Болеть тобой N8. 8

— Ну, как Париж?

— Прекрасно, — ответила Варя. — Я гуляла. Дышала. Думала.

— О чём?

— О том, что я, кажется, перестала осуждать других.

Лера подняла бровь.

— Это как?

— А вот так. Живут люди как умеют. Кто-то — как Таня с Сашей, в своей зависимости. Кто-то — как я, в одиночестве с котом. И никто не знает, что правильно. Потому что правильно — это когда тебе хорошо.

Лера посмотрела на неё внимательно.

— И тебе хорошо?

— Странно, — Варя улыбнулась. — Но приятно.

Они вышли из здания, сели в такси. Варя смотрела в окно на голубое морозное московское небо и не чувствовала привычной тоски.

«Можно быть одной, — подумала она. — И не умирать от этого. Можно быть собой — и этого достаточно».

Она достала телефон, написала Тане: «Тань, я вернулась. Забегай на днях. Кофе попьём».

Таня ответила через минуту: «Приеду. Соскучилась».

Варя убрала телефон, откинулась на сиденье.

Рыжий кот, которого она подобрала перед отъездом, ждал её у двери. Марина присматривала за ним.

— Ну что, Рыжий, — сказала Варя, открывая дверь. — Жить будем. Вдвоём.

Кот фыркнул, потёрся о её ноги. И Варя вдруг поняла: вот оно. Не то счастье, о котором пишут в книгах. А простое. Тихое. Без мужчин, без драм, без чужой зависимости.

Человек и кот. И целый мир впереди.

В конце концов, разве не об этом она мечтала все эти годы? Не о принце — о покое. Не о любви — о свободе.

И теперь у неё было и то, и другое.

А Таня с Сашей остались в своей любви-зависимости. И это было правильно — для них. Так же правильно, как для Вари — её тихая квартира, рыжий кот и утренний кофе без сахара.

Каждый выбирает свою форму счастья. Даже если со стороны это похоже на болезнь.