Я сражался с Джеронимо, гл. 9

НА ТРОПЕ ВОЙНЫ С ДЖЕРОНИМО.
В течение четырех дней после бойни в Касас-Грандес мы ждали прибытия  пропавших людей. Затем  вожди решили, что пришло время действовать. Дичи в окрестностях становилось все меньше, и многие из  ослабленных людей    начали проявлять признаки  голодания.  Поэтому  мы двинулись на юго-запад, к краю большого каньона,  где протекал ручей, который вместе с другими образовывал реку Яки. Здесь мы нашли много дичи, как оленей, так и диких лошадей. Мужчины организовали охоту, с которой вернулись с большим запасом оленины и дикой конины. Другие ушли и пригнали немного домашнего скота.
Наш лагерь находился на восточном краю этого глубокого ущелья, которое с его отвесными скалами казалось непроходимым на некотором расстоянии к северу и юго-западу от нас. Тем не менее, по словам мужчин, небольшую часть каньона можно было пересечь, но с большими трудностями и опасностью, особенно для нашего скота. Дикие индейцы и наши опытные вожди, которые знали, где найти тропинки, ведущие вниз по склону, казалось, были уверены, что сумеют переправиться, когда это будет необходимо.
 НА ПУТИ К РЕКЕ ЯКИ
Мы довольно долго стояли лагерем на краю этого каньона, вдали от наших врагов и вне опасности. Однако наши лидеры были недовольны. Вскоре они начали беспокоиться и захотели продвинуться глубже в горы. Они были похожи на настоящих диких животных, всегда чувствующих или предвосхищающих опасность. Мы принялись собирать наши немногочисленные пожитки, а затем начали спускаться по отвесным стенам ущелья. Нас особенно предупредили о том, чтобы мы не сдвинули с места выступающие камни, которые всегда представляют опасность для тех, кто идет впереди по тропе. Спуск был медленным и зигзагообразным. Нам потребовался почти целый день, чтобы пересечь каньон, но я сомневаюсь, что многие люди, особенно женщины и дети, вообще смогли бы это сделать в другой ситуации.
В ту ночь мы разбили лагерь на противоположном гребне, чтобы хорошенько отдохнуть после нашего трудного и опасного  перехода. Утром мы двинулись на запад, к реке Яки. Это был трудный маршрут через каньон за каньоном. Наконец мы добрались до другого притока Яки и, наконец, до самой реки. Здесь мы разбили лагерь на восточном берегу,  и мужчины несколько дней искали место, где можно перейти реку вброд. В конце концов, мы переправились и снова разбили лагерь на гребне. Мы наслаждались этим переходом, несмотря на большие трудности с переправой через реку, потому что теперь мы чувствовали себя в полной безопасности от дальнейшего преследования со стороны наших вероломных друзей –  мексиканцев.
Как обычно, мы продолжали перемещаться  с места на место. Теперь мы направлялись на запад, в менее гористую местность. В конце концов, мы разбили лагерь возле небольшого городка или  асьенды у реки Яки, убедившись, что нам ничто не угрожает.
Нашим мирным дням вновь не суждено было продлиться долго. Наши лидеры уже планировали  набег  на город, расположенный примерно в 15 милях от нашего лагеря. Джеронимо попросил меня пойти с ним в качестве его помощника. Я решил это сделать.
Теперь я достиг  возраста, когда должен был пройти посвящение в воины. Для этого  я   должен был принять участие в нескольких набегах как ученик опытного воина,  уделяя внимание его лошадям и снаряжении, охраняя их и готовя для него  мясо.  Таков был обычай апачей. Ни одному молодому человеку нельзя было доверить оружие, пока он не пройдет длительное обучение и не будет признан полностью подготовленным. В результате этой системы наши воины, хотя и не были многочисленны, были чрезвычайно способными и находчивыми. Они были полностью обучены и  подготовлены к боевым действиям. Теперь я должен был воспользоваться своим шансом.
В этом  набеге  приняли участие еще несколько молодых новичков. Прибыв к ранчо, наши воины отправили небольшой отряд разведать обстановку и выяснить, есть ли на  асьенде  солдаты. Они вернулись и сообщили, что там   много солдат. Поэтому было решено оставить это ранчо в покое.
Как только мы приняли это решение,  то увидели позади себя на высоком холме целую роту солдат. Мы бросились врассыпную, как перепела, и спрятались среди камней и зарослей шиповника.   Солдаты прошли за небольшой выступ, по которому мы перебежали на другую сторону. Прежде чем мы скрылись, солдаты заметили нас и открыли огонь. Хотя никто не пострадал, меня охватили сильный страх и дрожь. Это заставило меня задуматься, сколько еще раз в будущем мне придется вот так бежать, а мимо свистят пули.
Для диких индейцев это был незначительный инцидент, всего лишь начало кампании. Но я не был уверен, что мне понравится выходить на тропу войны!
Несколько обеспокоенные тем, что в городе   много солдат, наши вожди отправили разведчиков на высокие холмы, чтобы следить за опасными передвижениями врага. Это была одна из моих обязанностей. От нас, молодых индейцев, обычно требовалось неусыпно охранять лагерь в течение ночи. Ранним утром и днем мы несли дозорную службу примерно в миле от лагеря.

 РАЗДЕЛЕНИЕ ПЛЕМЕНИ
Примерно в это же время среди вождей возникли разногласия. Никто не испытывал по этому поводу никаких чувств. Вождь  Ху  и некоторые из его людей хотели вернуться в сердце Сьерра-Мадре,  где было хорошее укрытие. Наши враги вряд ли могли последовать за нами в такие труднопроходимые районы.  Вождь Ху  знал об этих горах больше, чем кто-либо другой. Будучи очень способным лидером, он пользовался особой любовью в  собственной   общине.  Поэтому он решил, что ему следует отвести свою группу, а также других индейцев, за которыми некому было присмотреть, в это убежище. Все согласились, что это разумный план.
Но Джеронимо,  Чиуауа,  Каатенни и другие захотели отправиться на запад и север, в суровую и опасную экспедицию. Это   путешествие было не для слабых. Мужчины, которые встали на сторону Джеронимо,  были в основном нашими родственниками, поэтому мы с мамой решили отправиться с ними. Джеронимо просил нас   остаться, но мы настояли, заявив, что безопасности предпочитаем трудности. 
Нас было около восьмидесяти человек — мужчин, женщин и детей, – которые решили пойти с Джеронимо. Были также трое или четверо белых мальчиков и мексиканцев, которые были захвачены в плен во время кампании Викторио несколько лет назад и  их  уже приняли в племя. По моему мнению, воины  нашей группы  были лучшими бойцами из  всех апачей. Все они повидали немало сражений.
Когда мы были готовы двинуться на запад, мы попрощались с теми, кто  уходил с Ху. Когда мы тронулись в путь, они все еще были в лагере.
 Первый  день провел относительно неплохо, несмотря на то, что мы  шли  по очень пересеченной местности. Через несколько миль мы пересекли дорогу, которая вела к ранчо, но вскоре начался сильный дождь, размывший наши следы. Пройдя около 10 миль, мы снова вышли к реке Яки. Нашим командирам не терпелось переправиться и разбить лагерь на другом берегу до того, как река выйдет из берегов после недавнего дождя. Хорошо, что мы это сделали, переправившись  в тот же вечер, потому что за ночь уровень воды в реке поднялся до мощного разлива. Мы провели неприятную ночь, продрогнув в  наших    мокрой одежде  и одеялах.
В ту ночь, когда мы разбили лагерь, мы отогнали наших лошадей и мулов на  несколько миль вниз по реке и привязали их там. Причина этого заключалась в том, что если враг будет преследовать нас, он заметит следы животных и не заметит наш лагерь. Затем мы взвалили все  свои пожитки на плечи, поднялись по склону горы на вершину и разбили там лагерь. Благодаря таким мерам мы обычно избегали неприятных неожиданностей  для наших лагерей.
Мы оставались в этом лагере на вершине горы несколько дней. Мужчины обсуждали планы вторжения в юго-западную часть штата Сонора. Джеронимо, который никогда не забывал, что жители этого штата сделали с его семьей, всю жизнь хранил эту горечь в своем сердце.
 НАБЕГ В СОНОРЕ
Подготовка к  набегу  вглубь Соноры заключалась в изготовлении дополнительных пар мокасин, мытье волос, заточке ножей, чистке и смазке оружия. У нас не было томагавков, стрел или копий. У апачей никогда не было томагавков, и к 1882 году стрелы и копья использовались редко.
Мы  оставили большинство юношей, женщин и детей на вершине горы,  откуда  они могли  далеко  обозревать окрестности и где смогли бы постоять за себя. Мы с мамой прошли вместе с мужчинами, по крайней мере, часть пути. Нашей задачей было вернуть украденное мясо крупного рогатого скота в наш лагерь, чтобы у женщин и детей было вдоволь еды, пока мужчины  находятся в набеге.   
Перевалив через горный хребет, мы разбили лагерь на ночь. На следующее утро наши  вожди  велели нам держаться поближе друг к другу из-за густого леса, зарослей шиповника и кактусов. Путешествие обещало быть опасным и трудным; ночью передвигаться было практически невозможно. Теперь мы  находились  почти в окружении врага, но продолжали продвигаться к окрестностям ближайшего города. Затем наши люди начали разведывать окрестности в поисках лошадей и мулов, а мы с мамой и пятью маленькими мальчиками ждали на вершине холма, откуда могли обозревать окрестности и высматривать признаки присутствия врага.
После долгого и тревожного ожидания, ближе к вечеру мы с облегчением увидели, что наши люди едут верхом на лошадях. Для нас это было рискованное приключение. Даже если бы один мексиканский ковбой заметил нас, это означало бы серьезные неприятности, ведь мы были без оружия.
На следующий день мужчины убили несколько голов крупного рогатого скота, который мы разделали и погрузили на лошадей. Ближе к вечеру мы с мамой и пятью мальчиками отправились обратно к остальной части нашей группы. Часть ночи мы пробирались через густой лес. Утром мы продолжили   путь.  Наши лошади были тяжело нагружены мясом, и  только  ближе к вечеру мы оказались в пределах видимости лагеря. Несколько женщин вышли, чтобы помочь нам донести мясо. Поднимаясь по склону горы, мы были очень осторожны, чтобы не оставлять заметных следов. После того, как мы добрались до лагеря и разгрузили животных, кто-то из мальчиков отвел лошадей к реке подальше от лагеря. Теперь у нас было достаточно вяленой говядины для того, чтобы продержаться как минимум месяц.
Тем временем, наши люди двинулись на запад, туда, где между несколькими городами проходила главная дорога, ведущая на юг, к Уресу, тогдашней столице Соноры. Там, где дорога шла вдоль реки через лес, была местность, в которой апачи обычно подстерегали путешественников, особенно вьючные  караваны, груженные сухими товарами.
Наших мужчин не было около пятнадцати дней. Тем временем, мы жили в лагере, как можно меньше привлекая внимания.   Однажды женщина, стоявшая перед своим  типи, увидела на расстоянии приближающийся к нам белый объект. Женщины и дети сразу же пришли в сильное возбуждение и страх, решив, что приближается враг. Двое из нас, мальчишек, отправились на разведку и обнаружили, что это наши воины возвращаются домой с большим количеством сухих продуктов, рулонов ткани и верхней одежды. Когда они добрались до подножия горы,  то окликнули нас, после чего все люди в лагере поспешили вниз, чтобы встретить их. Мы, конечно, были рады видеть их, а они – нас.   Чего мы не увидели, так это скальпов. У апачей не было обычая снимать скальпы с поверженных врагов. Возможно, были исключения из этого правила, но они были очень, очень редки. Что касается Джеронимо, то я никогда не слышал, чтобы он приносил скальп. Об этом написано много всякой чепухи.
После возвращения наших воинов мы отправились дальше вверх по реке Яки, разбили лагерь на некоторое время, а затем снова двинулись вверх по течению. Здесь у нас было много еды и не о чем было беспокоиться. Тем не менее, мы были очень осторожны, чтобы не выдать своего присутствия, потому что находились довольно близко от нескольких мексиканских городов. Каждый день наши люди выставляли дозорных на холмах. Наш лагерь в это время находился на слиянии рек Бависпе и Яки.
 Вожди решили совершить набег на северо-запад. На этот раз мы отправились пешком, оставив всех животных в долине у реки Бависпе, где было много хорошей травы. Мы спрятали в пещерах наши седла и добычу, которую мужчины привезли с собой из предыдущего набега, а также все наше походное снаряжение, которое мы не могли нести на спине. Мы взяли с собой только одного мула, - моего большого мула, на котором ехали жена Джеронимо с ребенком.
Наша группа двинулась прямо на запад, в сторону мексиканского городка. Как раз когда мне показалось, что мы направляемся прямо в деревню,   наш предводитель остановился и собрал совещание. План состоял в том, чтобы избежать кражи лошадей или мулов, пока мы пробирались между этими городками, два из которых находились к западу, а один к востоку от нашего маршрута.
От последнего места стоянки группа повернула на северо-запад, к горам. Поскольку мы собирались пересечь главную дорогу, мы были особенно осторожны, чтобы нас не заметили и не оставили никаких следов, которые могли бы навести солдат на наш след. Наши люди знали, что в каждом городе есть военный гарнизон. Поэтому мы тщательно заметали следы.
 Мы разбили лагерь у подножия горы в нескольких милях от дороги, соединяющей Буэнависту и Монтесуму. На следующий день рано утром Джеронимо сказал мужчинам, что теперь они могут отправляться на поиски лошадей и мулов. Они должны были пригнать  всех животных,  которых смогут найти, так как мы нуждались в них для предполагаемого продвижения на север, в горы. Около полудня наши  мужчины пригнали довольно много  лошадей и мулов, украденных у мексиканцев. Мы отлично провели время, связывая их и разнуздывая, чтобы женщины и дети могли покататься верхом. Мой двоюродный брат привязал мула, но тот вырвался.   Я гнался за ним по прерии почти две мили, и чуть не заехал слишком далеко.  Внезапно я увидел неподалеку мексиканских солдат.
Когда я поскакал обратно к группе апачей,  то  услышал, как мой двоюродный брат кричит мне, чтобы я поторопился, так как враги приближались ко мне сзади. Тем временем, индейцы заняли  позицию, с которой могли атаковать солдат. Когда я перевалил через невысокий гребень, то услышал, как началась стрельба. Индейцы так быстро бросились на врага, что не заметили одного солдата, который прятался в кустах. Этот человек выстрелил и убил последнего апача, который проезжал мимо него. Воины, услышав выстрел, бросились назад как раз вовремя, чтобы застрелить мексиканца.
Группа была ужасно опечалена потерей воина. Это был апач из Уорм-Спрингс,  у которого не было  среди нас  близких родственников.
Ближе к вечеру того же дня мы отправились на запад, а затем разбили лагерь у подножия гор, чтобы поужинать. Пока мы были заняты этим, прибежал часовой и доложил, что враг находится на месте дневной перестрелки, недалеко от нас. Мы поспешно отошли в предгорья, где провели ночь в укрытии. Утром мы увидели, что солдаты идут по нашим следам и приближаются к нашему холму. Воины сразу же заняли позиции, готовые к бою. Но мексиканцы не пытались идти по нашему следу вверх по склону горы.
Наконец, нашим людям надоело ждать, и мы двинулись дальше, двигаясь очень быстро, прямо в ночи. Мы добрались до небольшого крутого каньона, где разбили лагерь и хорошо отдохнули ночью.
Утром мы взяли курс через широкую долину Бависпе. Хотя наши лошади и мулы были в хорошей форме, мы ехали медленно, наслаждаясь поездкой и приятной обстановкой. В ту ночь мы разбили лагерь у реки Бависпе. Вожди велели мужчинам не стрелять в оленей, потому что мексиканцы могли услышать стрельбу.
Эта страна выглядела так, словно принадлежала нам. В течение нескольких дней, благодаря мудрому руководству Джеронимо, враги нас не беспокоили. Мы переправились через реку и двигались по лесу, обсуждая тот факт, что местность, казалось, была полна оленей и другой дичи. На самом деле олени просто стояли и смотрели, как мы проходим мимо. Казалось, что их никто никогда не беспокоил, охотясь на них. Человеку, живущему в этом   месте, никогда не пришлось бы голодать. Здесь было много диких животных и другой пищи, которую можно было легко  добыть. Но на этот раз все подчинились Джеронимо и не сделали ни единого выстрела. Кроме того, у нас еще оставалось много вяленой говядины.
Достигнув нашей следующей цели, мы снова расположились на ночлег. Все было как в мирное время. У нас было вдоволь еды, хорошая одежда из украденных  товаров, и поблизости не было врагов. Мы находились примерно в тридцати милях к юго-востоку от Фронтераса.
В это время женщины с помощью нескольких мальчиков собирали и сушили плоды юкки, готовясь к зимовке  в  Сьеррах. Это было в конце лета или начале осени 1882 года.
 Только один инцидент нарушил наш покой. Однажды, услышав шум в лагере, я увидел убегающих мужчину и женщину. Мужчина был апачи  из Сан-Карлоса, а  его жена была чирикауа. Они решили вернуться в безопасное место, в агентство Сан-Карлос. Отец девушки был так взбешен, что приказал мужчинам выследить их и застрелить обоих. Поиски пары не увенчались успехом,  им удалось скрыться, и, в конце концов, они вернулись в Сан-Карлос.

  НАБЕГ В США
На совете мужчины спланировали вторжение  на юг Аризоны.  Причиной этого было то, что все оружие, которым пользовались воины, было американского производства, довольно современного. В Мексике не было патронов к ним, поэтому пришлось совершить  набег в Соединенные Штаты, чтобы раздобыть патроны.
В этом  набеге участвовали все здоровые мужчины. Я очень хотел пойти с ними, но  воины отказались брать с собой неопытных юношей. Переход  обещал  быть трудным и опасным;   отряд должен  была перемещаться  на большие расстояния с огромной скоростью и постоянно подвергаться опасности со стороны войск,  поэтому мой двоюродный брат сказал мне, что мне придется остаться в лагере, чтобы присматривать за матерью и сестрой. Кроме того, было много караульной службы и другой работы, которую нужно было выполнять.
 После того как мужчины отправились в северо-западном направлении, мы перенесли лагерь на новое место у подножия горы, где было много воды и обильные запасы диких фруктов на зиму. Мы жили здесь вполне счастливо, когда однажды утром я услышал выстрел, произведенный ниже по течению ручья примерно в миле к западу от лагеря. Женщины и дети сразу же впали в панику. У нас не было никакой защиты, и мы подумали, что, возможно, приближается враг. Все выбежали из лагеря и спрятались в холмах. Отсюда мы могли видеть двух мужчин, приближавшихся к нашему лагерю. Вскоре мы узнали, что это   наши воины, возвращающиеся из набега. Они отправились в обратный путь раньше основных сил, чтобы забрать с собой молодого человека, который был ранен. Он умер по дороге. Один из этих людей теперь взял на себя заботу о нашем лагере, что значительно облегчило наши обязанности. 
Спустя долгое время мы двинулись дальше на юг, к месту, которое было назначено как место  сбора, где мы должны были встретиться с возвращающимся военным отрядом. Мы прибыли в полном порядке и расположились лагерем на несколько дней, когда прискакал гонец и велел нам двигаться вниз, поближе к реке Бависпе. На следующий день около полудня, когда мы только что закончили этот переход, мы увидели наших приближающихся   воинов. Они провели очень успешный  набег, захватив большое количество боеприпасов и множество предметов, полезных для жизни в лагере.
В ту же ночь наши вожди запланировали большой победный танец, который обычно устраивался, когда воины возвращались с добычей из удачного похода. Вскоре мы услышали бой тамтамов и увидели, что женщины и девушки собираются во внешнем круге. Мужчины пели во все горло, радуясь своим победам. Затем женщины начали выбирать партнеров для танцев, которые продолжались всю ночь. Утром мужчины сделали своим партнершам ценные подарки, такие как лошади, седла, уздечки, одеяла и другие полезные предметы.
Мы разбили здесь лагерь на несколько дней, дав мужчинам возможность как следует отдохнуть, прежде чем двинуться обратно в Сьерра-Мадре.  Затем мы двинулись на юг вдоль реки Бависпе, останавливаясь то тут, то там на несколько дней, пока не приблизились к городу Опуто. Здесь мы разделились на две группы, одна из которых направилась на восток, в Сьерра-Мадре,  а другая продолжила путь к Опуто. Большинство индейцев постарше направились прямо на восток, в то время как мы, младшие, под командованием Джеронимо, двинулись на юг вдоль подножия гор, пока не миновали Опуто. Здесь мы остановились на ночлег. На следующее утро мужчины отправились на поиски лошадей, разделившись на несколько групп. Затем мы поднялись в горы и остановились на ночлег на восточной стороне хребта.
Утром мы снова двинулись в путь, очень осторожно, потому что пересекали главную дорогу между Бависпе и Опуто.  Этот этап нашего перехода прошел  совершенно  незаметно для мексиканцев,  и мы направились прямо в горы, где напали на след другой группы индейцев. На закате мы встретили нескольких человек, которые возвращались из набега за лошадьми. Затем мы продвинулись примерно на милю к югу, где разбили лагерь на ночь.
В ту ночь Джеронимо сказал нам, что по нашему следу идут мексиканские солдаты. Он предсказал точный момент их появления. На следующее утро женщины и дети, как обычно, были на вершине горы, в то время как мужчины наблюдали за тропой. И действительно, как и предсказывал Джеронимо, мексиканские солдаты появились в том самом месте и в то самое время, которые предсказал Джеронимо. Мексиканцы направились к ручью, а затем вернулись по своим следам в сторону Опуто. Наши воины последовали за ними и напали на них   перед самым закатом. Наши люди захватили всех лошадей противника и нанесли ему значительный урон. Некоторые из этой группы отправились вниз по реке недалеко от ее впадения в Яки, чтобы забрать вещи, которые мы спрятали в пещере.
Пока наш основной отряд разбивал лагерь на склоне холма, часовые заметили наших воинов, возвращавшихся с добычей, добытой в битве с мексиканцами. Вскоре мы услышали бой тамтамов, и начался грандиозный  победный танец. Одно из самых комичных представлений состоялось, когда  на «сцену» вышли молодой мексиканец – член   нашей группы,  – и апачская женщина,  одетая как мексиканка. Они прошествовали вокруг – мужчина с ружьем через плечо, похожий на мексиканского солдата, женщина, ведущая себя как сеньорита. Это было веселое  представление. 
Несколько дней спустя мы последовали за группой, которая шла впереди нас. Наш путь пролегал через лес, где сосны на дне каньона росли так густо, что мы не могли разглядеть тропу впереди. Наконец, мы пересекли поляну длиной около двух миль и снова углубились в густой сосновый лес. Это был утомительный день для всех нас, особенно для лошадей, пробиравшихся  через  густые заросли.
На следующее утро, когда мы были готовы снова тронуться в путь,  к нашей радости прибыли наши воины,  которые спустились в пещеру, чтобы забрать наших лошадей и  еду. Мы оставались в лагере весь тот день, чтобы дать им возможность отдохнуть.
На следующий день мы все отправились в путь через сосны, пока снова не достигли края большого каньона, где разбили лагерь.

 ВОССОЕДИНЕНИЕ ДВУХ ГРУПП
Группа, которая под руководством  Ху отправилась в самое сердце Сьерра-Мадре,  теперь прибыла и разбила лагерь на противоположной стороне каньона. Некоторые из нашей группы перешли на другую сторону, в то время как другие подошли посмотреть на нас. Это было очень счастливое время для всех нас, когда мы обменивались подарками и воспоминаниями. Ночью по ту сторону каньона мы могли слышать их тамтамы, и я думаю, что они могли слышать наши. Группы праздновали благополучное возвращение и воссоединение.
Мы узнали, что вождь  Ху  и его  группа имели, по крайней мере, одно столкновение с мексиканцами. На этот раз воины в течение двух дней вступали в перестрелку с мексиканскими войсками. В конце концов, их боеприпасы были почти исчерпаны. Солдаты все еще следовали за ними, поэтому индейцы проложили простую зигзагообразную тропу вверх по крутой горе к месту чуть ниже вершины, где тропа шла параллельно линии хребта. Вот что придумал хитрый старый вождь  Ху  против врага: он приказал своим людям сложить вдоль тропы ряд больших камней, чтобы их можно было сбросить вниз по склону горы. Воины заняли свои позиции, когда враг появился на гребне по ту сторону ущелья. Индейцы были хорошо укрыты кустами, травой и листьями.
Они лежали неподвижно, но с нетерпением ждали, когда мексиканцы приблизятся к опасной зоне. Мексиканцы уверенно  шагали вверх по зигзагообразной тропе. Когда они достигли вершины, оттуда выскочили воины апачи и напали на них. Мексиканцы начали отступать вниз по склону горы, после чего, по команде  Ху,  индейцы начали сбрасывать на них огромные валуны. Некоторые из этих камней были такими большими, что повалили сосны. Многие солдаты были раздавлены падающими валунами и деревьями. Немногим удалось спастись.
После того, как камни перестали падать и наступила тишина, нарушаемая лишь редкими стонами, индейцы спустились вниз и собрали ружья и боеприпасы мексиканцев. В результате выжившие солдаты отправились домой без оружия. Но индейцы больше их не беспокоили.
Ни один из воинов вождя  Ху  не погиб в  этом бою. Джеронимо и  наша группа потеряли двоих в течение лета.
Мы решили пересечь каньон, чтобы присоединиться к людям  Ху. Как и прежде, переход  занял целый день, и снова был  очень трудным и опасным. Во многих местах скалы были высотой в несколько сотен футов, и, как всегда, существовала опасность падения камней. Несмотря на то, что во время таких  переходов апачи  иногда погибали и получали серьезные травмы,   на этот раз с нами не произошло никаких происшествий. Мы разбили лагерь на восточном краю большого каньона, где  оставались всю зиму. Единственным необычным событием было то, что один из наших апачей, мужчина по имени Ши-неа, внезапно решил застрелить одинокого навахо, который все это время был с Джеронимо. Навахо, ранее служивший  скаутом в армии   США, убил одного из родственников Ши-неа. Как обычно, апачи никогда ничего не забывали и не прощали, поэтому Ши-неа убил навахо без предупреждения. Нам всем было жаль, что это произошло, но никто ничего не предпринял по этому поводу.