Хикка земли русской Глава 3

Повесть «Хикка земли русской» – глава 3 «На стыке эпох»


Предыдущее:

«Почти сверхчеловек»;   
«Люди большого мира»


       С переходом на «домашку» Стас окунулся в райскую жизнь. Вставая ближе к полудню, он, минуя умывальник, шёл в кухню истреблять сготовленный мамой завтрак. Затем наступала главная часть дня – сладостное ничегонеделанье. Блестящий виртуальный мир, кино об отношениях мужчины с женщиной (смотря его, Стас плотоядно хихикал)... Изредка он расставлял на столе фигурки динозавров и возводил дворцы из деталек всем известной фирмы LEGO. Всяк божий день допоздна, уткнувшись в телефон, смотрел синеволосые японские мультяшки... ГостЯ у бабушки, Стас теперь не боялся, что та (в самый неподходящий момент!) вдруг спросит про уроки. От него же требовалось всего ничего – раз в полгода имитировать кипучую деятельность, готовясь к зачётам, сдаваемым кое-как.

Красотень!

       В те самые дни Стасу сам собой открылся смысл одного русского слова, над коим бились тьмы учёных иноземцев. Эти самые иноземцы, спрашивая русских, как дела, слышали в ответ:
   
– Ничего.

Они ужЕ знали: «ничего» по-русски значит «хорошо», но в то же время слыхали от русских, что «ничего – пустое место». «Что ж хорошего в пустом месте?» – недоумевали заморские гости. Исключением были китайцы, для которых пустота была не отсутствием чего-то, а, напротив, местом, где что-то можно создать. Без особых усилий Стас понял, почему «ничего» значит «хорошо». В те дни он не имел особо ничего: ни общенья за пределом семейного круга, ни успехов, ни больших доходов (стало быть, больших покупок тоже не было). Но разве эта жизнь была плохой? Стасяныч не испытывал ни напрягов, ни горечи поражений, ни банального недосыпа. Жизнь его вполне устраивала, а вот родных...

       До окончания восьмого класса путь Стаса был ясен, однако в школе не просидишь весь век – и всё тревожней (для семьи, а не для Стасика) вставал вопрос: «Что дальше?». Чем тревожней он вставал, тем яснее становилось: хоть мать и завуч, в их педколледже Стас программу не потянет – ни на «три», ни даже на «два».

Никак.

Классы после восьмого в школе тоже не осилит.

Оставлять же сына один на один с «неполным средним» для завуча было как-то неудобно (если не сказать «неприлично»). Да и само «неполное среднее» в стране, где и с высшим-то не брали, было чуть меньше нуля без палочки. Тут-то и всплыло вновь волшебное слово «дизайн», а с ним – колледж конструирования. Кривокорытные студийные поделки каким-то волшебным образом зачли в качестве вступительных работ. Ближайшей осенью надомнику вновь предстояло влиться в социум.

       Ближе к судьбоносной осени – в августе – Стас смог осуществить одно из немногих своих мечтаний: съездил на недельку в волонтёрский лагерь в места раскопок динозавров. Молодняк примчал туда с песнями, с гитарами, а Стас – с мамой. Вояж к динозаврам дал массу впечатлений, но не дал новых знакомств. Следом нагрянул сентябрь.

       Ошарашенный Стас стоял на линейке во дворе колледжа. Мамы рядом не было – у той был свой колледж, где также стартовал учебный год. Стасяныч чувствовал себя пришибленным: новое место, новые люди (целая орда!) и речь директора, отскакивавшая от головы. Пока он тихо офигевал, линейка завершилась – и неведомая орда рассЫпалась по учебным аудиториям. Минуту назад его со всех сторон толкали, народ вокруг суетился, шептался, болтал – и вот он один средь огромного мира! Руки его мысленно опустились, а мысли мучительно пытались собраться. Итогом собиранья мыслей в кучу стал застрявший в памяти кусочек директорской речи про новичков и второй этаж. Поблуждав в поисках главного входа и потоптавшись у двери, Стас робко её отворил. Пред ним во весь рост предстал охранник.
               
– Как пройти на второй этаж?
– По лестнице, – выдал страж в ответ, тут же вновь уйдя в свои мысли.
   
«Где у них эта чёртова лестница?» – ответ охранника окончательно вогнал Стаса в ступор.

И тут...