Шпенглер коперниковский переворот истории глава 14

Глава 14. Коперниковский переворот истории. Спираль Шпенглера. Когда уходят поэты и приходят Цезари


          1. Предисловие автора эссе

Центральная (осевая) мысль автора, которая сформировалась на базе прочтения глав 1–12 Освальда Шпенглера «Закат Европы», сведена к следующему:

«История движется по спирали Шпенглера, где рафинированная мысль разбивается о плебейские инстинкты, а философия примеряет свои старые наряды на новые геополитические события, напоминая, что она — та еще модница».

Когда Освальд Шпенглер взорвал европейское интеллектуальное пространство своим «Закатом Европы», он совершил то, что сам назвал «Коперниковским переворотом» в истории. Таким образом Шпенглер вводит два равнозначных понятия: «Закат Европы» и «Коперниковский переворот».
Ни одному из этих понятий Шпенглер не дает четкого определения в современном его понимании. Неудивительно, что геббельсовская пропаганда легко раздергивала его громоздкий, неструктурированный текст на отдельные, удобные нацистам цитаты. Сам Шпенглер был удивлен этой двойственностью, но так и не понял, что его текст изначально неоднозначен при толковании.


До него европейская мысль страдала библейским эгоцентризмом. Историки выстроили удобный, линейный «исторический подиум»: Древний мир — Средние века — Новое время.
В этой схеме Европа вела себя как капризная топ-модель, абсолютно уверенная, что вся мировая история крутится вокруг её юбки, а великие цивилизации Китая, Индии или Египта — лишь отсталая массовка на заднем плане. Шпенглер безжалостно разгромил эту иллюзию. Он доказал: Запад — не пуп земли, а лишь одна из культур, чей жизненный цикл неотвратимо движется к финалу. Европейский показ мод закрывается, модели стареют, а софиты гаснут.



2. Диагноз пророка: Европа — это Рим, а не Афины

Шпенглер бьет наотмашь по розовым очкам интеллигенции. Он заявляет: организм Европы достиг старости. Её творческий потенциал исчерпан, а рудник высокого искусства пуст. Бессмысленно пытаться сегодня писать нежную лирику, создавать великую живопись или изобретать утонченные гуманитарные теории. Пытаться делать это в XXI веке — все равно что примерять кружевное платье эпохи рококо перед танковым сражением. Это нелепо и жалко.
Мода сменилась бесповоротно. Европа — это больше не Афины с их философией, театром и изящными искусствами. Европа сегодня — это Рим периода эспансии и упадка.

   Эту глубинную ментальную пропасть ярче всего отражает эволюция зрительских потребностей плебса. Сравните Театр Диониса в Афинах и римский Колизей — это памятники абсолютно разным стадиям человеческого духа. В Афинах граждане собирались под открытым небом ради сопереживания великим трагедиям Эсхила или Софокла; театр был местом катарсиса, религиозного осмысления рока, совести и гражданского долга. Афинскому плебсу требовалось сотворчество мысли.

   Римскому же плебсу в Колизее дух и катарсис были не нужны. Ему требовались лишь «хлеб и зрелища» (panem et circenses) — горы трупов, реки настоящей крови, предсмертные агонии гладиаторов и раздираемые дикими зверями тела.
Архитектура Афин служила Слову, архитектура Рима — животному инстинкту доминирования.
ПРИМЕЧАНИЕ АВТОРА: Визуальные образы смотрите на иллюстрации к данному эссе.

А значит, на смену поэтам и художникам, согласно Шпенглеру, обязаны прийти инженеры, мореплаватели, техники и солдаты. Время лирики ушло, наступило время грубой силы, жесткой политики и экспансии. «Надо заняться техникой вместо лирики... политикой вместо теории познания», — жестко резюмирует философ.
Плебс Афин и плебс Рима - это две большие разницы. Это две несовместимые (иррациональные) относительно друг-другу культуры и цивилизации.

          3. Новый виток спирали: Либеральный маскарад и
             ядерный апокалипсис


Но главная трагедия, разворачивающаяся на наших глазах в рамках «спирали Шпенглера», заключается в том, как именно рафинированная европейская мысль трансформировалась в руках современного плебса и его вождей.
Современный западный мир попытался обмануть историческую судьбу. Под вывеской «красивых идей либерализма», свободы и прав человека, европейские элиты запустили новый виток бешеной милитаризации. Трагедия в том, что эти «высокие гуманитарные теории» были скормлены массам лишь для того, чтобы разбудить в них самые грязные, первобытные и кровавые инстинкты.
Мы видим это повсюду. Рафинированная философия Запада смыкается с агрессивным уличным радикализмом. Промытые ведущими СМИ массы напрочь лишились исторической памяти. Общество, ослепленное бытовыми предрассудками и ложной праведностью, поддерживает государственные перевороты, потакает укронацизму на Украине, закрывает глаза на истребление людей на Ближнем Востоке и восторженно аплодирует поставкам оружия.
Плебс, ведомый своими «карнавальными Цезарями», послушно шагает к пропасти, не осознавая, что тотальное рабство и угроза ядерного апокалипсиса — это и есть финальная точка, к которой римские легионы поздней Цивилизации всегда приводили ослепленную толпу. Рудник пуст. Наряды либерализма порваны. На сцену мировой истории возвращается голая, неприкрытая и страшная сила.
Плебс Запада требует сцен Колизея с экранов нового цирка гладиаторов. Жажда "Хлеба и зрелищ" в новейшей упаковке.