Экзистенциальный мотив Варфоломеева Е П смысл не д

. Экзистенциальный мотив Варфоломеева Е П : смысл не даётся ка придётся , а рождается и соего добьётся.
Смысл не даётся — он рождается
Экзистенциальный мотив Е. П. Варфоломеева: опыт осмысления
Есть мысли, которые звучат как утешение, а есть — как приговор и освобождение одновременно. Формула «смысл не даётся как придётся, а рождается и своего добьётся» принадлежит ко второму роду. Она отнимает у человека надежду на то, что где-то — в книге, в судьбе, в устах авторитета — хранится готовый ответ на вопрос «зачем я живу?». И этим же самым возвращает ему его свободу.
Смерть готовых смыслов
Человеку, выросшему в традиционной культуре, смысл жизни доставался почти как наследство: религия, сословие, род, обычай диктовали, ради чего стоит дышать. Экзистенциальная мысль — от Кьеркегора до Хайдеггера и Сартра — разбудила нас от этого сна. «Экзистенция предшествует эссенции», — говорил Сартр: сначала человек есть, обнаруживает себя брошенным в мир без инструкции, и лишь потом — через выбор и поступок — определяет, кем он будет. Смысл не хранится в вещах и не спускается сверху; он не лежит в мире, как камень на дороге. Мир сам по себе а-смыслен, безразличен — и именно поэтому требует от нас усилия.
Формула Варфоломеева точно схватывает эту драму в трёх её движениях.
«Не даётся как придётся»: отрицание дара
Первая часть фразы — «не даётся как придётся» — звучит почти по-чеховски. Смысл нельзя получить пассивно, за так, как выдают жетон в гардеробе. Человек, ждущий, что смысл «случится» к нему сам — придёт с возрастом, с должностью, с любовью, — обречён на тихое разочарование. Всё это может случиться, но смысл не сидит в вещах события, как начинка в пироге. Камльяс говорил о бессмысленности мира, которая обнаруживается именно тогда, когда мы ждём от него ответа. Пассивное ожидание смысла — это, в сущности, отказ от себя: передача собственной жизни в чужие руки.
«Рождается»: смысл как событие, а не вещь
Второе движение — «рождается» — не случайно выбрано из области живого. Смысл не изобретается произвольно, как название для улицы, и не обнаруживается готовым, как клада под старым дубом. Он рождается — то есть возникает из встречи человека с миром, из тревоги, из любви, из страдания, из труда. Ребёнок рождается не потому, что кто-то захотел получить предмет «ребёнок», а потому, что случилась жизнь. Так и смысл: он вызревает внутри отношения между человеком и тем, что он делает, кому он нужен, что он преодолевает. В этом смысле рождение смысла — всегда личный акт, непередаваемый по наследству. Я могу подарить вам книгу, но не могу подарить то, что вы в ней прочтёте.
«Своего добьётся»: смысл как усилие и ответственность
Третья часть — самая суровая и самая обнадёживающая. «Добьётся» — глагол борьбы, труда, настойчивости. Смысл не только рождается — его нужно ещё удержать, выстрадать, отстоять от собственного уныния и от чужих проектов. Это перекликается с мыслью Франкла: смысл не человеку задаёт вопрос «зачем жить» — это жизнь спрашивает у человека, и отвечает на этот вопрос он не рассуждениями, а поступками, любовью, достойной встречей со страданием. Смысл — как урожай: он реально растёт, но только если его пахать.
И слово «своего» здесь принципиально. Смысл всегда чей-то. Общий, обезличенный, «правильный» смысл — симулякр. Мой смысл не отменяет вашего и не совпадает с ним; отсюда вытекает и экзистенциальная ответственность: никто не может родить и отвоевать смысл за меня. Суррогат — переложить это на идеологию, толпу, вождя. Экзистенциализм показал, чем заканчивается такая передача.
Тьма и свет одной медали
У этой мысли есть жало. Она лишает человека алиби. Если смысл не дан — значит, виноват не мир, не бог, не обстоятельства, если я живу бессмысленно; виноват я, отвернувшийся от труда рождения смысла. Отсюда — тоска и отчаяние, которые так пугают в экзистенциальной литературе.
Но в этом же и свет. Раз смысл не «даётся как придётся», значит, его нельзя и отнять как придётся. Его нельзя конфисковать, отменить декретом, растоптать чужим мнением. Он мой — на правах рождения. Человек, который нашёл и выстрадал свой смысл, неподвержен той самой внутренней пустоте, о которой писал Франкл как о «боли бессмысленности» современного человека. Свобода и уязвимость здесь — две стороны одной медали.
Заключение
Формула Варфоломеева — это сжатая до нескольких слов философия экзистенциализма, но без её жёсткости и мрачности. В ней есть педагогическая, почти родительская интонация: не подождёшь — не получишь; не потрудишься — не заработаешь. Смысл — не приз, не подарок, не наследство. Он рождается — как рождаются дети, идеи, чувства, — и требует, чтобы за него боролись, как борются за своё.
И, может быть, самое точное следствие из этой мысли звучит так: не надо искать смысл жизни — надо жить так, чтобы смысл рождался. Не как придётся — а как своего добьёшься.