Думается, что Толстой

...в первых и главных, не умел принять непознаваемость Бога: как это я - и чего-то не могу понять? Отсюда отрицание божественной сущности Христа, Троицы, непорочного зачатия и всех чудес. Отсюда тот причудливый пантеизм, который он называл истинным христианством. Пантеизм, по сути, очень рационален, все в нем можно сосчитать, все объяснить, чего не хватает - додумать, и будет очень органично, логично, понятно. А даже если что-то и остается непонятным, так обещает разъясниться со временем. Христианский Бог был, есть и навсегда останется для человека непознаваем. Как понять непознаваемость? Никак. Это черный ящик, который - вот он, перед тобой, можешь пощупать, но что внутри не узнаешь никогда. Никогда и навсегда тоже человеческое понятие вместить не в состоянии. Это несоизмеримо больше всех подсчитанных индуистами миллионов лет, которые составляют перетекающие одна в другую эры. Поэтому понятному, но бессмысленному пантеизму противостоит Бог непостижимый, но осмысленный, как неисчислимая живая Вечность - законсервированной абстракции. Знание здесь бессильно.