Русская сирень

     Если в конце мая душу охватывают беспокойство и беспричинная тоска; если кажется, что ты что-то пропустил, и где-то без тебя происходит что-то важное и нужное, и это важное и нужное уходит от тебя безвозвратно; если ты не можешь усидеть на месте и порываешься сам не знаешь куда, - всё это означает только одно - сирень зацвела.

     Нет ничего более волнующего в русской природе, чем цветение сирени. Всех охватывает тревога. Клокочут страсти, рушатся судьбы, рвутся старые и завязываются новые узы, в воздухе витают любовь и безрассудство – и всё во время её цветения. Хочется, по примеру Блока, «оборвать нить сознанья» и кануть с головой в этот бурлящий омут. Ведь цветение сирени коротко – неделя, не больше. И лето наше коротко, и жизнь коротка – об этом и напоминает сирень своим цветением, оттого и щемит сердце так больно и сладко. И о том, что ещё не всё потеряно, что есть впереди время, и что-то случится в жизни настоящее и яркое и сбудутся все надежды – об этом тоже напоминает сирень. Оттого и хочется бродить и бродить вечерами, вдыхать сладкий дурман - не пропустить, увидеть, уловить, напитаться, запомнить, вобрать, накопить. И пусть жизненный опыт твердит, что все мечты – обман. Но как не упиться этим обманом, чтобы взбудоражить душу, обострить чувства, чтобы сердце вздрагивало от восторга опять и опять. Радость жизни и любовь к жизни, и короткость жизни, и печаль жизни прославляет сирень. Она награда за все наши зимние серые дни и беспросветно длинные ночи, за ветер в лицо, за солёную снежную кашу у нас под ногами. Она – отрада для каждой души.

     Оттого и мелькают так радостно за стеклом автомобиля по дороге на дачу её декадентские синевато-сиреневые гроздья, оттого так любовно льнут тяжелые ветки к окнам деревенских домиков, оттого и бушуют страсть и безумство в крови, оттого и случается это всеобщее языческое единение, это всеобщее умопомрачение. Это и есть он – такой короткий и такой щемящий душу праздник русской сирени.