Аккадская формула. Глава 22

Еще пару часов назад трактир «Мадрид» содрогался от восторженных криков, звуков скрипок и бубнов производимых небольшим оркестром венгерских цыган, а также от выстрелов бутылок шампанского. Что и говорить,  студенческая вечеринка удалась на славу, но уже к полуночи как-то растеряла задор и пыл, цыгане вдруг  исчезли непонятно куда, словно растворились, и в общем, веселье довольно скоро пошло к завершению. Кое-кто из гуляк уже лежал под столом, кое-кто, все еще пытался шагать от стола к столу, но получалось это не очень убедительно. Трактирщик – пузатый, не очень высокий человек с добрым круглым лицом, схваченным словно рамкой, густыми седеющими бакенбардами, тихо посмеивался, протирая посуду. Вечер, по его мнению, что и говорить, удался как нельзя лучше. Пива и вина было выпито больше, чем за два последних дня, да и еды было наготовлено и подано тоже в избытке. Такое случается нечасто: всего два раза в год, когда в университете, что находится в квартале от трактира «Мадрид»,  заканчиваются экзамены и начинаются каникулы.

Альфред сидел на лавке и, пощипывая едва пробивающийся юношеский ус, пытался собраться с мыслями.
- Вот ведь, странная штука…- он отчаянно икал, но изо всех сил пытался размышлять, стараясь при этом ни в коем случае не торопиться, - вот еще утром, я знал что такое.. это … как его… хм… Animus … икк… injuriandi [1] .

 А сейчас не знаю… И не знаю даже откуда я это взял? … икк… из «Иллиады» Гомера, что ли?
Рядом рухнул на скамейку Руфус Кевендиш. Он выглядел словно призрак: бледный, серьезный и немногословный. Руфус был отличником по всем предметам, длинный как жердь, с вечно немытыми длинными волосами и неизбывными прыщами на лице. Сейчас на его носу  почему-то не было очков, хотя, он без них не видел даже собственную руку.

- Альфред, дружище, - выдавил он изо всех сил, - а я к тебе… представляешь?
- Да ну… - удивился Альфред, и даже поднял брови - ты ко мне где? – ик…. - Меня же дома нет!

- Я знаю… я был там… но ты здесь, в этом… как его… ну, неважно, в общем.
- Да! Как это верно сказано, дружище Руфус! Все это вообще неважно!
- А я вот хотел тебя … это… на… каникулы приг… приг… при… ласить… Пошли, а?
- Пошли…- согласился Альфред, - а куда?
- Ну как это куда?... – Руфус почему-то развел руками, а затем сложив их на столе, опустил на них голову. – Ко мне… в имение… родительское… ну и мое, наверное, тоже… я еще не знаю!

- Родительское, говоришь? – почему-то насторожился Альфред.
- Да! – твердо заявил Руфус.

- Тогда пошли…- согласился Альфред и попытался встать, - А где оно? Тут недалеко?
- Да… недалеко… два дня пути… или три… я не знаю! Отсюда… от «Мадрида» – заявил Руфус, и уже собирался было заснуть.
- Два дня от Мадрида? Ты что испанец, что ли? – почему-то спросил Альфред, а затем перешел на какой-то оскорбительный тон, и стал трясти указательным пальцем над головой, - Ага! Я всегда подозревал, что ты испанец!
- Я? Испанец? Ты уверен? – вдруг проснулся Руфус.


- Да! – заявил Альфред твердо, - Ты уж мне поверь!
- Ну, хорошо… - согласился Руфус, и снова уронил голову на сложенные на столе руки.

- Ну, так мы идем или нет? – вдруг заорал Альфред.
- Куда это? – снова проснулся Руфус.
- Ну, к тебе… к родителям… в Испанию…
- В Испанию? – встрепенулся Руфус. – Ты испанец, что ли? – спросил он подозрительно.

Альфред махнул рукой, и сначала сел напротив Руфуса, а затем прилег на скамью, исключительно с тем, чтобы сосредоточиться на том, что только что выяснилось. Оказывается Руфус – испанец… кто бы мог подумать?..
                ***

Утром Альфред проснулся первым. Кое-кто все еще похрапывал под столом, кое-кто возлежал на лавках. Руфус – всем известный отличник – спал за столом, положив голову на руки.
- Хозяин… - попытался было позвать трактирщика Альфред, но в результате издал некое сиплое шипение. Хозяин, тем не менее, уже стоял у стойки, и, увидев титанические потуги Альфреда, понимающе кивнул и тотчас подбежал с кружкой капустного рассола.

- Не изволите ли, господин студент? – спросил он ласково.
Альфред отхлебнул из кружки, и вдруг почувствовал какую-то огромную благодарность к этому немолодому доброму самаритянину.
- Благодарю вас, господин трактирщик! Вы меня просто спасли! – просипел он довольно искренне.

- Кушать, вы, вероятно, пока не желаете, но, может быть кофе? – снова ласково спросил трактирщик.
- Да, спасибо вам… - ответил Альфред и трактирщик, оставив кружку с рассолом, удалился.

Альфред пихнул Руфуса локтем. Тот замычал, но не проснулся.
- Эй, чернильница! Просыпайся! – Альфред пихнул его снова.
Руфус приоткрыл один глаз:
- Где я?
- На вот, рассольчику хлебни, должно помочь! – сказал Альфред, придвигая кружку.
- Расс… чего? – переспросил он. И снова поинтересовался: - Я что, уже в аду?
- Почему в аду? – удивился Альфред.
- Ну, а где же еще может быть так плохо? – резонно поинтересовался Руфус.
- Кофе будешь? – снова спросил Альфред, не ответив на терзающий Руфуса вопрос, о его местонахождении.

- Кофе? – непонимающе переспросил Руфус, -  Какой еще?
- Ну, уж какой есть, я бы на твоем месте не привередничал.
- Ладно… А, это ты, Альфред… Как славно… А я тебя вчера искал весь вечер…
- Да ну! С чего бы это? – удивился Альфред.
Трактирщик принес два кофе и тотчас удалился.
- Поехали со мной на каникулы, а? Я родителям писал о тебе, они хотели бы познакомиться…

- Вот еще! А что я своим скажу? – спросил Альфред.- Рождество на носу!
- Да ничего, напиши им, скажи, что задержишься немного…
- Надо подумать… - сказал Альфред, не понимая, на кой черт ему ехать к Руфусу, который, в общем-то, и близким другом ему не был. Ехать бог весть куда, бог весть зачем, знакомиться непонятно зачем с его родителями…

- Думай. Но выезжаем сегодня после обеда, - Руфус схватил голову руками, - Ой как болит-то… - сообщил он.
- Рассолу еще выпей, - посоветовал Альфред.
Руфус кивнул и отпил из кружки.
- Так поедешь? – спросил он с какой-то странной надеждой в голосе.
- Ладно, так и быть! – почему-то согласился Альфред, - но только дня на два, не больше, идет?

- Хорошо, как скажешь, - кивнул Руфус и снова хлебнул рассолу. – Я зайду за тобой где-нибудь в час дня, так что уж ты будь готов, ладно?
- Конечно, - ответил Альфред, сам не понимая, зачем это он согласился на эту авантюру. Он одним глотком допил кофе, не без труда встал и, оставив на столе несколько монет, пошатываясь, направился к выходу.
- Так я зайду за тобой в час пополудни! – попытался крикнуть в след Руфус.
Альфред, не оборачиваясь, лишь поднял руку в знак согласия.
На улице выпал первый снег, который понемногу таял, превращаясь в сероватую ваксу. Улицы вмиг стали промозглыми и какими-то сонными, а экипажи с покидающими город студентами стали навевать странную  непонятную тоску. И захотелось тоже уехать как можно скорее, хоть куда, хоть бы и к Руфусу в его имение…
                ***

Несмотря на тайные надежды Альфреда, Руфус ничего не забыл, и явился вовремя, ровно в час. Альфред обреченно взял со стула свой чемодан, и они спустились вниз, где у крыльца поджидал извозчик.

- Этот довезет нас до первой почтовой станции, это в десяти лье отсюда, там мы пересядем на другой попутный экипаж, и к вечеру будем в гостинице «Троя», - тараторил Руфус. – А затем утром нас уже будет ждать отцовский экипаж, и я думаю, что завтра к вечеру мы доберемся.

Все, в общем, так и случилось, как предсказывал Руфус. Никаких особенных впечатлений дорога не оставила, не говоря уже о приключениях, которыми впоследствии можно было бы поражать девушек. «Троя» оказалась мерзким местом, полным клопов и тараканов, а о еде уж, и говорить не приходится. Даже холодная телятина оказалась на редкость не съедобной, а пиво и вовсе, похоже, прокисло еще в прошлом месяце. Родительский экипаж, впрочем, оказался отменным: четверка отличных рысаков, уютная карета на очень мягком ходу, словом, эта часть пути была куда менее изнурительной. За окном все также проплывали унылые пейзажи: леса и поля, покрытые тающим снегом, стаи ворон, то там, то тут пересекающие небо, крестьяне с возами, нагруженными всякой всячиной, да, в общем-то, это и все, более смотреть было не на что. От скуки Руфус все пытался завести беседу, но она никак не клеилась, хоть Альфред со своей стороны и пытался ее поддерживать изо всех сил.

- А знаешь, Альфред, - вдруг сказал Руфус, - у нас в городе есть клуб, под названием «Книжный червь»!

- Вот как? – уже без особого интереса переспросил Альфред, - И что это за клуб?
- Ну, как тебе сказать… Это что-то вроде клуба любителей чтения, букинистов, любителей редких книг… Я к слову, уже два года, как являюсь его членом! – не без гордости заявил Руфус.

- Вот как? – снова спросил Альфред вяло.
- И я хочу тебя пригласить туда, когда мы приедем. Уверен, тебе понравится!
- Но я ведь не член этого клуба! – ответил Альфред с надеждой как-то отвертеться от предложенного визита. Клубных посиделок он не любил, да и заядлым библиофилом не был.

- Это неважно! – с задором ответил Руфус, - если ты приходишь с постоянным членом клуба, то это позволяется.
- Ну что ж… - ответил Альфред, - наверное, там будет весело.
- Не то, чтобы весело… - ответил Руфус, - но ты ведь любишь книги, я знаю…
- Да, конечно люблю, - ответил Альфред, улыбнувшись, - я с удовольствием.
- Ну, вот и отлично, - обрадовался Руфус, - а то ведь у нас в городке развлечений немного.

- Это ничего, - заверил его Альфред, - мне ничего особенного и не нужно, да я и ненадолго ведь.
- Знаешь, через три недели ведь Рождество, а в это время чаще всего обсуждаются книги, связанные с магией, алхимией и тому подобным. В прошлом году, например, один из наших членов, господин Тайфер, показывал нам подлинный греческий магический папирус, который он приобрел на аукционе в Цюрихе.
 
- Не тот ли, где описана так называемая "Литургия Митры"?- спросил Альфред.
- О, да ты и впрямь знаток! Да, именно этот! – оживился Руфус.
- Хм… так у вас, в самом деле, собираются знающие люди. Я с удовольствием познакомлюсь ними! – сказал Альфред искренне. – А я, честно говоря, думал, что все это выдумки… греки, папирус… Митра… Ты сам видел его? В смысле папирус.
- Да, конечно, - кивнул Руфус, и даже пытался читать, но это непросто. Манера письма там какя-то замысловатая…

- Ну, это понятно… Все-таки, он вроде бы был написан за двести лет до Рождества Христова…
- Верно… - сказал Руфус, - А еще, я слышал краем уха, на днях в клуб должен приехать какой-то крупный ученый не то египтолог, не то археолог, не знаю точно. Говорят, он прибудет, с какой-то интересной лекцией.
- Верно говоришь? – Альфред немного оживился, - Это может быть действительно любопытно. Буду рад послушать.

Они еще поболтали, потом Альфред достал книгу и попытался читать, но все без успеха. Спустя еще какое-то время, Руфус достал дорожные шахматы и предложил сыграть партию, но Альфред шахматы не любил и предложил шашки. К шашкам же Руфус относился не серьезно, и далее они уже просто обсуждали пройденные в последнем семестре предметы, преподавателей и забавные истории, которые иногда приключались на лекциях или семинарах.

К ночи карета подкатила к старинному дому  Кевендишей. Молодые люди вошли в прихожую, где отдали пальто и шляпы прислуге, и затем ступили в гостиную. Руфус представил Альфреда отцу, а после и матери.

В дороге приятели почти ничего не ели, за исключением пары сандвичей с ветчиной, наскоро приготовленных хозяйкой маленького трактира, пока извозчик поил лошадей.
В этой связи поданный ужин показался Альфреду просто волшебным, да, впрочем, он и был великолепен, без всяких там «но»: жареные фазаны, оленина с брусничным соусом, удивительное тридцатилетнее вино, поданное по случаю приезда дорогого гостя. В какой-то момент, Альфред даже почувствовал себя немного неловко, поскольку хозяева придавали его визиту куда больше значимости, чем он сам. Видимо, у Руфуса с детства не было друзей, и родители были рады, что он, наконец-то сможет с кем-то общаться.

После десерта и бренди, Руфус вдруг заявил, что они собираются в клуб. Графиня Кевендиш тотчас запротестовала, мол, не успел вернуться, как тут же и убегаешь, да еще и гостя заставляешь идти в это скучное место, на ночь глядя! Граф посмеивался в своем кресле, он, видимо, решил, что «клуб» - это отговорка для матери, а на самом деле они собираются в какое-то злачное местечко. Но, вырваться все-таки удалось, дав слово графине, что вернутся они от силы часа через два, а может быть и раньше.

- Ты извини, мать всегда почему-то против моих походов в клуб! – стал оправдываться Руфус.
- Да, пустяки!- заверил его Альфред, - Моя мать такая же. Все думает, что я младенец, которого нужно тискать с утра до ночи!
- Да уж… - обреченно отозвался Руфус.

Клуб оказался совсем недалеко, всего в паре кварталов. Это был изящный двухэтажный особняк в стиле барокко. Был он немного вычурный, но все же и красивый: голубые и белые тона, колонны и балюстрады, высокие стрельчатые окна, все это было хоть и приятно глазу, но, тем не менее, была в этом, как подумал Альфред, и некоторая чрезмерность. Они поднялись по мраморной лестнице, к двери, втиснутой, между двух колонн. Руфус постучал. На пороге появился швейцар и вопросительно посмотрел на Альфреда.

- Это мой друг, он со мной, - веско заявил Руфус.
Швейцар кивнул и отступил в сторону. Затем он принял у вошедших пальто и шляпы и затем предложил пройти в зал. Там уже находилось человек десять-двенадцать, и Руфус обошел по очереди всех, представляя Альфреда. Присутствующие любезно раскланивались, улыбались и тотчас возвращались к своим прерванным разговорам. Один из тех, кому был представлен Альфред, поинтересовался:
- А вы знаете, господа,  какая сегодня будет тема заседания?
Альфред и Руфус лишь пожали плечами.

- Мы только пару часов назад приехали, - ответил Руфус.
- В таком случае, вам очень повезло! У нас в клубе проездом в Берлин сам Ка;рстен Ни;бур! Представляете?
- Вот как? – изумился Альфред, - Сам доктор Нибур, который выдвинул гипотезу о существовании Аккадского царства, и даже предложил способ расшифровки нескольких аккадских таблиц?

- Именно! – обрадовался такой осведомленности собеседник, - Именно! Он будет рассказывать о своей последней работе с аккадскими текстами. Собственно, именно с этим докладом он и едет в Берлин! Вот ведь удача, верно?
- Да, уж…- согласился Альфред, - Повезло, так повезло! Я прежде и мечтать не смел о том, чтобы познакомиться с таким человеком!

Руфус восхищенно посмотрел на друга.
- А когда состоится доклад? – спросил Альфред.
- Да вот… - собеседник достал часы, - через полчаса, но, возможно доктор Нибур немного опоздает, так что, думаю, минут через сорок.
- Благодарю вас! – Альфред поклонился, и они с Руфусом отошли в сторону.
- Ты, правда, знаешь, кто это такой? – удивился Руфус.

- Да… читал как-то его статью, а затем и книгу о шумерской цивилизации. Мне очень понравилось, если честно. Увлекательно, даже очень. Он здорово пишет о своих экспедициях в Месопотамию.

- Вот как? А я вот и не слышал об этом ничего, - смутился Руфус.
- Ну, так… зато ты все остальное знаешь на отлично, а я вот – далеко не все, - улыбнулся Альфред.
- Да-да, - кивнул Руфус и тоже улыбнулся.- Скажи, а Шумер и Аккад, это что одно и то же?

- Территориально – да, почти. Но Аккад, по мнению доктора  Нибура появился примерно на тысячу лет позже, то есть около четырех тысяч лет назад.
- Вот это да!- воскликнул Руфус, - так… давно?
- Ну, первые следы шумерской цивилизации, полагают, имеют возраст семь-восемь тысяч лет.

- Вот как? А почему ты говоришь «выдвинул гипотезу»? Что не все согласны, что это самое Аккадское царство существовало?

- Не все, конечно. Ученые вообще страшно консервативны. Дело в том, что Аккад не упоминается ни в одном античном источнике. Единственное упоминание о нем есть в Библии, но тоже не очень понятно, что это: город или государство?

- А следы какие-нибудь есть? – Руфуса тема явно заинтересовала.
- Следы-то есть, но в этом как раз все и дело. Нужно доказать, что они именно аккадские, а не более ранние – шумерские или более поздние, скажем, халдейские.
- А ты сам, что думаешь об этом? – спросил Руфус.

- Я? Ничего. Я слишком мало знаю, чтобы иметь мнение на это счет. Вот, быть может, сегодня и услышим что-то новое. Спасибо тебе, что ты меня сюда привел! – Альфред слегка сжал плечо Руфуса.

- Вот видишь! Я же говорил, что ты не пожалеешь! – засиял Руфус.
Как ни странно, доктор Нибур явился без опозданий. Он был довольно высок, худощав, и в его походке чувствовалась сила и гибкость леопарда.
- Ну что же господа, быть может, приступим? – спросил ученый неожиданно сильным голосом.

Все расселись, и доктор Нибур стал рассказывать о своих экспедициях, об этнографических и археологических находках. Затем он пустил по залу глиняную табличку с клинописным текстом, которую он нашел в своей последней экспедиции на месте, где, по мнению доктора должен был находиться древний город Ниневия.
- Эта табличка, - рассказывал доктор, - как раз и навела меня на мысль о способах дешифровки аккадских текстов. И я, используя этот подход, перевел несколько десятков найденных мной подобных табличек. Видимо, в этом месте когда-то находилась библиотека или же храм, поскольку практически все тексты, как выяснилось, касались аккадской магии и астрологии.

- Я, например, понял, - продолжал ученый, что в Аккаде была очень развита демонология. Представление же об ангелах и прочих небесных существах, которое существовало в Аккаде, и вовсе плавно перешло в нашу культуру и мировоззрение, очевидно, через иудаизм, а затем и христианство, то есть, оно вполне для нас современно. Вот, например, как звучит аккадская формула, позволяющая изгонять зловредных духов – доктор откашлялся и затем, почти запел каким-то густым басом:
- Атаба варага хизба! Авара ватаба кахида![2] - Доктор откашлялся и продолжил, - Насколько я понял из текстов, это очень мощное и строго секретное заклинание, поскольку оно было способно не только изгонять духов из тела человека, но те, прежде, чем уйти в преисподнюю, откуда были изъяты, возвращались и убивали мага, который их наслал.

Альфред слушал с огромным интересом и даже пытался что-то записывать на манжете. Примерно через час доктор поблагодарил всех за внимание и попросил разрешения откланяться, поскольку завтра он очень рано поутру должен продолжить свой путь в Берлин на заседание Академии.
Все тотчас захлопали и доктор даже несколько раз благодарно поклонился. А затем все как-то быстро разошлись по домам. На удивление, никто не остался обсудить доклад доктора или поделиться впечатлениями.
Альфред шел молча, он был потрясен не только докладом, но и самой личностью удивительного ученого и отважного путешественника. Они перебрасывались с Руфусом малозначащими замечаниями, и вскоре пришли обратно к дому Кевендишей.
                ***

Через два дня, Альфред, как и было договорено, убыл в свое родовое поместье, что находилось в трех днях пути от города, где жил Руфус.
Спустя месяц, по приезде обратно в университет, Альфред узнал печальную новость, что Руфус, неожиданно скончался спустя пару недель после отъезда Альфреда, от воспаления легких.

[1] Animus injuriandi (лат.) – юридический термин – «преступный умысел»
[2] Вполне вероятно, что формула здесь воспроизведена не  полностью верно