Красная нить. Глава 2. Вариант 2

Ночь опустилась на здание, принеся с собой тяжелую, давящую тишину. Последние шаги охранников затихли где-то в глубине коридоров, и помещение погрузилось в полумрак. Эва, лежащая на холодном стальном столе, почувствовала, как металл, впивавшийся в запястья, едва заметно дрогнул.
Она дернула рукой. Звено, изъеденное ржавчиной и временем, жалобно скрипнуло. Эва затаила дыхание, прислушиваясь к эху в пустом зале. Тишина. Она рванула сильнее, вкладывая в движение всю накопившуюся ярость и боль. Металл поддался — цепь лопнула, освобождая руки.
Она не теряла ни секунды. Сбросив остатки оков, Эва поднялась на ноги. Ее тело ныло от долгого заточения, но адреналин уже начал разгонять кровь. Она бросилась к лестнице, перепрыгивая через ступени. Дверь в конце коридора поддалась с глухим стуком, и Эва вырвалась в узкий проход, ведущий к выходу.
Но путь был отрезан. Из тени вынырнул охранник — массивный, широкоплечий мужчина с тяжелым взглядом. Увидев беглянку, он с рыком бросился на нее. Эва не сбавляя скорости, нанесла сокрушительный удар мускулистой ногой прямо в пах.
Воздух с хрипом вырвался из его легких. Боль была ослепляющей, мир на мгновение поплыла перед его глазами. Он согнулся пополам, едва не рухнув на пол, но инстинкт выживания оказался сильнее боли. Она резко выпрямилась и сбила его с ног.
Мужчина рухнул на бетон, тяжело ударившись головой. Пока он пытался сфокусировать взгляд и прийти в себя, Эва уже была рядом. Одним резким движением она вырвала автомат из его рук. Тяжелый металл лег в ладони как родной.
Она не стала ждать, пока он поднимется. Развернувшись, Эва зашагала по коридору. Ее лицо превратилось в маску из холодного камня. Впереди показались силуэты других охранников, привлеченных шумом борьбы.
Эва нажала на спусковой крючок. Грохот выстрелов разорвал ночную тишину, эхом отражаясь от стен. Она шла вперед, не останавливаясь и не колеблясь, превращая коридор в зону хаоса. Каждый, кто попадался ей на пути, падал под градом пуль. Она больше не была пленницей — она стала бурей, которая пришла за ответами.
Она двинулась по коридору, её шаги были уверенными и быстрыми. Впереди показались еще двое, но они не успели даже поднять свои винтовки. Эва открыла огонь. Грохот выстрелов заполнил пространство, эхом отражаясь от стен. Она стреляла хладнокровно, без колебаний, сметая со своего пути каждого, кто пытался преградить ей дорогу к выходу. В её глазах не было страха — только холодная решимость уничтожить тех, кто посмел её удержать.
Гильзы с сухим звоном разлетались по бетонному полу, оставляя на нем крошечные отметины. Эва двигалась короткими перебежками, используя выступы стен как укрытие. Каждый выстрел был точным, экономным и смертоносным. Она не тратила патроны впустую: один противник — одна пуля.

Впереди показался пост охраны, перекрывающий путь к главному выходу. За бронированным стеклом двое мужчин в панике нажимали на кнопки тревоги, пытаясь заблокировать гермозатворы. Эва не дала им шанса. Она вскинула автомат и короткими очередями прошила стекло, превращая его в крошево. Осколки разлетелись веером, впиваясь в лица охранников.
Она ворвалась в помещение поста, перешагивая через тела. На пульте управления мигала красная лампа, сигнализирующая о блокировке внешнего периметра. Эва с силой ударила прикладом по панели, вырывая провода с корнем. Раздался протяжный гул, и тяжелая стальная плита, преграждавшая путь к свободе, начала медленно ползти вверх.
Холодный ночной воздух ворвался в душный коридор, принеся с собой запах дождя и свободы. Эва замерла на пороге. Снаружи простирался густой лес, окутанный туманом. Она знала, что за ней придут — по тревоге уже поднимался весь комплекс, и где-то в глубине базы слышался нарастающий вой сирен.
Она сделала глубокий вдох, чувствуя, как ледяной ветер обжигает кожу, но не обращая на это внимания. В её руках был автомат, в магазине оставалось еще полтора десятка патронов, а в сердце — ледяная ярость, которая теперь стала её единственным компасом. Эва шагнула в темноту леса, растворяясь в тенях деревьев. Охота закончилась. Теперь начиналась её месть.