и с немалыми усилиями, школу она закончила с достойными высокими показателями. А ближе к осени, после сдачи вступительных экзаменов, была зачислена в университет на юридический факультет. И это была ее абсолютная победа. Победа, которая открыла для нее старые и скрипучие ворота в новую жизнь. И не только в жизнь, победа принесла ей и свободу выбора, а именно кем стать, как жить, с кем дружить, к каким вершинам стремиться.
Казалось бы, что теперь все цели мира у нее в руках и что в настоящем и будущем все зависит только от нее. Но такая сложная и незримая штука как судьба – это все равно что красный свет светофора, сигнал тревоги и опасности, которым с одной стороны, надеясь на лучшее, можно и пренебречь, а с другой – принять к сведению и дождаться зеленого. Все точно также происходит и в любви. Зеленое чаще всего превращается в красное, а красное не всегда становится зеленым.
Любовь, которая настигла Людмилу в один из серых дождливых дней стала для нее тем красным светом, в котором она не углядела опасности.  А всего то, молодой и симпатичный на вид парень просто пригласил ее под свой уютный и широко распахнутый зонт. Так под этим самым зонтом, за разговорами о пустяках, за милыми шутками они и не заметили, как состоялось их вполне гармоничное знакомство.
И хоть расстались они в тот день легко и без всякого рода обещаний, но разве трудно в студенческом городке встретиться снова…  Одна встреча, другая и вот вы уже друзья, уже приглядываетесь друг к другу, привыкаете и расстояние между вами с каждым разом сокращается, вы все ближе и ближе… Вам комфортно, весело и хорошо вместе несмотря на то, что она будущий юрист, а он – будущий доктор…
Характер, привычки, вкусы и интересы все разное… ничто в общее и равновесное не сводится и уже ясно, что в будущем эти несоответствия будут только расширяться, но чувства…чувства всегда сильнее разума. И не потому, что человек глуп, а потому что природа постоянно нуждается в обновлении, в сохранении жизни на Земле.
Встречи с Андреем, как он и представился Люсе в самое первое знакомство под зонтом, становились все чаще, все теплее и доверчивее. С одной стороны, Люся даже гордилась такими открытыми отношениями с Андреем. Считала эти отношения своим заслуженным успехом. Но, с другой стороны, она и представить себе не могла, что однажды, когда-нибудь приведет Андрея в свой старый и неказистый с виду дом, познакомит его со своими родителями – людьми до крайности простыми, необразованными и замкнутыми на себе и своем хозяйстве.
Но то, что в судьбе каждого отдельного человека должно случиться, то обязательно случается. Случилось это и с «лапочкой». В один из дней она вдруг обнаружила, что с ней что-то не так. И чувствует она себя не очень хорошо, и устает быстро, а что еще хуже так это то, что среди бела дня ее то вдруг в сон клонит, то тошнота к горлу подступает…
- Одним словом, - решила она, - следует врачу показаться.
Показалась. И тут выяснилось, что она беременна и что срок малыша уже два месяца.
- Но, когда и как это могло случится?
Люся и представить себе ничего подобного не могла. Но не могла только в состоянии первой растерянности, а потом … а потом все-таки вспомнила…вспомнила. Это была первая и последняя вечеринка, на которой они с Андреем неплохо повеселились, а после… после все основное и случилось ...
И теперь на вопрос «что делать», с которым она обратилась к самой себе не имел никакого вразумительного ответа. Оставалось только одно, обратиться к Андрею, узнать, что он обо все об этом думает. Андрей, как ни странно, хоть и был этим неожиданным известием, если ни сражен, то немало озадачен, но вину свою признал. Что касается всего остального, то по итогу переговоров, сказал не многое, при этом повел себя как настоящий рыцарь и без тени сомнения прямо заявил:
- Давай поженимся.
Но пожениться сейчас, вот так вдруг? Представить себе такое Люся и в страшном сне не могла, потому что для нее это было куда страшнее, чем родить самого ребенка. Но и избавиться от ребенка она тоже не могла. Знала, что если ее богобоязненная мать когда-нибудь об этом узнает, то никогда в будущем ее – грешницу - не простит. Думай-не-думай, а какие-то меры все равно необходимо было принимать. Живот рос, токсикоз усиливался и притворяться, что все в порядке, становилось и не в мочь, и все труднее.
На встречу с родителями Людмила и Андрей приехали вдвоем. И хоть разговор был трудным и долгим, не без упреков, слез и грубостей, но решение в конце концов было принято. Остановились на том, чтобы ребенок должен родится в полноценной семье с обоими родителями, а значит брак должен быть заключен официально. Что касается самого ребенка, то после рождения он остается либо в семье своих обоих родителей, либо, в случае развода, в семье Акуниных.
На том переговоры и завершились.
Но, как ни странно, и несмотря на то, что в целом все завершилось успешно и с хорошим результатом, который предусматривал и брак, и сохранение ребенка, а в целом и совместное семейное будущее родителей ребенка, но отношения между Андреем и «лапочкой» как-то вдруг сами собой дали глубокую трещину.






 


Рецензии