Читайте мя, и обрящете свет в сером оттенке

Пошто не разумеете погрязши в своих фэнтазях, аки блудные вепри в желудях трухлявых. Аки птицы дивные нелётные пингивины, ропщете бог весть о чём ни об чём и пустое молчание грех. А знать подобало бы умам пытливым постигать пищу разума из книг мудрых, а особенно потому, что из многих нынешних сборников слов, кои и книгами язык не поворачивается называть сие невозможно. Нахватано зело, как видно не от разума, не строчками и не страницами, как это в обычае у людей искусных и учёных, когда случается им кому-либо писать, в кратких словах излагая важные мысли, а сверх меры многословно и пустозвонно, целыми десятками мешков дырявых со словами никчёмнее звуков пустопрожних, обложившись премиями пустышек за пустоту кромешную! Тут же и о неуёмных блуднях извращуг поганых, и о пападайцах, и многое иное - поистине словно вздорных младушек россказни, и так все невежественно, что простым и лялькам на удивление и на осмеяние. Тем паче, что более срамно посылать попадайцев во времена лихие, о коих не фигас не разумеете, и где встречаются и люди, знающие не только грамматику и риторику, но и диалектику Гегеля, и философию Канта.

И ещё к тому же меня смущает, человека, уже совсем смирившегося пандемией безумства во всех ипостасях, писателя , жестоко оскорбленного и несправедливо лишённого донатиков и премий, хотя и многогрешного, но имеющего чуткое сердце и в письме искусного, как многим и не снилось. И вместо того чтобы утешить меня, миллионными прочтениями, подписками и лайками, пребывающего во многих печалях, вы как чатлане забывшие: «Прочитаешь его (мя) и уразумеешь истину не постигши азов её.

Уж не знаю, чего Вам ещё от меня? А хотел, Вам молвить на каждое твое слово и мог бы написать не хуже, ибо по благодати сил и упорства постижения истин овладел по мере способностей своих слогом древним славянофильским, уже на старости здесь обучился ему; но удерживаю пальцы свои от клавиатуры подальше дабы не уподобиться баламошкам неразумным, часто руку Господь мою от греховного трещания на клавиатуре отводит.

Подумал, размыслил я и решил, что лучше здесь промолчать, а так тянуло дерзнуть и возгласить: "Прочтите у бедного писателя земли Российской, хоть пару глав, хоть пару строчек. Каждому читателю разверзнутся прямодушие его или коварство предъявлены будут, а вместо свидетелей собственная совесть каждого провозгласит и засвидетельствует истину. А кроме того, скажу, что не подобает извергать из уст младых грубые и гневные слова, о чём я всем стоеросовым не раз, не два-с вещал доселе".