Тайна дома на краю Глава 27

    
                Анна Гринина
                Тайна дома на краю
                Глава 27

 
Когда послания обнаружили и прочитали, лица взрослых тронула улыбка. Они были  настолько увлечены чтением, что не заметили, как экономка вышла из зала. Через минут десять она вернулась и попросила минуту внимания: 
            
 — У нас тоже есть небольшой сюрприз для Генри и Эшли.               

 С этими словами она открыла дверь и впустила в гостиную детей, одетых в костюмы ангелов, чародеев и бабочек.            

Лорд Вейн был поражен не меньше племянников. Впервые за несколько лет День всех Святых праздновали с таким размахом.

— И кому это пришло в голову? — спросил герцог, прищурив глаз. — Вам, миссис Томпсон?   

 — Это наша Кейт постаралась, — ответила экономка. — Пригласила ребятишек из соседней деревни, а Джон открыл им ворота.               

 — Интересно-интересно, — задумчиво произнес Лестер Хант, так как в голове закрутились мысли.               
 — Что ж, веселитесь, а нам с лордом нужно поговорить.
               

                *   *   *
               

В праздничную ночь Всех Святых Дарк-Хаус гудел, как растревоженный улей.
Огромный бальный зал старинного особняка был погружен в мягкое зарево сотен свечей, расставленных на каминных полках, в тяжелых кованых люстрах и внутри белых шаров-светильников.

Воздух был напоен ароматами медового воска, печеных яблок, корицы и осенней листвы, которую слуги занесли со двора вместе с хвойными гирляндами и ветками рябины.               

 По старинным традициям праздник отмечался шумно. Стены были украшены белыми и золотыми лентами, и тени от пламени свечей придавали всему магический окрас.             

В вихре суеты двое детей носились между гостей. Джулия старалась следить за порядком, чтобы дети ненароком не опрокинули подсвечники. Хоть наряд на ней был не новым, а прическа — строгим пучком, легкая улыбка выдавала праздничное настроение.

Карим следил за подачей блюд, миссис Томпсон поправляла кружевные скатерти, с кухарка с садовником наблюдали за празднеством из приоткрытых дверей кухни.

Дети в праздничных костюмах кружились по залу. Именно они превратили особняк в живую сказку.


Пока гости праздновали  День всех Святых, лорд и Глава Тайной канцелярии вели осторожные переговоры, скрепляя фальшивый отчет для Короны. 

Герцог стоял у высокого окна, откуда открывался вид на сад.  Его лицо было серьезным, а взгляд холодным и цепким, лишенным всеобщего веселья. И пока вокруг звучали смех и шелест крыльев, присутствие этого человека напоминало о мире, где плелись опасные интриги.

Огонь в камине библиотеки бросал тени на книжные шкафы из темного дуба. В углу комнаты стоял глава Тайной канцелярии. На нем безупречный черный сюртук. Лорд Вейн налил темное вино в бокалы. Рука его не дрогнула, но взгляд был прикован к гостю.             

 — Удивительная ночь, друг мой, — тихо произнес лорд, протягивая один бокал гостю. — День всех Святых, полнолуние... Тайная канцелярия умеет выбирать время.      

Герцог принял бокал. Тон его был холоден и вежлив, как всегда.            

— Праздники — чудесное прикрытие, лорд Вейн. За масками прячутся истинные лица. К тому же, в это время фамильные склепы становятся...слишком оживленными.               

Лорд слегка прищурился и сделал глоток вина.               

— Вы верите в суеверия наших горничных и кухарки. В нашем доме чтут традиции. Дети играют в мага и ангела, это ведь не нарушает закон?               

Герцог сделал шаг из тени, и свет камина упал на его лицо с резкими чертами.               

— Законы нарушает не детская игра, Ричард. Люди шепчутся о странных вещах: о печатях, которые слабеют. О крови, которая способна пробудить тех, кому надлежит спать вечным сном.               

Он наклонился и понизил голос до шепота:               

— Если в эту ночь кто-то откроет дверь, запертую  три века назад, спасать вас будет поздно. Мои люди окружили особняк. Не хотелось бы применять их методы к детям.               

Ричард поставил бокал на стол. На секунду его маска радушного хозяина спала, обнажив решимость защищать тех, кто дорог.               

— Этот дом принадлежит мне. И детей я никому не отдам.               

Герцог хищно улыбнулся.               

— Посмотрим, чья ночь будет длиннее — наша или тех, кто просыпается внизу.


                *   *   *


— А сейчас пришло время обойти дом, маленькие светлячки! — зычным голосом скомандовала миссис Томпсон. — Все возьмите по фонарику и  встаньте в ряд!
 
 Дети с радостными возгласами бросились к столу и каминным полкам и взяли бумажные светильники, а потом выстроились в колонну. Под тихий звон колокольчика, бережно неся светильники, они начали шествие по темному коридору до парадного зала. Огоньки отбрасывали дрожащие блики на лица детей, а нежные голоса выводили церковный гимн всех Святых.

Джулия и Карим следовали за процессией, стараясь не выпускать из виду маленьких Вейнов. Но сделать это было не просто из-за множества похожих костюмов. Дети направлялись к большому столу, поставленному в саду, на котором стояли огромные тыквы со свечами внутри, корзина с яблоками и коробки со сладостями.         

— Мисс Метнер, не могли бы вы помочь той девочке? — Экономка указала на малышку в наряде ангела. — Нужно понадежней закрепить крылья.               

Джулия быстро подошла к ребенку; тесемки и вправду развязались, и крылья из картона и перьев в любую минуту могли упасть. Девушка присела на корточки перед малышкой, которая неловко держала фонарик. В это время к дворецкому подошел мальчик и сказал, что свеча в его фонарике потухла. На секунду гувернантка потеряла детей из виду. Этого мгновения было достаточно.

Мальчик в темно-синем плаще со звездами потянул сестру за руку.


В темноте дети быстро затерялись в глубине сада, а очутившись у ворот, проскользнули в приоткрытую калитку; и там их увидел садовник. Эшли посмотрела на него огромными глазами, боясь, что их сейчас вернут обратно. Но Джон улыбнулся им и сделал приглашающий жест, разрешая пройти на кладбище.               

— И нас даже не остановят? — удивленно  сказал Генри.               

— Это наш шанс! — прошипела Эшли. — Такого удачного дня может больше не быть. Пойдем скорее, она ждет.               

И дети свернули в сторону тяжелой дубовой двери, ведущей в старый фамильный некрополь.               
Они пробирались по заросшей сорняками тропинке, мимо заброшенных могил с серыми памятниками. Полная луна пробивалась сквозь голые ветви деревьев, серебря звезды на плаще Генри и крылья Эшли. Свет от ночного светила падал на фасад склепа.               

В ночь, когда граница между мирами стиралась, тени казались живыми, а воздух пах сыростью и старым камнем.  Дети бережно несли светильники со свечами внутри, и их слабое дрожащее пламя — единственное, что освещало ступени, ведущие под землю.

Тяжелая кованая решетка склепа поддалась куда легче, чем дети ожидали. Может, проржавел старый замок, а может, кто-то нарочно оставил дверь приоткрытой. Внутри пахло вековой пылью, сухоцветами и терпкими ягодами.    

Дети медленно шли вперед и освещали путь фонариками; каждый шаг гулко отдавался под сводами склепа. В его глубине, за мраморным надгробием, в нише, укутанная в тяжелый бархат, покоилась девушка дивной красоты. В лунном свете, падающем сквозь  витражное окно, кожа ее казалась фарфоровой.               

 Затаив дыхание, дети подошли поближе. Генри поднял светильник повыше, чтобы осветить ее лицо, а Эшли, преодолевая страх, с любопытством вглядывалась в прекрасные черты.            

— Она не похожа на маму, — с сомнением произнес брат, разглядывая красавицу.    — Много ты помнишь, — насупилась Эшли. — Давай сюда свечи.

Мальчик чуть помедлил,  но достал из-за пазухи свечи, соль и пергамент и отдал сестре.               

 Тут за их спинами послышались шаги, отдававшиеся гулким эхом. Дети обернулись и увидели садовника, который улыбался.          

 — Джон, что вы здесь делаете? — недовольно спросила Эшли.

 — Пришел, чтобы помочь вам, мои дорогие, — ответил он, приближаясь. — Вместе мы воскресим мою прекрасную хозяйку. Она будет вам хорошей матерью, поверьте. Вы снова станете счастливой семьей. Разве не этого вы желали, дети? Так давайте же поскорее начнем.               

Он протянул руку и забрал у Эшли страницу из гримуара, а потом достал из кармана складной нож.               

Эшли уже не понимала, правильно ли поступает, но поставила свечи из лаборатории алхимика и зажгла их.


Когда все приготовления к ритуалу были закончены, Джон встал в изголовье саркофага, схватил Эшли за руку и торжественным голосом произнес:            

— Да свершится то, что предначертано в эту Великую ночь!               

 С этими словами он порезал палец Эшли и три алые капли упали на  губы вампирши.

В этот момент в тишине склепа раздался тихий вздох, а по каменным плитам пронесся ветер. Полнолуние вступило в свои права, и катастрофа стала на шаг ближе.


  #ТайнаДома