Свет на троих. Глава 3

Страх

Распрощались наши герои в десятом часу, и все попытки Маргариты оставить Артёма не увенчались успехом.
— Артём! Уже темно и поздно, оставайся!
— Нет, Маргарита, спасибо, всё же я пойду. Нужно появиться дома.
Здесь необходимо небольшое пояснение: Артём учился в вузе, это был не его родной город. Поскольку он приехал издалека, нужда заставила его снимать комнату в частном доме — условия в студенческом общежитии оказались вовсе не условиями. Далее терпеливый читатель, постигнув всё, поймёт, о чём речь. Хозяйка дома, Агафья Ивановна Белоконь, до жути любила оккультные развлечения, но, по словам Артёма, «она и рядом не валялась с талантом Марго», за что Агафья и была прозвана полуведьмой.
— Артём, — не унималась Марго, — я понимаю, ты молод, кровь кипит, чуя ночную весну, но, может, ты всё-таки останешься?
Молодой человек, однако, обнаружил в себе непреклонную силу воли и от предложения отказался. Маргарита сдалась. Тепло осознавая рьяность юного сердца, она обняла его на прощание.
Оказавшись на улице, Артём вдохнул полной грудью весенний воздух, насыщенный вечерними загадками и внезапной тягой к творчеству. И стало на душе так хорошо, так приподнято, так романтично! Шагая по тёмным изгибам дороги, он вспоминал о гадании, о странном знаке на дне чашки, о вине, вкуснее которого никогда не пробовал, и о загадочной книге в кожаном переплёте.
В голове Артёма роились идеи, образы, слова. Он чувствовал, как внутри просыпается что-то новое, требующее выхода. Возможно, это была та самая тяга к творчеству, о которой он так часто слышал, но никогда не ощущал столь остро. Юноша вдруг понял, что хочет писать, создавать, выражать всё то, что переполняло его сейчас. И это чувство было таким же сильным и пьянящим, как то вино, что он пил у Маргариты.
Артём поднял голову и посмотрел на звёздное небо. Оно казалось ему необыкновенно ярким и глубоким, словно открывало перед ним новые миры. Он улыбнулся. Эта ночь, эта встреча, это гадание — всё было не просто случайностью, а началом чего-то важного, чего-то, что навсегда изменит его жизнь. И он был готов к этим переменам.
Он вышел на ровную, хорошо освещённую часть дороги, и ход его мирно текущих мыслей резко прервался.
Вокруг на мгновение стало так тихо, будто кто-то отключил все звуки мира. В сердце кольнуло, по спине пробежал холодок неизъяснимого страха. Артём остановился, озираясь по сторонам. Он пытался понять, что именно его так напугало, но ничего особенного в этот весенний вечер не приметил. По дороге изредка проносились машины, зеркальные лужи безмятежно отражали свет фонарей и яркой мартовской луны. На противоположной стороне медленно двигалась дамочка, выгуливаемая своей низкорослой собачонкой; навстречу Артёму шёл человек в шляпе. В общем, ничего из ряда вон выходящего не происходило.
Когда человек в шляпе поравнялся с Артёмом, он поприветствовал юношу кивком головы, лёгким прикосновением к своему головному убору и пошёл дальше. Артём обернулся ему вслед, дабы убедиться, что этот человек ему решительно не знаком и не представляет угрозы.
Но о ужас! Человека на улице не оказалось. Пару секунд назад он был — и исчез! Ни поворотов, ни закоулков улица здесь не имела, и деться ему за столь маленький промежуток времени было совершенно некуда. Но он всё же куда-то делся.
И тут же открылось ещё одно ужасающее обстоятельство: Артём только теперь заметил, что стоит на улице не вечером, как полагалось бы, а утром! Утром!
«Что же это получается, — пронеслось в голове у побледневшего юноши, — несколько секунд назад приближалась ночь, а ныне утро?»
Артём ощутил, как по телу прошла дрожь, не имеющая ничего общего с утренней прохладой. Его взгляд, ещё секунду назад сосредоточенный на исчезнувшем незнакомце, теперь метался по пустынной улице в попытках ухватиться за хоть какую-то привычную реальность. Как такое возможно? Время, казалось, сжалось, перескочило, словно кто-то невидимый перевернул страницу в книге его жизни, пропустив целую главу.
Он попытался восстановить последовательность событий, но мысли путались. Приветствие, кивок, шляпа — всё это было так реально, так осязаемо. А потом — пустота. Не просто отсутствие человека, а полное, абсолютное исчезновение, будто он растворился в воздухе. И это утро… оно было не тем утром, которое он ожидал. Это было утро, которое пришло внезапно, без предупреждения.
Артём прижал руку к груди, пытаясь успокоить бешено колотящееся сердце. Неужели он сошёл с ума? Или это какой-то сон, настолько яркий и реалистичный, что его трудно отличить от яви? Но ощущение прохладного утреннего ветра на лице, запах травы, доносившийся откуда-то издалека, — всё это кричало о реальности. О реальности, которая вдруг стала непостижимой. Он огляделся по сторонам, ища хоть какой-то знак, хоть какое-то объяснение этому странному событию.
В глазах у Артёма потемнело, он пошатнулся, но удержался на ногах. Мимо проходила женщина, скорее всего, спешившая на работу. Артём хотел было её о чём-то спросить, но лишь открыл рот и выпучил глаза. Женщина ускорила и без того быстрый шаг.
Артём постоял минуту, закрыв глаза. Глубоко, мерно подышал. Попытался сообразить, что произошло, но, ничего не поняв, решил хоть что-нибудь предпринять. Но что именно? В голове бардак, в сердце страх!
И тут одна, пусть и глупая, мысль посетила его: «Неужели это вино меня так?..» Но мысль была тут же изгнана как заведомо нелепая. На смену ей пришла другая, более трезвая: во что бы то ни стало спешить назад к Маргарите!
Артём рванул с места почти бегом, не разбирая дороги. Улицы, ещё недавно казавшиеся знакомыми, теперь сливались в одно серое пятно. Каждый поворот, каждый перекрёсток вызывал панику: туда ли он идёт? Сердце колотилось в груди, отбивая тревожный ритм. Он чувствовал, как холодный пот стекает по спине, а в висках бешено стучит кровь.