Сон с эффектом сепии

  Мне очень нужно было попасть на приём к этому человеку. Когда-то в юности я была в него влюблена и во сне, похоже, вновь вернулась в свои двадцать лет. В коридоре института я долго сидела на банкетке, но люди всё шли и шли в кабинет, словно паломники какие-то. Я встала и решительно открыла дверь. Заглянув, увидела, что на приёме три человека, они негромко переговаривались, но голоса своего возлюбленного я не слышала.
 
   Всё тонуло в коричневато-бежевом тумане. Стены, мебель, одежда людей тоже были коричневато-бежевыми, как на старинных фотографиях с эффектом сепии*. Выйдя из кабинета, я вновь уселась на банкетку и обратила внимание, что и коридор института был в тех же тонах.

   Наконец, подошла моя очередь. Растеряв былую решимость, я несмело вошла в кабинет. Человек, который был кумиром моей юности, жестом указал мне на стул. Он был в коричневом костюме и бежевой рубашке с распахнутым воротом. Глаза его, в жизни голубые, сейчас напоминали прозрачные коричневатые топазы. На его лице застыло выжидательное выражение, мол, чего ты хочешь, девочка? И я ринулась с вышки:

- Пару лет назад в аудиторию вошёл человек с усталыми голубыми глазами и серебряными волосами. Он врач, но читает нам стихи, рассказывает об архитектуре, свободно цитирует классиков, обладает исключительным чувством юмора и удивительной харизмой. И что мне остаётся? Остаётся любить этого преподавателя следующие пятьдесят лет!

  Лицо моего визави расцвело улыбкой. Не говоря ни слова, он встал из-за стола, подал мне руку и как бы в ритме медленного вальса подвёл меня к окну. Он крепко прижал меня к себе, и наши щёки соприкоснулись. Время застыло... Не было ни слов, ни поцелуев, лишь это тёплое прикосновение. Я была счастлива!

   Когда мы синхронно посмотрели из окна вниз, мой возлюбленный помахал кому-то рукой. Знакомый, наверное. С третьего этажа я увидела широкую панораму реки, порт, корабли. В Даугавпилсе?! Река там действительно есть, но порт? И всё же удивляться не следовало, я ведь во сне.

   Стоял в порту и настоящий фрегат, а его паруса были всё в том же оттенке сепии, причём, коричневые в шахматном порядке чередовались с бежевыми, и это было очень эффектно. Мы с другом любовались парусником, и вдруг будто чья-то гигантская рука некрасиво смяла мачты и паруса, а потом довершила начатое, утопив корабль. Я испуганно закричала, отпрянула от возлюбленного, стала взволнованно кружить по кабинету. Он молчал... Потом улыбнулся, жестом подозвал меня к себе и постучал ладонью по своему плечу. Я снова положила руку на его плечо, и мы вновь крепко обнялись, наши щёки соприкоснулись.

Проснувшись, я улыбалась, хотя сразу поняла, что кумира моей молодости не стало. Его душа прилетала попрощаться! Не сказав мне во сне ни слова, человек дал понять, что все эти годы помнил меня, ценил моё чувство к нему и, наверное, по-своему любил. Ведь нельзя не полюбить того, кто очень любит тебя. А я очень его любила. Это чувство не исчезает с утратой реального человека. Оно неподвластно ни времени, ни пространству, ни смерти!


*Сепия - специальный способ тонирования чёрно-белых снимков в коричневые тона, который изначально применялся для защиты изображения от выцветания, а сейчас используется для создания эффекта старины.