Пристань в огне. 1773-1775 годы

Ашкадарская пристань в событиях Крестьянской войны 1773–1775 годов

География, оборона и взятие Стерлитамака повстанцами

Ноябрь 1773 года

Пристань на перекрёстке водных и сухопутных путей

В ноябре 1773 года небольшая Ашкадарская, или Стерлитамакская, соляная пристань оказалась в центре событий, которые изменили политическую и военную обстановку на значительной территории Южного Урала. Восстание под предводительством Емельяна Пугачёва быстро распространялось по Оренбургской губернии, вовлекая в борьбу башкирское население, казаков, заводских работников и крестьян.

Для понимания событий необходимо прежде всего представить географическое положение пристани. Она возникла вблизи впадения Ашкадара в Белую, неподалёку от устья его притока Стерли. Такое расположение было обусловлено хозяйственными преимуществами местности: близостью водных путей, возможностью перевозки соли и удобным сообщением с внутренними районами края.

Однако то же самое положение имело и военное значение. Пристань находилась на важной сухопутной коммуникации — Оренбургском тракте, связывавшем Уфу с Оренбургом. По нему перемещались обозы, товары, служилые люди и военные подразделения. Контроль над этим пунктом позволял влиять на передвижение по одному из важнейших направлений региона.

С точки зрения исторической географии особенно интересно взаимное расположение пристани и двух рек. Ашкадар и Стерля формировали своеобразную систему естественных рубежей. Пойменные пространства, особенности берегового рельефа и сезонное изменение водного режима могли затруднять передвижение и ограничивать выбор удобных подходов к поселению.

Впрочем, считать реки полноценными оборонительными линиями было бы преувеличением. Их значение зависело от конкретного состояния русел, берегов и поймы. В ноябре, когда начиналось ледообразование, водные преграды могли как осложнять передвижение, так и открывать новые пути для конницы и пехоты. Как именно выглядели берега и переправы в 1773 году, ещё предстоит установить по историческим картам и архивным материалам.

Тревожное ожидание нападения

К середине ноября 1773 года угроза появления повстанцев у Стерлитамакской пристани стала вполне реальной. Местная администрация располагала сведениями о распространении восстания и пыталась подготовиться к возможному нападению.
По данным, приведённым исследователем С. У. Таймасовым, в окрестных башкирских деревнях Ашкадар и Стерля находились подразделения численностью соответственно около 600 и 250 человек. Кроме того, действовали два разъезда по 100 человек, а непосредственно на пристани размещался пикет из 50 человек.

Эти сведения позволяют представить пристань не как совершенно беззащитное поселение, а как объект, включённый в систему правительственного военного контроля. В то же время численность подразделений сама по себе ещё не свидетельствует об их надёжности: многое зависело от политических настроений местного населения и отношения башкирских воинов к происходившим событиям.

16 ноября майор И. К. Маршилов обратился в Уфимскую провинциальную канцелярию с просьбой разрешить вывоз движимого имущества из пристани. Этот факт особенно показателен. Он свидетельствует, что опасность воспринималась местным начальством как непосредственная и серьёзная.

Вскоре положение стало ещё более драматичным. Майор Н. Голов и майор И. К. Маршилов покинули пристань и направились в Уфу. Однако их отъезд не означал немедленного прекращения обороны. Согласно опубликованным сведениям, капитаны Богданов и Гуров остались на месте и пытались организовать сопротивление.
Таким образом, в критический момент пристань столкнулась не только с угрозой внешнего нападения, но и с кризисом местного управления.

Ноябрьские события: штурм или продолжительная осада?

В ночь на 19 ноября 1773 года к Стерлитамакской пристани подошёл крупный повстанческий отряд под руководством башкирского старшины Каскына Самарова. С. У. Таймасов приводит численность около четырёх тысяч человек.

Эта цифра показывает масштаб сил, сосредоточенных против небольшого административно-хозяйственного пункта. Но особенно важно другое обстоятельство: восстание уже не было исключительно крестьянским выступлением или разрозненным движением отдельных групп. Перед пристанью находилась организованная вооружённая сила, способная действовать на значительном пространстве.

Среди повстанцев были башкиры Ногайской дороги, хорошо знавшие местность, населённые пункты и дороги. Это знание давало им существенные преимущества при передвижении, сборе сведений и выборе направлений действий.

Однако обстоятельства самого взятия пристани в исторической литературе освещаются неодинаково.
В исследовании С. У. Таймасова говорится о десятидневном сопротивлении защитников, завершившемся капитуляцией после исчерпания боеприпасов. В работе Н. М. Кулбахтина события ночи с 18 на 19 ноября представлены как штурм, в результате которого повстанцы овладели пристанью.

Эти версии требуют дополнительного сопоставления с архивными документами. Возможно, различия связаны с неодинаковым пониманием отдельных этапов операции, продолжительности боевых действий и момента окончательного перехода пристани под контроль восставших. Пока нельзя считать установленным ни точное время прекращения сопротивления, ни последовательность отдельных боевых эпизодов.

Тем не менее некоторые обстоятельства представляются достаточно определёнными. Старшие правительственные начальники бежали, часть находившихся поблизости башкирских подразделений оказалась вовлечена в восстание, а оставшиеся защитники пытались сопротивляться под руководством капитанов Богданова и Гурова.

Это позволяет предположить, что судьба пристани решалась не только соотношением численности сторон. Большое значение имели политическая ситуация, ненадёжность прежней системы военного контроля и отношение местного населения к восставшим.

Пространство возможной обороны

Географическое положение пристани позволяет поставить ещё один вопрос: каким образом её территория могла быть приспособлена к обороне?

Для ответа необходимо учитывать не только природные преграды, но и характер застройки. Соляные амбары, канцелярские и хозяйственные здания, жилые постройки образовывали внутреннее пространство поселения. Массивные деревянные сооружения могли затруднять передвижение нападавших и предоставлять защиту находившимся внутри людям.

Особый интерес представляет земляной вал, обозначенный на генеральных планах Стерлитамака 1785 и 1794 годов. Эти планы свидетельствуют, что в конце XVIII века границы городской территории определялись не только естественными особенностями местности, но и искусственными элементами планировки.

Можно ли связывать этот вал с оборонительной организацией пристани периода Крестьянской войны? Пока однозначного ответа нет. Для этого необходимо установить время его сооружения, первоначальное назначение и возможную связь с более ранними укреплениями.

Однако сама постановка вопроса представляется важной. Она позволяет рассматривать ранний Стерлитамак не просто как поселение при соляных складах, а как территориально организованный объект, в котором хозяйственные, административные и оборонительные функции могли сочетаться.

Именно здесь историческая география помогает увидеть то, что трудно понять при простом перечислении событий: особенности ландшафта, расположение построек и транспортных путей непосредственно влияли на возможности обороны и наступления.

От пристани — к Уфе

Значение событий у Ашкадарской пристани не ограничивалось судьбой самого поселения.

Уже 24 ноября 1773 года четырёхтысячный повстанческий отряд под руководством Каскына Самарова и Караная Муратова подошёл к Уфе. Началась борьба за один из важнейших административных центров региона.

Эта последовательность событий позволяет рассматривать взятие пристани как часть более широкого наступления повстанческих сил по Ногайской дороге. Овладение пунктами на этом направлении создавало условия для дальнейшего продвижения к Уфе и установления контроля над значительными территориями.

При этом не следует преувеличивать значение самой пристани как соляного склада. К 1773 году история местного соляного промысла уже претерпела изменения, в частности, ранее происходил перенос основных операций по заготовке и перевозке соли. Поэтому утверждать, что повстанцы получили здесь крупнейшую региональную соляную базу, без дополнительных документов нельзя.

Гораздо надёжнее говорить о приобретении важного административного, хозяйственного и транспортного пункта, расположенного на пересечении местных коммуникаций.

Историко-географический смысл событий

История взятия Ашкадарской пристани в ноябре 1773 года позволяет по-новому взглянуть на ранний период существования Стерлитамака.

Поселение возникло благодаря выгодному сочетанию природных и хозяйственных условий. Близость рек обеспечивала водные коммуникации и возможности хозяйственного освоения территории, а Оренбургский тракт связывал пристань с крупными административными и экономическими центрами. Постепенно здесь сформировался комплекс складских, административных и жилых построек.

Но в период Крестьянской войны те же самые особенности приобрели новое значение. Водные рубежи, дороги, населённые пункты и расположение военных подразделений стали факторами военной стратегии.

Особенно примечательно, что в событиях вокруг пристани проявилась двойственная роль географического положения. Оно способствовало возникновению и развитию поселения, но одновременно превращало его в объект борьбы за контроль над транспортными и административными коммуникациями.

Таким образом, ноябрь 1773 года стал важной страницей не только политической, но и пространственной истории Стерлитамака. Судьба небольшой Ашкадарской пристани оказалась связана с масштабными событиями Крестьянской войны, а её географическое положение во многом определило значение этого эпизода в истории Южного Урала.

История пристани напоминает, что города возникают и развиваются не в отвлечённом историческом пространстве. Их судьбы во многом определяются реками, дорогами, рельефом, хозяйственными возможностями территории и тем, как люди используют эти природные условия в мирное и военное время.

Источники и литература для дальнейшей проверки

1. Таймасов С. У. Восстание 1773–1774 гг. в Башкортостане. Исследование событий восстания на Ногайской дороге.
2. Кулбахтин Н. М. Башкиры и башкирские предводители в Крестьянской войне 1773–1775 годов. Уфа, 2020.
3. Российский государственный архив древних актов (РГАДА): фонд 1100, дело 7; фонд 6, дела 426, 504, 507. Указанные дела требуют непосредственной проверки по оригиналам или архивным копиям.
4. Генеральные планы Стерлитамака 1785 и 1794 годов.