Оттенки любви. 5

Утром я вышел к завтраку, но Ханна куда-то собиралась возле двери.

— Я на тренировку, — с улыбкой сообщила она, — завтракай сам.

— Ты занимаешься в зале?! — удивился я.

— Да, без этого трудно, — спокойно ответила она.



Я не совсем понял, почему трудно без тренировок. Это же тренировки должны напрягать. Сказал ей о своем недоумении.



— После тренировок идет мощный выброс эндорфинов, это гормоны счастья, и в теле прибывает энергия, чувствуешь себя совсем по-другому. А ты разве никогда не тренировался?

— Нет, — ответил я, — как-то не думал об этом, и никто не советовал.

— Может, попробуешь? Можно взять пробное занятие и посмотреть, подходит ли тебе. Спорт и вправду не всем заходит.

— Точно! Я попробую. Алекс тоже ходит на тренировки, пойду с ним в следующий раз.

— Вот и отлично, — обрадовалась Ханна и ушла.



Я позавтракал, убрал со стола и пошел на озеро искать Алекса. Алекс уже был на месте и, увидев меня, заметно обрадовался.



— На рыбалку надо вставать рано, — сказал он со смехом, — вот тебе тоже удочку захватил, — добавил он таким мягким тоном, что я на него посмотрел.



Поглядывая на удочки, мы снова начали обсуждать прошлое, рассказывали про учебу в универе, о планах на будущее. Беседа очень захватывала, и я заметил, что наши взгляды во всех обсуждениях очень совпадают. Это очень вдохновляло.



И еще я заметил: когда Алекс был особо увлечен какой-то темой, его взгляд на меня становился особо теплым и даже нежным. Потом он как бы спохватывался и старался выглядеть более отстраненно и нейтрально. А когда я смотрел по сторонам, разглядывая местные чудесные пейзажи, то чувствовал его взгляд на себе.



Мне очень хотелось спросить, как он сейчас ко мне относится, осталась ли хоть капля того беззаветного чувства, которое ощущалось в детстве, но вместо этого я спросил:

— У тебя есть девушка?



Он покраснел так, что я даже испугался — может, вопрос такой странный.

— Нет, — ответил он, — и никогда не было.  Но у него был вид, будто его застали врасплох.



Я был так этим озадачен. Что я такого спросил? Я посмотрел на него внимательно и вопросительно, но он отвел глаза, и казалось, что сейчас заплачет.

«Да что ж такое?!» — подумал я.



— Алекс! Прости, но что я такого сказал? Почему ты так реагируешь, мне даже неловко. Скажи мне как другу. Мы же друзья, да? — воскликнул я и взял его за плечи.



Он так пристально на меня посмотрел — во взгляде было отчаяние, смятение и борьба. Его глаза заблестели от слез.

— Да скажи уже, не бойся, я на твоей стороне, что бы ни было! — горячо произнес я.



— Понимаешь, Эрик, я не хочу тебя снова потерять. Ведь я так хотел опять тебя увидеть, я мечтал об этом, я верил в это. И моя мечта сбылась. Но если я тебе расскажу о себе всё, ты можешь начать меня презирать, и я снова потеряю тебя. Но я понимаю, что должен быть честен с тобой. Иначе, если разочарую тебя потом, то будет еще хуже — и тебе, и мне.



И тут меня осенило: он говорил в точности то, что думал я, когда не знал, как ему сообщить о своей ориентации и не потерять его. И я решил рискнуть.

— Ты про ориентацию? — спросил я спокойно, глядя прямо ему в лицо.



Его глаза расширились, и он тихо пролепетал:

— Откуда ты узнал?



Я схватил его и обнял так сильно, что сдавило грудь, и прошептал в самое ухо:

— Потому, что я сам такой!



Он замер, и я молчал, не разжимая рук. Потом я отодвинулся и снова посмотрел ему в глаза. Они все еще были расширены от удивления, но панический ужас и отчаяние уже начали стихать.



— Ты знаешь, я, кажется, начинаю верить в Бога, — сказал я ему и засмеялся. — Разве могут быть такие разные совпадения случайными, да еще в таких количествах? А их у меня за последнее время стало просто пачками, и все какие-то кардинальные, которые просто круто меняют мою жизнь. И меня начинает распирать такая благодарность, я ощущаю, что есть такая Высшая Сила, которая всё это ведет.



— Спасибо тебе, Эрик! — тихо и с облегчением ответил он. — Спасибо, что заставил меня признаться сейчас, я ужасно этим мучился. Расскажи, как ты выжил с этим.



И я всё ему рассказал: как я устал от этой ноши, о мучениях в родительском доме, о том, как Ханна первая увидела во мне нормального человека и как с нее начались мои перемены.



— Жаль, что у меня нет такой тети, как у тебя, Эрик, — с грустью произнес он. — Меня просто выгнали из дома после школы, в общагу. Мне приходится очень сильно стараться, чтобы получать стипендию и подрабатывать и не зависеть от семьи. Спасибо, хоть есть бабушка, которая мне сочувствует и помогает. Еще бы год как-то продержаться.

— Чем мы виноваты, Алекс, что такими родились? Что мы сделали плохого своим родителям, чем заслужили такое отношение? Но удивительно, как нас Бог собрал вместе. Вместе гораздо легче пробиваться по жизни, как думаешь? — спросил я.



Он взял меня за руку и просто молчал, задумчиво глядя на гладь озера.

— У меня будто камень с плеч свалился, — тихо сказал он. — Хочу познакомиться с твоей уникальной тетей.

— Прикинь, — засмеялся я, — она поехала на тренировку.

— Ух ты, вот это да! А ты не ходишь в зал? — спросил он.

— Нет, но именно она на меня повлияла, чтобы тоже пойти попробовать.

— О, давай со мной, вместе интереснее! — предложил он.

— Да ты телепат и читаешь мои мысли! — засмеялся я.

— Тогда пошли ко мне, тоже познакомлю тебя с моей бабушкой и заодно пообедаем.

— Давай, но я не могу с пустыми руками завалиться в чужой дом первый раз. Где тут магазин? Давай зайдем туда сначала, — сказал я.



Мы собрали удочки. Рыбу мы так и не поймали — не до нее уже было. Пройдя немного по улочке, показался магазинчик. Очень маленький, но, присмотревшись, я увидел, что там есть почти всё. Я взял вкусняшки для бабушки, Алекс взял хлеб, и мы пошли обратно.



Домик Алекса был еще меньше, чем дом Ханны. Но бабушка оказалась очень приветливой и улыбчивой. Она очень обрадовалась, что у внука появился друг и что обитаю я по соседству. Она поставила для нас еду и сама ушла, сказав, что уже поела. Я заценил такую деликатность, что свидетельствовало о мудрости человека и здравом уме.



Так проходило лето, это были лучшие каникулы в моей жизни.



Мы стали ездить вместе на тренировки, каждый день встречались: или на озере, или я шел к нему, или он приходил ко мне. Гуляли по полям, любуясь великолепной природой, бродили по лесу. Ездили в город играть в автоматах, смотреть фильмы. Домой к родителям я заходил редко, только если надо было взять что-то из вещей.



Мучила только одна мысль: что каникулы закончатся и надо будет возвращаться обратно. Посоветовавшись с Алексом, я решил тоже найти подработку. Если у него получается, то и у меня получится, решил я.



Как-то, вернувшись вечером после встречи с Алексом, Ханна меня спросила:

— Как тебе каникулы, понравилось ли у меня? А ты не хотел бы остаться и дальше? Ездить на учебу на маршрутке, она курсирует часто.



Тут я уже не выдержал и бросился к Ханне, обнял ее и не мог понять, откуда она узнала, как прочитала мои мечты. Я был уверен, что надо будет уезжать, что я ей и так надоел.

— Разве я тебе не надоел? — со смехом воскликнул я.

— Глупый мальчик, мне совсем ты не мешаешь, — засмеялась она. — С тобой намного веселее, ты добавляешь жизни в мое тихое пространство. И за лето ты мне столько много помогал, что я даже не ожидала!



Я действительно старался помогать ей чем мог, чтобы не быть нахлебником и бесплатным квартирантом. Я мыл посуду, подметал дом и двор, поливал кусты и цветы в саду, помогал в огороде, что поручала Ханна, и привозил продукты из города после тренировок. А еще я кормил кота, который меня почему-то сразу признал своим, хотя с виду был гордым серым британцем и смотрел на всех с презрением, кроме Ханны и меня.

- Ханна, я очень этого хочу, мне так хорошо у тебя, ответил я.