Дневник одного кругосветного путешествия

В. Толмосов


Дневник
одного кругосветного
путешествия…


Самарская обл., Красноярский район
с. Нижняя Солонцовка
2024


Это было жаркое лето, конец августа 2017 года, шла подготовка к Чемпионату Мира по футболу в России.  Впервые  в  истории, Россия получила право на проведение игр такого масштаба на своей территории. Были определены города, где количество жителей превышало миллион. Эти города должны были принять финальную часть игр мировых футбольных сборных. Одним из таких городов была избрана Самара - красивейший город на Волге.
Строится новый современный футбольный стадион — Самара Арена, отвечающий всем требованиям УЕФА. Город преображается на глазах благодарных жителей, готовясь к приезду многочисленных поклонников футбола со всего мира. Дороги асфальтируются по новым технологиям, строятся развязки: на пересечении пр. Кирова и Московского шоссе, где стоит памятник фронтовому штурмовику Великой Отечественной войны ИЛ-2; на  пересечении   Московского  и  Ракитовского  шоссе.
Но еще за год до Чемпионата Мира по футболу, город продолжал оставаться своеобразным магнитом для туристов как из регионов России, так и сопредельных, уже независимых государств.
        У речного вокзала, готовясь к отходу, стоял речной трехпалубный туристический круизный лайнер «Сергей Кучкин», по маршруту следования Москва — Волгоград — Москва, с остановками в крупных волжских городах и достопримечательных местах Жигулевских гор по берегам Волги, покрытых древними сказаниями и легендами, передаваемыми из поколения в поколение еще до разбойничьих времен Стеньки Разина.
Команда готовила лайнер к отходу, пассажиры занимали места на палубах, чтобы   увидеть  прекрасный  город со стороны Волги.
Теплоход медленно отошел от причала и, набирая скорость, вышел на фарватер реки. Уставшие после пятичасовых экскурсий, посещений сувенирных магазинов и всевозможных лавок народного промысла, расположенных в историческом центре Самары, пассажиры, в основном москвичи, отдыхали, попивая знаменитое жигулевское пиво со «Дна» (так называется пивной лабаз, где пивом торгуют прямо с завода, который находится за стеной, у берега Волги). Другие туристы,  которые  не утруждали себя хождениями по экскурсиям, смотрели на  уменьшающийся в размерах речной вокзал, белый парус высотного здания гостиницы «Россия», на гуляющих по красивой набережной жителей Самары.
В 1889 году на этот волжский берег сошел молодой 19-летний В. Ульянов, вошедший в мировую историю под псевдонимом «Ленин». В нашем городе, в историческом здании нынешнего Областного суда, он получил первые юридические навыки в качестве присяжного поверенного. Напротив, на площади Революции, ему установлен памятник. Раньше площадь называлась Алексеевской, а еще раньше - Торговой и Панской. В 1888 году на ней стоял памятник императору Александру-II Освободителю.
Революционные перемены начала XX века сломали устои жизни не только жителей Самары, но и всей Российской империи. Новые власти переименовали Алексеевскую площадь в центре Самары в площадь Революции и снесли памятник императору. В 1927 году, в честь десятилетия Октябрьской революции, на мраморный пьедестал поставили бронзовую фигуру Ленина, которая до сих пор стоит на площади.
В октябре 1982 года мы, первокурсники юридического факультета КГУ, после тематической экскурсии по сохранившимся залам областного суда, где в далёком прошлом выступал В. Ульянов, фотографировались с преподавателями у памятника Ленину и в залах суда. В те времена это была обязательная традиция.
Среди группы пассажиров, смотрящих на берег, выделялся высокий, седой мужчина примерно 60 лет. Он сел на круизный лайнер в Самаре и был в том возрасте, когда у человека уже за плечами большая жизнь, полная радостей и горьких потерь, как и у каждого из нас, о чем свидетельствовали его седые волосы и морщины у глаз. Его гладкое лицо с профессорской  бородкой   было спокойно и непроницаемо, только голубые глаза смотрели на волны Волги чуть взволнованно, перенося его  в невидимое для других пассажиров время. В прошлое, которое ему было приятно вспоминать по прошествии лет.
Лайнер набирал ход. Воды реки слегка волновал бриз. Выходили на фарватер, слева открылся вид на устье р. Самарки, волны которой, как строптивая дочь, бурля, вливались в спокойные воды главной реки России. Мужчина смотрел по руслу р. Самарки куда-то вдаль. Автомобильный и железнодорожные мосты, нависшие над рекой, скрывали неказистые постройки на берегу и многочисленные лодочные станции. Громадой возвышался бывший элеватор - гордость архитектурной мысли 70-х годов прошлого столетия, возведенный в стиле брутализма. Это первый в СССР элеватор вертикального типа, сейчас заброшенный артефакт, по которому власти никак не примут решение - то ли сносить, то ли использовать его в качестве элемента культурного наследия прошлого.
…Воспоминания нахлынули на него и унесли в годы юности, в невидимое для окружающих людей время, перенесли его куда-то далеко, в те волны памяти, которые не забыть никогда.
Это было давно, в прошлом веке, в годы учебы на юридическом факультете Куйбышевского государственного университета, в августе 1984 года. Группа студентов решила остаток лета, перед учебным годом, провести в экстремальных условиях волжской природы, сплавляясь на лодке по Волге, по туристическому маршруту Жигулевской кругосветки.
Краткое отступление. «Жигулевская кругосветка» — это географический излом рек вокруг Жигулевских гор, который сложился еще в ледниковый период. Течение рек Самарки, Волги и Усы, окружают Жигулевские горы радиусом примерно 200 км, образуя своеобразный круг, где реки несут свои воды в одном направлении, который и называется Жигулевской кругосветкой. Лишь в двух случаях судно необходимо перенести по суше: в Междуречье Волги и Усы через Переволокский перешеек и в районе Жигулевской ГЭС (возведена в 50-е годы прошлого века) через плотину, по парапету которой проложена трасса М-5 Москва-Екатеринбург. Как туристический маршрут, кругосветка известна с середины ХIХ века, хотя думается, что этим водным путем пользовались еще с древних времен. Существует легенда, что в 1890 году Владимир Ульянов (Ленин), находясь на летнем отдыхе в селе Алакаевка Красноярского района, совершил с членами марксистского кружка кругосветное жигулевское путешествие.
В Средние века это было разбойничье место, где промышляли «лихие люди», в том числе атаман Стенька Разин. Как следует из слов народной песни «Из-за острова на стрежень», где-то в этих местах, Разин, на расписных ладьях со своей ватагой,  праздновал свадьбу с юной персидской княжной, которую он захватил в плен в последнем походе на Персию. В хмельном угаре, в угоду казакам и на милость водяных божеств, он бросил юное создание в «набежавшую волну».
Но вернемся к воспоминаниям нашего пассажира. Память его всколыхнула тот вечер, когда в пустующем студенческом общежитии Куйбышевского государственного университета по ул. Волжская (ныне Академика Павлова), группа из троих студентов 3 курса юридического факультета села ужинать после трудового дня. Весь день, а это было 23 августа 1984 года, они, молодые и физически сильные ребята, подрабатывали в свободное время - вручную мыли бутылки из-под водки, складывали их в ящики, которые потом переносили на транспортер в помывочном цеху Куйбышевского ликеро-водочного завода, в последующем имевшем всероссийский бренд «Родник». Предприятие тогда территориально располагалось недалеко от железнодорожного вокзала по ул. Л. Толстого.
Друзья заработали 30 рублей на троих - это были большие деньги по советским временам. Стипендия студента была 40 рублей в месяц, если студент учился без троек. Голодные, они купили продуктов на ужин и, что скрывать, бутылку водки по талону. В те времена многие продовольственные и бакалейные товары продавались по талонам. Меню наших студентов не отличалось какими-либо изысками, которые может себе позволить нынешний россиянин. Вскладчину они купили пельмени, хлеб, селедку, помидоры, огурцы и еще что-то из овощей. В советские времена магазинные пельмени делали на станках, как патроны, а фарш был колбасным. Станок не всегда качественно зажимал концы пельменя по овалу, поэтому при варке они расползались. Так было и в тот вечер, тесто перемешалось с колбасным фаршем, так что накладывали сразу пельменную тюрю, запаха мяса практически не было, чего не скажешь о пельменях, которые вручную, с настоящим мясным фаршем, делали наши однокурсницы в общежитии. К слову сказать, иногда, не очень часто,  девочки приглашали нас на пельмени.
За нехитрым спартанским ужином они думали о том, как бы провести последнюю неделю каникул перед студенческими буднями. Предложений было много, и самых разнообразных: продолжить работать на «ликёрке», чтобы заработать денег, или куда-то поехать по путевке, в какой-нибудь город, или взять палатку напрокат и пожить дикарями в лесу. Кто из них предложил пройти Жигулевскую кругосветку на лодке, вспомнить уже невозможно, но предложение поступило и единогласно было принято.
Откуда-то появилась туристическая схема Куйбышевской области 1980 года издания. Стали прокладывать маршрут, считать скорость движения, места отдыха и ночевок и количество дней в пути. По всем подсчетам, за пять дней, они укладывались к 31 августа прибыть в Куйбышев, к месту старта. Обдумывали, где найти напрокат палатку, лодку, котелок, спальные мешки и другие походные принадлежности. Составили список необходимых в длительном путешествии предметов, носильных вещей, продуктов, распределили обязанности и пошли спать.
Следующий день был посвящен подготовке к походу. В первую очередь собрали  вскладчину  бюджет мероприятия, который разделили на текущие траты и неприкосновенный запас. Закупили продукты на неделю: тушенку, баночки перловой крупы с мясом, овощи, хлеб и другие припасы из расчета недельного автономного путешествия. Прихватили три бутылки водки, одну в качестве НЗ слили в солдатскую фляжку на непредвиденные обстоятельства. И даже купили мясо на шашлыки для первого ужина на берегу. Вечером собрали рюкзаки и, полные решимости в своих начинаниях, легли спать.
25 августа, позавтракав, трое путешественников в 11.45 покинули общежитие (время точное, сохранились записи дневника, который они вели. В дальнейшем, в ходе повествования, будут делаться ссылки на этот дневник). Пока наши герои добираются на общественном транспорте к лодочной станции на р. Самарка, познакомимся с ними.
Виктор Русый. Его фамилия соответствовала цвету волос и светлой коже лица. Между собой они звали его «Седой». Виктор Корнев — «Ака», уже участвовавший в различных речных походах еще в школьные годы, будучи членом кружка юных моряков «Бригантина». Позывной «Ака» (в переводе с узбекского «брат»), остался от срочной службы в рядах Советской Армии в Средней Азии, ещё до учебы в университете. Высокий седой мужчина, пассажир круизного лайнера, в то время их однокурсник, единственный из троих, не умеющий плавать, и взявший на себя обязанность описать будущую кругосветку. Его воспоминания и легли в основу настоящего повествования. В дальнейшем оно будет вестись от автора, с учетом дневника-хронометра, который они ежедневно вели в походе, и туристической карты с отметками ночных стоянок.
В первые дни мы пытались подробно описывать свои действия в походе, но потом перешли к фиксации времени гребли на веслах в часах и минутах. Мы всё записывали в обычную тетрадку в клетку, с которой первоклассники идут в школу 1 сентября. Рукопись из трех страниц сохранилась до наших дней, остальные листы были использованы по назначению.
        Через час мы прибыли на лодочную станцию. Около часа заняли формальности регистрации деревянной лодки «Кефаль» в прокат на пять дней, непосредственно выбор лодки, пригодной к плаванию, и оплата услуг.
25 августа, в 14.05, прогулочная шлюпка, за весла которой сел Седой, плавно отошла от стоянки лодочной станции, взяв курс на стрежень Самарки, несущей свои воды в Волгу.  Настроение было веселое, приподнятое, все шутили и смеялись. Впереди нас ждала кругосветка - пять дней дикого туризма, жизнь в палатке, еда из котелка у костра, чай из волжской воды и звезды ночью, купающиеся в темной речной воде. Все это нас волновало, воображение рисовало красочные картины путешествия.
Медленно отойдя от пирса, лодка, удаляясь от берега, вышла на стрежень Самарки. Справа возвышались башни элеватора, впереди виднелись очертания стальных сводов железнодорожного моста, целиком выполненного из металла, который был построен в период правления императора Николая II и открыт для постоянного движения 9 июня 1904 года. Мост соединил железной дорогой Европу и Азию и был на тот момент самым длинным в Европе. Он и сейчас поражает своей ажурной, технологической красотой.
Когда мы проплывали под арками железнодорожного моста, по нему двигался пассажирский поезд. Было какое-то фантастическое ощущение, что мы плывем в лодке под мостом, а по мосту в поезде едут люди и смотрят на нас, готовясь через несколько минут выйти на вокзале и разойтись по своим делам.
Впереди открылся вид на автомобильный железобетонный мост, возведенный в середине 50-х годов ХХ века, а прообразом ему служил плашкоутный мост, который представлял собой конструкцию из нескольких деревянных судов, поставленных поперек реки, а сверху на них был наложен настил из толстых досок, но он периодически ломался весной паводками.
Проплывая под сводами моста, от которого веяло мощью и силой человеческого разума, наша шлюпка, под управлением Седого, плавно входила в воды самой протяженной, градообразующей реки Европы — Волги.
Впервые в летописных источниках древности она была упомянута как «Ра» в тексте «География» греческого философа Птолемея во II до н. э., потом её именовали «Итиль». По одной из версий, современное название река получила от древнеславянского наречия «волога», что означает «влага, большая вода». Многочисленные народы разного вероисповедания, населяющие берега реки с давних времен, называют её ласково Матушкой, царицей русских рек. Длина её впечатляет — 3530 км, протекает она по территории 4-х республик и 11 субъектов федерации, включая бесчисленное количество поселков, деревень, сел, свыше сотни городов, в том числе миллионных — Нижний Новгород, Казань, Самара, Саратов, Волгоград.
Река Самарка знала, что «мать родная» — Волга, примет и обласкает её волны, потому была спокойна и доверчива, как дочь, вернувшаяся домой. «Давай лоцию» ( так мы назвали туристическую схему Куйбышевской области, по которой обозначили свой маршрут), - сказал Седой, который, как самый бывалый, был признан капитаном нашего шлюпочного фрегата под названием «Большая Кефаль», название красовалось на борту. В те времена не было смартфонов, фотоаппараты были не у каждого, вот и у нас не было никакой фото-аудио-видео-фиксационной аппаратуры.
«Будем выбирать маршрут, нужно держаться левого берега, по правому проходит фарватер», - сказал Седой и, передав весла Аке, углубился в лоцию. В те советские времена Волга была основным рабочим водным путем Центральной России, по которому по расписанию ходили круизные пассажирские лайнеры, сухогрузы и нефтеналивные танкеры водоизмещением «река-море». Шлюпка по течению шла ходко, через час уже не видно было мостов и гостиницы речного вокзала. Куйбышев остался вне видимости, за горизонтом. Впереди была неизвестная, полная неожиданностей, речная кругосветка.
Приняли решение сидеть на веслах по часу, по очереди, чтобы не очень уставать и беречь силы. Умело управляя веслами, Ака провел нашу шлюпку между первыми попавшимися на пути островами, обозначенными на лоции. Следующим на веслах был я. Сложно передать словами ощущения и переживания человека, который никогда не ходил на шлюпке, а тут надо пересесть с кормы на весла, обойдя друг друга, и не свалиться за борт в воду. Благополучно совершив маневр обмена в лодке, я сел за весла, Ака пересел на корму. Наше судно, уже управляемое мною, продолжило движение. Шлюпка плохо слушалась, у меня не хватало навыков, её заносило то влево, то вправо. Если бы случайный наблюдатель увидел ход нашей посудины, то наверняка сделал бы вывод, что эти мореплаватели проходят курсы фигурного вождения на водах. Седой определял курс движения, размахивая руками, и мне оставалось следовать его манипуляциям, т. к. я сидел спиной и не мог видеть, куда гребу. В мою «часовку» мы пересекли фарватер. Каждому проплывающему кораблю мы подставляли нос нашей шлюпки, чтобы встречная боковая волна не опрокинула её. Тогда, в первый день нашего путешествия, мы не знали, что наша «Большая Кефаль» может выдержать и не такое, но об этом напишу позже.
Словно почувствовав, что трое смельчаков достаточно отошли от стоянки, погода стала портиться. Её солнечная улыбка, которая провожала нас от берега, сменилась дождливой хмуростью. Легкий ветерок будоражил речную волну, но путешественники этого не замечали, мы плыли навстречу новым открытиям и впечатлениям. Упавшие капли дождя нас не испугали, мы уверенно шли на дождь, на руках появились первые мозоли, увы, мы не предусмотрели взять с собой перчатки. Наши герои плыли вперед, как древние путешественники, главным постулатом которых было - всегда и везде идти вперед, через все препятствия и невзгоды. Мы были молоды и готовы на подвиги, ведь неизведанное тянет и манит каждого из нас, но не все становятся первооткрывателями. Каждый живет в этой жизни один раз, другой жизни нет ни у кого. И эти трое тоже решили испытать судьбу, сев в хрупкую прогулочную шлюпку, которая не предназначалась для длительных речных переходов. Мы, неподготовленные ко всему этому физически, без соответствующего снаряжения и продуктов питания, а лишь движимые увидеть волжские речные просторы, уверенно пошли по маршруту Жигулевской кругосветки.
Всем хотелось грести, все были полны сил и решимости. В первый и последующие дни,   главным в нашем разговорном лексиконе было слово - «гребём». Вечерело. Погода резко поменялась, подул ветер, загибая волны в гребешки. Серое небо не предвещало ничего хорошего, а начавшийся мелкий дождь не думал заканчиваться , и тут мы «благополучно» сели на мель. Седой пересел на весла, а мы с Акой, раздевшись, спустились в воду по пояс и стали раскачивать лодку, чтобы вывести ее на большую воду. Вытолкав шлюпку, мокрые от дождя и волжской воды, мы продолжили плавание. Резко потемнело, солнце ушло куда-то на запад. Приняли решение толкать лодку вдоль берега и искать место для стоянки. Мелкий дождь продолжал накрапывать. Ака посмотрел вперед и, как бывалый в речных переходах, сказал: «Определенно, впереди гроза!» Через несколько минут черная стена ливня накрыла нас. Стало темно. Мнения участников разделились. Ака: «Надо плыть дальше…». Седой возразил: «Надо переждать». Я промолчал, для меня было шоком такая кардинальная смена погоды в природе. «Надо развести костер, обсохнуть и сделать шашлык», - сказал Седой. Все согласились, и мы стали искать место предполагаемого ночлега. Черная ночь, проливной дождь, сплошная темнота — так встречала нас Волга в первый вечер кругосветки. В планах в этот вечер было отдохнуть, посидеть у костра, пожарить мясо. Но погода внесла свои коррективы. Дойдя до мыса острова, где речные волны окатывали его с двух сторон, решили остановиться на стоянку. Мы с Акой вытащили лодку. Седой ушел осматривать местность. Первым решением было искать валежник, чтобы развести костер. Одновременно искали жерди и толстые ветки под колья для палатки. С Акой мы подрубили и свалили дерево, показавшееся нам сухим, нарубили дров, а основной ствол подтянули под большой костер и разожгли. Свет костра и лучик фонаря, который разрезал слоеный пирог непроглядной ночной мглы, давали нам возможность собрать палатку и растянуть её на забитые колья. Дождь не прекращался. Вернулся Седой, принес большой кусок толстого целлофана, которым мы накрыли палатку, наложив по периметру камней с берега. Это была дополнительная защита от дождя. Под утро, не сварив еды на костре, мы, уставшие, промокшие, голодные, залезли в палатку. Перекусили съестным, что взяли в поход, выпили «фронтовые» 100 грамм (болеть нельзя), легли вповалку и крепко заснули. По целлофану барабанил дождь, но мы его не слышали.
Проснулись от тишины, резавшей слух, дождь прекратился. Было около 12 часов пополудни. Друг за другом вылезли из палатки. В лучах солнца, при дневном свете, мы увидели место нашей стоянки. Палатка стояла на мысе острова, берега которого с двух сторон ласкал легкий бриз редкой волны, ублажая наш слух. Погода была восхитительной. Завтрак плавно перешел в обед. Ака ушел в лес искать сучья и куски дерева для руля, потому что мы поняли - без руля шлюпка неуправляема. Седой занимался нашим кораблем и рыболовными снастями. Я остался кашеварить у костра. Промыл в Волге мясо для шашлыка, нарезал на куски, замариновал со специями и луком. Зачерпнув речной воды в котелок, повесил его над костром, чтобы варить суп - шулюм  из консервы «Перловая каша с мясом» и картошкой. Вернулся Ака с сучьями и куском доски и принялся мастерить руль. Как настоящий русский мастеровой, сделал его без единого гвоздя, да и где взять гвозди и молоток на берегу Волги. Найдя несколько кусков проволоки и веревки, умелец сделал руль и водрузил его на корме нашего судна. Руль имел ход вправо, влево, был подвижным и легко управляемым, он прослужил нам всю кругосветку, без него неизвестно, прошли бы мы её благополучно.
Плотно пообедав супом, пожаренными шашлыками, около 16 часов после полудня мы отплыли. Понятно, что из первоначального графика мы выбились. Решили вести хронологию  нашего  плавания. В первый день мы были на веслах 7 часов.
Волга была неспокойна. В целях безопасности при прохождении фарватера, пришлось надеть оранжевые спасательные пояса. Я работал веслами, мне  было страшновато, ведь на шлюпке надо было проплыть через стрежень всей реки.
В течение 40 минут  мы  пересекли Волгу и пошли вдоль правого берега, он был круче и ветра практически не чувствовалось. Поменялись, и я сел на корму за руль. Какое было наслаждение погружать натруженные ладони в прохладную воду, держа другой рукой руль лодки.
Прошли Винновку, село, основанное в середине XVII века беглыми крестьянами. В окрестностях села историки обнаружили древнее поселение, относящееся к III веку и городище «Каменная коза» I тыс. до н. э. Но нам было не до археологических памятников. Мы всего этого не знали и должны были только грести. Не знали мы, что в 1851 г. в селе была построена церковь в честь Казанской Божьей Матери, и что в советские годы в ней новые власти устроили зернохранилище и столовую для бедных.
Волга была тиха, и нам думалось, что впереди нас ждет только такая погода, приятная для души и благоприятная для нашего плавания. Стемнело. Приняли решение остановиться на ночевку сразу за селом Винновка, чтобы не плутать в темноте.
…Седовласый пассажир смотрел на монастырь, возвышающийся на крутом волжском берегу и поражающий своей красотой и мощью. В 2003 году на руинах старой церкви была воссоздана обитель — Свято-Богородский Казанской Божьей Матери мужской монастырь, который своими строениями впечатлял туристов и мирян, плавающих по реке. В народе его величали Волжский Афон. Круизный теплоход причалил к монастырской пристани. Всех туристов пригласили пройти на экскурсию. Вместе с ними сошел и наш автор. Под руководством гида основная группа туристов удалилась на прогулку. Лишь высокий пассажир с бородкой не последовал за ними. Он спустился к берегу, медленно погрузил руки в речную воду, омыл лицо и долгим взглядом посмотрел на северо-восток, вдоль течения Волги. Воспоминания вновь увлекли его в прошлое.
… В  тот вечер путешественники выбрали изумительное место для стоянки. Таким они и представляли его в своем воображении, когда выходили в поход. Оно было близко к берегу, на небольшой возвышенности. Ровная площадка из мелкого речного булыжника, со всех сторон окруженная деревьями. Стемнело. Развели костер. Седой остался варить костровой суп из волжской воды, перловой каши и картошки. Ака и я пошли собирать валежник по берегу реки. Отойдя несколько десятков метров, мы напоролись на земляную лестницу с остатками деревянных ступеней и поручнем, которая уходила вверх. Подняв голову, мы увидели на вершине склона крест. Он подсвечивался луной, небосвод был усыпан звездами, унося наши взгляды во вселенную. Впечатление было какое-то сакральное. Крест на фоне звездного неба. Мы поднялись по ступеням, и перед нашими глазами предстал склеп, на замшелых стенах которого с трудом просматривались какие-то надписи на старорусском языке.  Тут страх обуял нас, мы быстро спустились, подобрав на берегу ранее собранный валежник, и вернулись к костру.
Позднее я узнал историю появления креста на крутом волжском берегу. С ним связаны десятки мифов и легенд, одна из которых гласит, что герой Русско-японской войны и осады Порт-Артура, штаб-капитан А. Н. Люпов, уволившись в отставку, купил участок земли в районе села Ермаково. В его планах было построить дом и сахарный завод, но им не суждено было сбыться. В 1911 году он был убит «лихими» людьми и похоронен на высоком волжском берегу. В 1914 году родственники и крестьяне окрестных сел возвели на месте погребения часовню с усыпальницей и поставили крест, которые впоследствии стали туристической достопримечательностью Самарской Луки.
Шулюм был готов, Седой подвесил чайник над костром, и мы принялись ужинать. О том, что увидели с Акой, мы промолчали. Ночью погода снова разыгралась, дождь барабанил по целлофану, которым накрыли палатку, ветер срывал листья и сухие ветки с деревьев. Было жутко. Спалось плохо. Утром, выглянув из палатки, посмотрев на почерневшую Волгу, приняли решение плыть дальше. Поели остатками ужина, не разводя костра. Шел дождь. Отплыли от берега, ветер закручивал волны Волги в белые барашки. Взяли курс на Переволоки. Справа по корме осталось село Ермаково.
Был август 1984 года. В ту пору я еще не знал, что через 20 лет, в следующем веке, буду часто приезжать с семьей в это село к своим друзьям, по-русски хлебосольным людям, на охоту, летнюю и зимнюю рыбалку, общаться с их соседями, уроженцами гор. Кирова (Вятка). До сих пор в памяти их традиционный, поражающий своей простотой и народной мудростью тост: «За тя, за мя!» В этих четырех словах вся мощь и сила русской души, пожелания здоровья, добра, процветания всем семьям, родителям и детям. Желая это всем, тостующий желает этого и себе.
Село имеет древнюю историю, уходящую в Именьковскую культуру IV-VII веков. Предположительно, оно основано Ермаком Тимофеевичем, покорителем Сибири, и названо в его честь. Будучи казачьим атаманом, он «гулял» с ватагой по Волжской Луке, совершая набеги на купцов, сплавляющихся с товаром по Волге. В этих местах он отдыхал между разбойными нападениями. Сразу за поворотом открылся прекрасный вид на село Лбище. Оно названо так по расположенному рядом гористому, крутому берегу. За селом, в 1,5 км находится городище Лбище. Одно из крупнейших городищ Самарской Луки, относящихся ко
2-му тыс. н. э. В районе села Севрюкаево решили остановиться на ночлег. Заканчивался третий день пути. Причалили к берегу. Как же приятно было ступить на твердую землю после 7 часов нахождения в вечно качающейся на волнах шлюпке. Руки натруженно гудели. Поставили палатку, разожгли костер. Кашеварил Ака, варил уже традиционный шулюм. Поужинали, распили последнюю бутылку водки и, уставшие, улеглись спать. Наутро, быстро позавтракав, попив чая из термоса, пошли на Переволоки. В планах на сегодня было перенести лодку в реку Уса и плыть дальше. Тут мне закралась предательская мысль - дойти до Переволок, а на оставшиеся деньги арендовать автомобиль и на нем вернуться в Куйбышев, но только вслух озвучивать её я побоялся. Без происшествий дошли до Переволок.
…Туристический теплоход «Сергей Кучкин» проходил по фарватеру Волги. Справа по борту постепенно появлялись крыши домов села Переволоки. По громкой связи гид рассказывал о Волжской излучине, сухопутном перешейке из Волги в Усу, историю села Переволоки. Со слов гида, село было основано вначале XVII века, в юго-западной части Самарской Луки. Расположено оно на узком перешейке суши, длиною около 2 км, между реками Волгой и Усой. С древних времен тут осуществлялся вручную, по бревнам, «волок» судов, на которых купцы перевозили свои товары. Отсюда и название села, где основной промысел жителей был и есть - ловля рыбы, да перетаскивание лодок из Волги в Усу.
Высокий пассажир с бородкой стоял на корме лайнера и смотрел на уходящий берег. Его воспоминания вновь унесли его в восьмидесятые годы. Годы его студенчества.
…Пристали, вытащили шлюпку. Седой, взяв канистру для питьевой воды, пошел в село купить продукты и хлеб, которые уже закончились, а также найти транспорт для перевозки нашей «Кефали». С Акой мы стали готовить лодку для транспортировки, укладывали и привязывали наши рюкзаки и прочее снаряжение. Ближе к полудню вернулся Седой пассажиром на тракторе «Беларусь» с лафетом спереди. В него погрузили шлюпку и сами сели в неё. Впервые мы не гребли, а ехали, вольготно расположившись в лодке, на тракторе (вот такой словесный каламбур), гордо созерцая редких сельских жителей. Пересекли автомобильную трассу М-5 и спустились к реке Уса. Слева возвышался своими постройками город Междуреченск. Шлюпку спустили на воду. Погрузились. Сразу отошли от берега, взяв курс по течению, в дельту впадения Усы в море (так Ака назвал Куйбышевское водохранилище). Это самый крупный искусственный водоем на Волге, в России и Европе. Третий по площади в мире. Заполнен он был в 1955-1957 гг. Река Уса — правый приток Волги, длина ее около 80 км, ширина 2,5-3 км, левый берег заболочен, пересечен протоками. Мы пошли вдоль живописного правого берега.
28 августа были на веслах в общей сложности 8 часов 45 минут. Приняли решение остановиться на отдых. Выбрали место, причалили. Подняли и привязали «Кефаль», разложились, поставили палатку, разожгли костер. Я стал готовить ужин-пир из продуктов, которые привез на тракторе Седой. Продуктовый набор был невелик: пачка слипшихся пельменей, сырки плавленые «Дружба», хлеб, помидоры, огурцы, репчатый лук и 3 бутылки портвейна «777», прозванного в народе «Спотыкач». Седой и Ака ушли ловить рыбу по дедовскому методу, без удочки, на петельку. Мне этого было не понять. Прошло около часа, закипела вода в котелке, я позвал рыбаков, надеясь, что они наловили рыбы для ухи. Увы, они вернулись без рыбы, пустыми. С их слов, поймали только малёхонького окунька. Рыбка было одна, и они её отпустили. В кипящей воде быстро сварили пельмени, поужинали, отметив экватор нашей кругосветки. Ужин был запоминающимся — горячие слипшиеся пельмени с запахом костра, портвейн в алюминиевых кружках. Когда чокались ими во время тоста, металлический звон от них мелодично расходился в тишине по всей округе. Впереди было еще много километров плавания. Общая физическая усталость, напряженность водного перехода,  алкоголь и звенящая тишина сделали свое дело, и мы сразу заснули.
29 августа 1984 года мы проснулись с первыми лучами солнца. Встали отдохнувшие, полные сил и желания дальше покорять водные просторы. Погода благоволила, быстро перекусили, собрались и отчалили. Течение реки было довольно шустрым, работать веслами практически было не нужно. Повезло Аке, его очередь сидеть на веслах. Седой сидел на носу лодки. Я на руле. Нас окружали живописные красоты берегов утренней реки, умиротворяющие взгляд. Справа показался Молодецкий курган — гора западной оконечности гряды Жигулевских гор. Согласно преданиям и легендам, где-то у её подножия Стенька Разин зарыл два ведра золотых украшений, а поперек положил заговоренный лом. Видно поэтому клад до сих пор и не найден. Уса спокойно и стремительно несла свои воды в Жигулевское море (так называли в народе Куйбышевское водохранилище), вдоль 75-ти километровой живописной гряды Жигулевских гор. Плыли в удовольствие, дважды менялись на веслах.
Течение становилось бурлящим, это было видно по волнам, по тому, как они вливались в море. Погода ухудшилась, поднялся ветер. Еще несколько минут назад безоблачное небо с ласковым солнцем покрылось грозовыми тучами, стало темно, хотя была еще только середина дня. Пошел дождь, природа в очередной раз решила испытать нас на прочность. Мы вошли в устье Усы, а затем в море, держась правого берега. Небо почернело, ветер усилился до штормового. Мы проходили перекресток ветров, я был на носу, Ака за веслами, Седой на корме у руля. Шлюпку болтало на волнах с большими белыми барашками. Она вдруг уходила носом в воду, и тогда Седой был наверху, а когда нос  поднимался  на гребне волны, то я был наверху, а Седой наоборот, держа руль, где-то в черной пучине волжских вод. Море сильно штормило, трудно было определить, сколько баллов, да нам было не до этого. Волжская вода стала заливаться через борт в шлюпку. «Черпай воду, а то потонем!», — крикнул мне сквозь шторм и дождь Седой. Схватив первую попавшую миску, я стал черпать воду со дна лодки, которая пополнялась с каждым нырком под ливневым дождем. Лодку бросало на волнах, как скорлупку. Шторм нес нас на скалы. «Садись за весла, Ака один не вытянет, надо уходить в море!», — проорал мне Седой. В этой штормовой качке я с трудом пересел на весла, и вдвоём мы стали грести в море, подальше от берега. Надо было соблюдать синхронность в действиях при гребле, и это нам удалось. Мы стали отплывать от скал, веющих смертью. Вопросы друг другу не задавали, впечатлениями не делились. Все трое в едином порыве гребли, чтобы выжить. Воля и рассудок, организм каждого и всех вместе, были подчинены лишь синхронному взмаху весел.
Мы медленно отходили в море и при этом огибали выпирающий скалистый мыс,  весь в огромных валунах, о которые разбивались накатывающиеся метровые волны. По моим ощущениям казалось, что в штормовой болтанке мы провели целую вечность. Обойдя мыс,  вздохнули, посмотрели на часы и удивились тому, что прошло всего лишь два часа. Вечерело. Ветер немного стих, дождь продолжался. Мокрые до нитки, с трудом нашли место, где причалить. Лодка была заполнена водой и уже не слушалась руля. Пристали к берегу, дрожащими ногами ступили на твердую землю. Какое же это счастье - стоять ногами на берегу. Было желание обнять и целовать береговую твердыню. Вытащили наше плавающее спасение - шлюпку и привязали ее, забив кол. Стали вычерпывать воду из посудины. С сожалением мы обнаружили, что во время шторма выпал в море рюкзак с частью провизии и всем хлебом, но часть консервов, лежащая в другом рюкзаке, к счастью, осталась. Седой сориентировался, где мы причалили. Это было в районе Яблоневого Оврага. Он сказал: «Я знаю это место, мы причалили напротив Тольятти, через море».  Взяв деньги и канистру под питьевую воду, Седой ушел в село покупать продукты. Мы с Акой остались на хозяйстве. До конца вычерпали воду из лодки, вытащили все носильные вещи из нее, чтобы просушить. Дождь продолжался, не переставая.
Берег, где мы причалили, был засыпан природной известковой щебенкой. Вокруг, подковой, как слоеный пирог, расположились скалистые горы. Между ними была естественная пещера, под сводами которой, у входа, мы решили поставить палатку. Очень хотелось есть. Пошли искать дрова для костра и наткнулись на куски хлеба, а иногда  и целые батоны, их видимо оставили воскресные туристы из Тольятти. Мы всё собрали и принесли к нашей стоянке в пещере. Развели костер. Языки пламени отсвечивались на скалистых стенах. В этом было что-то первобытное. Рядом плескалось море, шел мелкий дождь, а мы сидели у костра в пещере и сушили нашу одежду. Фантазия вдруг сформировала картину, что когда-то давно-давно, так же, как и мы, у костра сидели древние люди в шкурах и жарили мясо дикого кабана на углях. Обрезав на большом валуне куски плесневелого, черствого хлеба, вырезав съедобные куски, мы принялись на веточках жарить их на костре и есть. Вкус жареного хлеба с запахом костра, поздним вечером, в пещере, у моря...  Ощущение первобытной жизни и удовлетворение голода сложно передать словами. Это надо прочувствовать и пережить. Вернулся Седой с продуктами и вином с простым названием - «Яблочное. Столовое»,  целых 14 градусов натуральной крепости, аж 3 бутылки по 0,7 литра. Устроили ужин в честь нашего  второго рождения. Сначала выпили водки, по одной крышечке от солдатской фляжки, для согрева. Затем по одной, второй походной алюминиевой кружке вина со вкусом натурального яблока, очень приятного на вкус. Неказистый ужин и тепло от костра нас согрели. Перебивая друг друга, мы стали делится впечатлениями пережитого дня. На мой вопрос Седому: «Почему ты принял решение идти во время шторма в море, огибая мыс?», он ответил, что если бы мы не ушли в море, то боковая волна перевернула и разбила бы нашу лодку об огромные береговые камни-валуны. «Мы просто погибли бы, выплыть возможности не было бы ни у кого, высокая волна!», — заключил Седой.
Позже, в Куйбышеве, в словаре «Юного мореплавателя», я нашел специальную балльную шкалу штормов. Сравнил с волнами Жигулевского моря, которые были высотой примерно один - два с половиной метра, с белыми барашками, и понял, что шторм был 4-6 баллов.
Согревшись, наевшись, мы быстро заснули. Утро 30 августа встретило нас прекрасной погодой. Солнце, легкий бриз волн. Тишина и щебет певчих птиц. Когда я вышел из палатки,   напротив, через море, на высоком берегу возвышался современный город Тольятти.
Бывший город Ставрополь-на-Волге, который получил свое название в честь итальянского коммуниста Пальмиро Тольятти в 1964 году, после того, как построили Волжский автомобильный завод. Бренд автомобилей «Жигули» известен во всем мире. Тольятти - это родина Аки и Седого, а для меня он знаковый город. Город моей трудовой юности, а  в последующем - службы в должности военного прокурора.
В этот город, в 17 лет, в марте 1977 года, я, мой двоюродный брат и школьный друг, будучи студентами строительного техникума в городе Кировабаде АзССР, прибыли для прохождения производственной практики. Первоначальная должность, на которую нас приняли - транспортный рабочий (такелажник) первого разряда СУ 111, треста «Куйбышев-гидрострой», основного градообразующего строительного гиганта Тольятти. Трудились мы на строительстве комплекса торговых модулей у «Китайской стены» (сейчас это ТЦ «Комсомольский», по ул. Л. Чайкиной). В те годы так назывался самый длинный кирпичный жилой дом в Комсомольском районе. Позже, годы спустя, уже в нынешнем веке, после окончания университета, проходя службу в органах военной прокуратуры, в феврале 2001 года я был назначен военным прокурором Тольяттинского гарнизона. Судьба вновь свела меня с городом моей юности, в котором я прожил еще пять прекрасных, памятных лет. О прожитых годах и друзьях  я вспоминаю постоянно.
…Но вернемся к нашим путешественникам. Позавтракали, собрали шлюпку. Я прихватил с собой с берега несколько разных речных булыжников еще не зная, зачем они мне. Отплыли от берега. Был четверг, 30 августа 1984 года. Немного углубились в море, поймали течение. Ака был на носу, я на веслах, Седой на руле.
Впереди была плотина Жигулевской ГЭС - величественный символ технического прогресса СССР, соединившая берега Волги. История строительства плотины истоками уходит еще в царские времена, когда в 1910 году властям был представлен первый проект гидроэлектростанции, затем был проект 1937 года в районе Самары и строительства шлюзов в районе Переволок (но об этом расскажу позже). Революция 1917 года и Великая Отечественная война 1941-1945 гг. передвинули сроки строительства. После войны, в конце 40-х годов прошлого столетия, власти вернулись к идее строительства ГЭС. Было выбрано место в районе города Ставрополь-на-Волге. Строительство началось в 1950 году и завершилось в 1957 году. Длина плотины 2800 км, ширина 750 м, высота 52 м, оснащена 20 генераторными установками, и на тот момент это была крупнейшая ГЭС в мире. На парапете верхней части плотины проложена железнодорожная колея и автомобильное полотно трассы М-5 Москва - Свердловск (ныне город Екатеринбург). Перепад уровня зеркала поверхности Жигулевского моря и сброса воды после прохождения турбин в русло Волги  составляет свыше 22 метров.
…Немного отвлеклись от мореплавателей, которым грести помогало течение, и они стремительно приближались к плотине. Вдруг Седой закричал: «Греби к берегу, нас течением сносит под турбины!». Изо всех сил я стал грести к берегу, он помогал рулем, выравнивая шлюпку. Прошло некоторое время, и нам удалось вывести её из стремнины основного течения. Руки дрожали от напряжения и пережитого. Поменялись с Акой, он сел за весла, я пересел на нос. Потихоньку подошли к берегу справа от плотины ГЭС. Причалили, подняли лодку и осмотрелись. Седой остался в лодке, а мы с Акой поднялись на гребень плотины. Само гидросооружение, окруженное колючей проволокой и охраной, было далеко слева. Прошли железнодорожные пути. Автомобильная дорога в оба направления была, как всегда, загружена, автомобили двигались впритык друг к другу. Приняли решение поднять на руках лодку к дороге, затем поднести снаряжение и рюкзаки. Потом кто-то из нас должен будет перекрывать движение, махая руками и белым платком, а двое других будут переносить лодку и вещи. На том и порешили. Спустились к берегу, обсудили, и стали поднимать на верх склона нашу «Большую Кефаль», снасти и рюкзаки. Затем Ака перекрыл дорогу, и мы с Седым начали движение с лодкой. Пересекли  дорожное полотно. Водителям и пассажирам, наверное, было в диковину смотреть на трех обросших, небритых парней в выцветшей под солнцем одежде, перетаскивающих свою посудину на руках. Спустились к воде, отдохнули. Мы понимали, что прошли большую часть нашей кругосветки, впереди - финишная прямая на Куйбышев. Погрузившись в лодку, отплыли и начали движение вперед. Решили держаться правого берега. Волжская вода, пройдя турбины и вливаясь в Волгу, бурлила, вся в водоворотах и барашках. Прошли несколько километров, Волга стала сужаться. Перешли фарватер и дальше плыли вдоль песчаного берега полуострова Копылово, примыкающего к Жигулевской ГЭС. Копылово — это оазис из песка, паводковой плодородной земли, с огромным количеством дач и турбаз, вытянувшихся вдоль течения Волги к Куйбышеву. Слева закончились строения  поселка Шлюзового, появились первые дома села Федоровка. Прошли Федоровку, закончились Федоровские луга, плавно перешедшие в Мастрюковские озера у поселка Винтай.
Знаковое место любителей бардовской песни со всего Союза, а затем России, под названием «Грушинский фестиваль». Впервые летом 1968 года, в районе Мастрюковских озер на Волге, собрались друзья - однокурсники, чтобы почтить память своего друга — студента Куйбышевского авиационного института Валерия Грушина, погибшего в Саянах годом раньше, спасая детей. В дальнейшем собрание друзей переросло в фестиваль, который стал ежегодно собирать всех, кто не равнодушен к бардовской музыке на лоне природы. На фестиваль каждый год приезжают десятки тысяч любителей этого жанра.  Грушинский фестиваль (в народе просто «Груша») стал визитной карточкой и знаковым брендом Самарской области.
Прошли музыкально-фестивальную площадку Волги. Погода нам благоприятствовала и плыть по течению было одно удовольствие. Впереди появились очертания острова Середыш. Он получил свое название от того, что образовался в середине фарватера прежнего русла Волги в начале XIX века путем наноса песка и ила. Справа, через стрежень основного створа Волги, в большом овраге, среди Монастырской и Поповой гор, стали видны дома старинного села Ширяево. Впервые в летописях оно указано в XVI веке, хотя раскопки позволяют судить, что люди жили в этих местах еще в железном веке. Село стало всемирно известным, благодаря художнику И. Репину, который три летних месяца 1870 года снимал здесь избу у местного крестьянина. В Ширяево он сделал многочисленные наброски и эскизы, ставшие основой фундаментального художественного полотна «Бурлаки на Волге».
Сталo темнеть, за веслами мы были уже 12 часов. Кстати, это был самый длительный по времени и протяженности отрезок нашего плавания. Пристали к берегу. Уже привычными движениями вытащили лодку, разобрали, поставили палатку и развели костер. Сегодня был мой день кашеварить поднадоевший уже нам шулюм. Поужинали, легли уставшие спать. Впереди нас ждал Куйбышев. По расчетам, 1 сентября мы должны были прийти к месту нашего старта  - лодочной станции.
Утро 31 августа, последнего дня лета, было пасмурным, прохладным. Было немного зябко. Позавтракали, выпили чай из термоса, собрались и отплыли. Приняли решение идти вдоль левого берега, проплыли мимо знаменитого Царева кургана, который расположен на слиянии рек Волги и Сока.
По преданиям и летописям, на вершину кургана в разное время поднимались: Тамерлан (после битвы с Тохтамышем на реке Кондурча, которая впадает в Сок); в 1722 году император Петр I, который шел по Волге походом на Персию через Астрахань и останавливался в этих местах. На вершине Царева кургана он собственноручно установил деревянный Покаянный крест, который до наших дней не сохранился.
Справа по борту прошли остров Голодный - не так часто посещаемое место любителями отдыха, но относящееся к одному из красивейших мест на Волге. Прошли устье реки Сок, впадающей в Волгу. Полюбовались автомобильным мостом, соединяющим берега Сока. Слева был высокий берег, и видны строения поселка Управленческий, названного так в 40-е годы прошлого столетия.
В 1937 году в районе острогов Жигулевских и Соколиных гор было принято решение о сооружении гидроэлектростанции. Для реализации проекта был построен жилой поселок и комплекс административных зданий, но Великая Отечественная Война изменила планы. Построенный поселок назвали «Управленческим». В истории СССР, а теперь и России, он сыграл ведущую роль в создании ракетно-ядерного щита и в освоении космоса. На всех межконтинентальных ракетах и космических кораблях «Восток», а затем «Союз», стояли реактивные двигатели опытного завода № 2, которым с 1949 по 1994 года руководил великий конструктор авиационных и реактивных двигателей, академик Н. Д. Кузнецов. Ныне это Самарский научно-технический комплекс его имени, базовое предприятие реактивных двигателей нынешней космической отрасли. С 80-х годов, благодаря смекалке руководителей и инженеров, на складах сохранились от утилизации свыше 60-ти сверхмощных реактивных двигателей, подготовленных для лунной программы С. Н. Королева. Аналогов этим двигателям не было и нет в мире. В 90-е годы их за бесценок, в качестве подарка, правительство Ельцина продало в США. До сих пор летательные аппараты НАСА летают в космос на наших двигателях. Но тогда мы этого еще не знали.
…Продолжая плыть, мы увидели слева, на высоком берегу, если смотреть с воды, где-то у неба, величественный архитектурный ансамбль Всесоюзной здравницы — санатория «Красная Глинка», который был открыт для трудящихся СССР в 1935 году.
Вошли в створ между берегом и островом Зелёненький. Слева, на высоте 120 метров, расположилась «Вертолетная площадка». Раньше, в 60-х годах, она служила своему предназначению, и с неё конструктор Николай Кузнецов с сотрудниками КБ, летал на вертолете к месту испытания своих двигателей, в посёлок Винтай. Сейчас это смотровая площадка, откуда открывается великолепный  панорамный вид на Волгу и Сокольи горы. В народе это место называют « Волжскими воротами».
Справа заканчивались песчаные берега острова Зелёненький, мы плавно входили в самое узкое место в створе Волги между Сокольими горами слева, где возвышалась Лысая гора и Жигулевскими горами справа. В этом месте в 40-х годах и планировали построить ГЭС. В очередной раз прошли фарватер. Это надо было сделать быстро, между идущими по расписанию сухогрузами, пароходами и другими речными судами. Дальше пошли правым берегом, впереди были набережные Куйбышева, и нам не хотелось поутру следующего выходного дня плыть под взглядами загорающих и отдыхающих. Вечерело, за веслами были 7 часов 15 минут, решили причалить на ночевку. Закат был прекрасным, подняли лодку и решили искупаться. Температура воды взбодрила нас, мы восхищались природой и теплом последних летних дней. После купания мы с наслаждением сидели в плавках на песке и обсыхали под потоками теплого ветра. Мы смотрели на желанный противоположный берег, берег нашей студенческой жизни. Это была своеобразная награда за уже почти пройденную Жигулевскую кругосветку. Поставив палатку, развели костер, поужинали, выпили чай. Напротив, огнями сверкал город Куйбышев, мы были почти дома. Легли спать. 1 сентября 1984г встали рано, было пасмурно, накрапывал дождь. Пока собирались, выглянуло солнышко. Первоклашек, в первый раз идущих в школу, ждал торжественный первый звонок. С грустью представилось, как сейчас однокурсники из нашей общаги собираются на первые лекции, но без нас, а нам еще плыть и плыть.  Быстро погрузив нехитрый скарб в шлюпку, отошли от берега. Приняли решение держаться от него на расстоянии около десяти метров. На противоположном берегу открылся вид на Поляну им. Фрунзе, названную в 1925 году в честь советского военного деятеля, легендарного полководца гражданской войны — М. В. Фрунзе.
За свою историю Поляна неоднократно меняла свое название и предназначение, но всегда это было место причала речных караванов, судов и лодок местных жителей. В XVI веке она называлась Барбошина, по фамилии казацкого атамана Бориса Барбошина. Атаман промышлял «лихими» делами в этих местах, а лагерем стоял на поляне, где сейчас кольцо разворота автобуса № 6.
Проплывая мимо причалов Поляны, мы видели, как то и дело от них отходят современные «Казанки», «Прогрессы» на лодочных моторах, загруженные горожанами под «ватерлинию». Катера с отдыхающими стремились на выходные дни на противоположный правый берег для дикого отдыха у костра, в палатке. Трое молодых парней, обросших, со слипшимися волосами, обветренные всеми ветрами, плывущие на веслах в хлипкой деревянной шлюпке, вызывали у них искреннее сочувствие, изумление и удивление. Во всяком случае, это выражали их лица, когда они на скорости, на своих лодках, проносились вплотную рядом с нами, обдавая нас водными брызгами, и раскачивая нашу шлюпку на волнах. На высоком берегу виднелись, поражая разнообразием стилей, изысков и архитектурных решений, фасады и крыши дач — дворцов купцов, богатейших людей Самары прошлого века, которые сохранились до наших дней. Появились постройки военного санатория «Волга», созданного на базе сохранившихся дореволюционных дач и дворцов. В 1947 году безымянный окружной санаторий Приволжского военного округа был переименован сначала в «Барбошина поляна», а в 1957 - в санаторий «Волга», центрального подчинения МО СССР.
Тогда мы еще не знали, что под санаторием, на глубине 30 метров, располагается секретный объект — бункер штаба войск ПриВО и Генерального штаба ВС СССР,  названный в народе бункером Жукова. К нему ведет из бункера Сталина тоннельный проход через весь город, вдоль Волги, длиной свыше 30 км, частично засыпанный естественными обвалами и затопленный грунтовыми водами. Сам бункер Сталина построен в 1941-1942 годах на глубине 37 метров метростроителями Москвы, под зданием бывшего Куйбышевского обкома КПСС. Ранее это здание, введенное в эксплуатацию в 1915 году и до Революции 1917 года  было резиденцией губернаторов Самарской губернии. После Революции новые власти разместили в нем штаб Губ ревкома. В 1936 году здание передали в ведение обкома ВКП(б). В шестидесятые годы ХХ века в здании разместили кабинеты и помещения обкома КПСС и облисполком Куйбышевской области. В 1988 году старое здание было передано Куйбышевскому государственному институту культуры, ныне Самарской государственной академии культуры и искусств. Партийная и исполнительная власть области переехали в новый «Белый дом» на ул. Молодогвардейской и площади у монумента Славы. Монумент был создан в 1970-1971 гг. прошлого столетия на народные деньги. Рабочие и ИТР (инженерно-технические работники) заводов и предприятий Куйбышева пожертвовали на него по 1 советскому рублю. На собранные деньги был отлит 13-ти метровый металлический колосс из сплавов алюминия и других металлов, который поставили на 40-метровый постамент. Фигура рабочего, с парапланом на поднятых руках, сияющая в лучах солнца, олицетворяет мощь авиационно-космической промышленности города. Он виден всем проплывающим по Волге и является одним из настоящих символов для жителей города и многочисленных туристов. В бункерах Сталина и Жукова в нынешнее время созданы музеи с витражами и демонстрационными столами для регулярных посещений жителей и гостей Самары.
…Погода разгулялась, выглянуло солнце, и спокойная Волга несла течением свои воды, помогая нам плыть вдоль набережных одного из промышленно-культурных центров и красивых городов СССР. Мы наслаждались разнообразной береговой природой и архитектурой особняков и зданий Куйбышева. Впереди, среди крон деревьев, стал виден фасад Дома со слонами. Так называется уникальное по своей архитектуре строение, ранее принадлежащее самарскому художнику, краеведу и путешественнику, К. П. Головину. Дом был построен по его чертежам и эскизам. Строгие фасады, узкие бойницы-окна, ассиметричные части дома притягивают внимание людей, особенно водных туристов с Волги. Дополняют оригинальность впечатления слоны на крыльце с их подлинной величиной и размерами. Перед домом стоит парковая скульптура девушки, но её не видно с Волги, она овеяна в народе множественными легендами и сказаниями.
Открылся взору красивейший природный Загородный парк - легкие нашего города. Он расположен напротив нашего общежития КГУ. По вечерам студенты гуляют по парковым дорожкам, а днем на массивных парковых лавках, в прохладе и тишине вековых дубов, готовятся к лекциям, зачетам и экзаменам. Летом студенты любят загорать на пляжах парка, окунаясь в прохладные волны Волги. Сразу за парком открылся вид на частный сектор домов Оврага подпольщиков. Свое название поселок получил после Революции 1917 года, когда рабочие Трубного завода в начале века «подпольно», незаконно строили на склонах свои дома и собирались на революционные маёвки. В XIX веке в этой пригородной зоне главврачом губернской больницы Н. В. Постниковым была построена кумысолечебница, и в то время овраг именовался Постниковым, а еще раньше Винным (Вишневым). В начале ХХ века археологи обнаружили в овраге орудия труда и охоты, кости доисторических животных, а также следы стоянки древних людей, живших здесь 15-40 тысяч лет тому назад. В начале 2000-х годов началась массовая жилищная застройка оврага, в 2007 году городские власти вернули ему прежнее название - «Постников овраг». Сейчас это географический центр Самары.
…Позади остался Овраг подпольщиков. Показались жилые 16-ти этажные высотки и неблагоустроенный склон, спускающийся к Волге. Средний из этих трех домов имеет для меня особое значение, в нем живет семья моего брата, которая приняла меня и помогла с трудоустройством в 1980 году, когда после службы в армии я приехал в Куйбышев. Они поддержали моё желание поступить в университет.
Уже позже, в XXI веке, напротив этих домов, на высоком берегу заложат красивую многоступенчатую набережную, венцом которой будет 20-ти метровый величественный символ города — белая Ладья. Она олицетворяет корабли, проплывающие с древних времен у этих берегов. В наше время - это туристическая достопримечательность для жителей и гостей Самары, место их вечерних прогулок.
Мы шли по намеченному маршруту, меняясь на веслах. Слева по борту прошли корпуса секретного военного завода КИНАП и пристань «Осипенко». Дальше пошли пески городских пляжей. Было прохладно. Солнце периодически скрывалось за тучами. Купающихся было немного. По набережной прогуливались отдыхающие, а мы гребли, поставив задачу - сегодня дойти до места стоянки нашей «Кефали». Сумерки сгущались, темнело. Впереди показался берег заповедного острова Поджабный, названный так рыбаками из-за большой популяции водных черепах в мелких озерах на территории острова, которых местные жители называли жабами. «Фарватер пройти не успеем, частота движения танкеров и теплоходов высокая, к тому же темно. До стоянки можем не доплыть, надо становиться на ночлег, место подходящее», — сказал Седой. Уставшие, после   8 часов гребли на веслах, мы единогласно согласились. Хотя очень сильно хотелось в родную общагу, чтобы наконец-то лечь спать, вытянув ноги, в кровати в своей комнате. От этих элементарных человеческих условий бытия мы уже отвыкли. Причалили на конце острова, разложили шлюпку, быстро поставили палатку, разожгли костер, сварили чай. Поужинали всухомятку остатками провизии под последние граммы водки из НЗ в солдатской фляжке. Легли спать. Напротив, огнями светился любимый город Куйбышев ( Самара).
Название Самара уходит в глубокую древность. Впервые это название появилось на карте венецианских купцов в 1367 году и происходит от греческих слов «Samar» — торговец, купец и «Ra» — река Волга. По версии тюркского происхождения— «кувшин», «таз». По версии финно-угорских народов Мокша и Эрзя, название Самара состоит из слов «Сея -  Мар» — высокий козий холм, где бродят дикие козы. Сейчас определить где легенда, где народный вымысел, а где немного правды практически невозможно, хотя на гербе Самары Коза, как символ города, присутствует. Официально по современной историографии, Самара, как пограничная крепость Российского царства, заложена в 1586 году князем Засекиным, на стрелке рек Волги и Самарки. Этот год и считается годом рождения Самары-Куйбышева. В январе 1991 года городу было возвращено его первоначальное название – Самара.
Засыпая, каждый из нас был уверен, что завтра мы будем дома. Проснулись рано, выпили чай, собрались и отплыли, пока было не так судоходно по фарватеру. Последний раз, благополучно пройдя его, вошли в воды реки Самарки и с облегчением выдохнули!  Проплыли под мостами.  Впереди  ждала  финишная прямая и заветная лодочная стоянка.
За спиной осталось больше 200 км изнурительной ручной гребли на веслах, в прогулочной лодочке, не приспособленной к длительным речным переходам, не имеющей даже примитивного руля управления. Да, мы и физически, и в плане безопасности, без соответствующей туристической экипировки, не были готовы к Жигулевской кругосветке. Но зато юношеской бравады было в избытке, помогало крепкое мужское слово, данное друг другу в тот памятный вечер, и русское - «Авось пронесет!»
Через 1 час 50 мин, около 11.30 по местному времени мы вошли в акваторию лодочной стоянки с криками «Ура! Дошли!», радостно обнимая друг друга. Счастью нашему не было предела.
Седой отправился выяснять, куда пришвартовать нашу, можно сказать, легендарную «Большую кефаль». Она стала почти серая. Краска на бортах слезла, стёрлась в водах Волги и Усы. В общей сложности мы прошли на веслах 62 часа 50 минут. На троих мы насчитали 41 мозоль. Пришел Седой вместе с дежурным лодочной станции. Он осмотрел шлюпку и не поверил, что на ней мы прошли Жигулевскую кругосветку. Показал место швартовки, собрал спасательные жилеты и ушел. Мы остались должны деньги за три дня просроченного проката. Седой ушел договариваться об оплате на завтра. Мы с Акой стали разгружаться. Посмотрев на руль, он сказал: «Возьму с собой, повешу в комнате на стенку над кроватью». Мне тоже очень хотелось взять на память оранжевый спасательный жилет, который выцвел от речной воды и солнца. В течение девяти дней, во время плавания, он был на мне, я привык к нему, он согревал и придавал уверенности в своих силах, но это был инвентарь лодочной станции и его, увы, пришлось вернуть. Седой решил вопросы с оплатой, и мы стали собираться. В шлюпке решили оставить для других мореплавателей жерди для палатки, колья, нашу крышу - толстый целлофан.
Три морехода (теперь они могли себя так называть), взяв пустые рюкзаки, голодные, грязные, обросшие, с обветренными лицами, в выцветшей, местами порванной в клочья, одежде, пошли к автобусной остановке. Сели в автобус, заполнив его запахом костра и речной воды. Пассажиры смотрели на нас удивленно. Мы, отвыкнув за неделю от цивилизации, громко делясь впечатлениями, снисходительно смотрели на них, воодушевленные победой над собой и природой. Мы ехали по городу, в желанную общагу.
Три листочка в клетку, с хронологией нашего похода и карту я оставил себе, решив выполнить обещание описать наши впечатления о кругосветке. Но написал всего несколько страниц о первых днях нашего плавания. Быт студенческих будней, общественная работа в Комитете ВЛКСМ университета не оставляли времени для творчества. Появилась семья, забота о сыне Святославе поглотила всё свободное время. Из камней, взятых на берегу Жигулевского моря, я сделал канцелярское приспособление — подставку под пишущую ручку, которая до сих пор служит мне. Постепенно стерлись воспоминания о кругосветке, и о ней все забыли.







Р.S.
Прошли годы. Покорители Жигулевской кругосветки закончили университет и разъехались работать по специальности. Автор служил в органах военной прокуратуры, уволился в запас, защитил кандидатскую диссертацию и продолжил преподавать в Самарской гуманитарной академии. В 2020 году Академия прекратила свое существование, и он переехал на постоянное место жительство в область, в село Нижняя Солонцовка Красноярского района.
Виктор Журавлев (Русов — Седой) после университета работал в прокуратуре гор. Чапаевска, потом в прокуратуре Ленинского района в Самаре. Уволившись, работал юристом в коммерческих структурах, региональным представителем иностранных фирм, адвокатом Межрегиональной коллегии адвокатов г. Москвы. Со студенческих пор Виктор пишет стихи, которые он нам читал вечерами во время нашей кругосветки. Является номинантом премии «Поэт года России», награжден медалью Лермонтова.
Виктор Кочев (Корнев — Ака) работал следователем Автозаводского РУВД гор. Тольятти. Был в «горячей точке» в Нагорном Карабахе, уволился, занялся предпринимательской деятельностью, совмещая её с юридической практикой. Сейчас работает юристом в Москве.
 Разбирая перевезенную библиотеку, я наткнулся на папку со студенческим архивом восьмидесятых годов, с пожелтевшими газетами прошлых лет ушедшего века «Университетская жизнь», «Волжский комсомолец»; черновиками протоколов заседаний штаба трудовых дел университета, эмблемами факультетских стройотрядов. В папке обнаружил 12-ти листовую ученическую тетрадь с рукописным текстом, три пожелтевших листочка в клетку, с датами и временем нахождения на веслах, карту Куйбышевской области. На ней был нанесен маршрут Жигулевской кругосветки, с датами стоянок на берегах Волги и Усы в августе-сентябре 1984 года. Мельком глянув на записи в дневнике, я положил его обратно в папку.
Летом 2023 года, пригласив однокурсников попариться в бане (среди них был и Витя Кочев), я показал ему дневник первых дней нашего похода и карту. Увидев дневник, он очень удивился, что записи сохранились до сегодняшнего дня. А осенью я поместил фото первых страниц рукописного текста в чате однокурсников. Многих этот текст заинтересовал, и Витя предложил выложить в чат весь дневник. Еще раз прочитав свои записи, я понял, что текст скучноватый. Ежедневное перечисление наших действий — «гребем», «ставим палатку», «спим» по прошествии лет не произвели на меня впечатления, и я решил по памяти, на основе имеющихся записей и карты Куйбышевской области набрать новый текст с учетом географии и исторических мест Жигулевской кругосветки, которую мы прошли. Обложившись справочниками и словарями, я сел за работу.
Окончательный текст рассказа представляю читателю.


Слово об авторе





    Толмосов Вячеслав Иванович





Родился в 1959 году в СССР, в гор. Кировабаде (Гянджа) Азербайджанской ССР. Окончил Кировабадский строительный техникум, юридический факультет и аспирантуру Самарского государственного университета.
 С 1987 по 2004 год проходил службу в органах военной прокуратуры. В 2002 году защитил кандидатскую диссертацию. Будучи военным прокурором Тольяттинского гарнизона, совмещал службу с педагогической и научной деятельностью в Самарской гуманитарной академии. Выйдя в отставку в 2004 году, был выбран деканом юридического факультета академии, заведующим кафедрой уголовного права и процесса, в 2012 г. — проректором по организационной и правовой работе, до расформирования Академии в 2020 году.
 Сфера научных изысканий Толмосова В. И. связана с разработкой актуальных проблем уголовного права и процесса, в частности, реализации института допустимости доказательств в практической деятельности правоохранительных органов и суда.
 Результаты опубликованы в свыше 50 научных работах: статьях, учебниках, монографиях и пособиях, в их числе «Проблемы допустимости доказательств на досудебных стадиях российского уголовного процесса», «Производство в суде с участием присяжных заседателей», «Уголовное право России» (в соавторстве) и др.
 Является членом комиссии по помилованию при Губернаторе Самарской области. Награжден Почетной грамотой Министерства науки и высшего образования РФ (2019 г.), Благодарностью Губернатора Самарской обл. (2020 г.). Ветеран органов военной прокуратуры, ветеран труда РФ. Имеет правительственные и ведомственные награды. Подполковник юстиции запаса, кандидат юридических наук, профессор.


       Большое спасибо за коррекцию текста Евстафьевой Л.А и Толмосовой Г.И