Запретная любовь

Из серии очерков и рассказов
камчатского следователя

ЗАПРЕТНАЯ ЛЮБОВЬ
(рассказ)
               

ГЛАВА 1

Красавица Камчатка, так долго ожидавшая солнца и тепла, в этот год получила, как будто бы, все сполна. От этого ее наряды, скрытые из-за частой непогоды, предстали в новом качестве, и многие жители как бы вновь открыли для себя ту, которую наши доблестные предки назвали таким звучным и туманным именем.

А посмотреть было на что: игривые алмазные отблески света в сочетании с бархатно-зеленым сарафаном и голубыми кружевами камчатских заливов и озер создали тот неповторимый облик дальневосточной красавицы, которым будет всегда гордиться земля российская.

В отличие от героев нашумевшей и доброй новогодней киноленты, этот «мальчишник» проходил не в бане, а среди буйно цветущей зелени, у одной из быстрых серебристых речек, расположенной в известной камчатцам загородной зоне отдыха Паратунка.

Собрались не по пустяку, а по событию серьезному: отметить десятилетний юбилей окончания заочного юридического института.

Разных по возрасту, интересам, служебной карьере мужчин объединяло сейчас несколько обстоятельств: вспомнить с друзьями старое, поделиться своим жизненным опытом, просто пошутить друг над другом и отвести, как говорят, душу.

До ухи под хрустящие огурчики с румяными помидорчиками и остуженную хрустальную водочку у бывших студентов-заочников, а ныне у представителей различных силовых, судебных, защитных и других ведомств разговор завязался обстоятельный, прерываемый смехом в тех местах рассказчиков, где речь шла о сдаче зачетов и экзаменов.

Для всех студентов это труднорешаемая задача. Но для рабочего люда, который после работы самостоятельно «грызет» объемные учебники по юриспруденции, - задача сложная вдвойне.

 Поэтому байки, реальные и немного выдуманные, о себе, преподавателях рассказывал каждый, находящийся в этой теплой компании.

Вперемешку с этим несколько человек резались в «простого дурака»; были и наблюдатели, но последних, судя по их выражению, это нисколько не расстраивало.

Игра заканчивалась явно неудачно для молодого мужчины на вид лет тридцати. Проигрывать он не хотел, но его сопротивление носило уже чисто формальный характер. Поражение было налицо.

И это не преминул сказать его противник: «Сашок! Твоя карта бита! Придется тебе сдавать!»

И в подтверждение своих слов бросил козырную даму, вес которой был гораздо выше той карты, что оставалась на руках у проигравшего. Сашка невесело вздохнул: «Да, мне не повезло. Но это лучше, чем не везет в жизни! Когда твоя карта получается битой - вот это уже плохо!»
 
Ответом заинтересовались, так как таких слов он не должен был бы произносить.

Друзья знали, что их друг непродолжительное время был женат на одной взбалмошной девчонке. Затем они разошлись, так и не создав настоящей семьи, не обременив себя взаимными обязанностями и детьми. Но с того времени сколько воды утекло!

Работая следователем в одном из отделов милиции в областном центре, Сашка Марков отдавался службе весь без остатка, за что у начальства считался на хорошем счету, а на период отпуска семейных командиров не раз исполнял обязанности руководителя следственного подразделения.

Общие удивление и тревогу словами выразил Юрка Темкин - в народе авторитетнейший адвокат. Именно тот, кто оставил его в «дураках»:

- Да что случилось? Если хочешь - расскажи! Помощь будет нужна - окажем! Нет желания - давай эту тему просто закроем!

- Спасибо, ребята, за поддержку! Из этой истории выкручиваться мне одному. Да и она, можно сказать, уже завершена. Правда, не совсем так, как во многих любовных романах. Наоборот...

ГЛАВА 2

Он достал сигарету, прикурил, выдохнул:

- Началось все у нас с Анжеликой, не поверите, с обычного осмотра места происшествия. Это примерно около трех месяцев назад.

Тот день я запомнил хорошо, так как он выдался нервозным: не успевали разобраться с одним преступлением, как получали следующий вызов, и мчались на новое происшествие.

До того как выехать на квартирную кражу, что на Северо-Востоке, следственно-оперативная группа находилась на территории старого рынка, где документировала рядовой грабеж.

Обстоятельства простые. На виду у всех взрослый парень стащил с прилавка ботинки. Задержали его сами же продавцы, для профилактики поддав  тумаков. Сначала прибыли пэпээсники (патрульно-постовая служба - примечание автора), а потом уже и мы.

По вспухшему лицу задержанного было видно, что он пережил несколько неприятных минут, общаясь со стоявшими рядом мужчинами  и женщинами.

В шуме и гаме быстро сделал осмотр, допросил кого следует тут же, за прилавком и в салоне УАЗика, изъял вещдок (вещественное доказательство - примечание автора). Хотели с грабителем уже двигать на базу, как снова застонала рация:

- Двести первый, двести первый - Чехову!»

- На связи двести первый!

- Скажи, чтобы группа закруглялась. Позвонили с Виталия Кручины, пять. Заявляют кражу. Дверь взломана. Подняли участкового. Он должен быть уже там. Везем кинолога. Передай, чтобы не задерживали с информацией по этой краже. Как меня понял?

- Чехов! Все понятно! Вы что, вызова «маринуете», что ли? У меня уже бензин на пределе!

- Если кончится - ходить будете пешком! Давайте поторапливайтесь!

После такого милого разговора водителя с дежурным, подминая колесами автомашины таявший снег, мы погнали уже по названному адресу.

Напротив требуемого подъезда дома-новостройки стоял ухоженный темно-синий джип. Встали рядом с ним.

На третьем этаже сразу увидели работу взломщиков: изуродованные дверной проем и замки, пол покрыт крупной и мелкой щепой.

Квартира встретила нас дорогим, со вкусом подобранным интерьером, в которой находилась особа лет двадцати пяти.

Стройная фигурка в розовом деловом костюмчике, длинные волосы, открытый, чуть ироничный взгляд прекрасных темных глаз говорили о том, что милая дама знает себе цену в этом капитализированном обществе и занимает (или она, или ее спутник) определенное положение в богемном кругу камчатских финансовых воротил.

Сейчас она была расстроена, и это явно просматривалось по ее лицу, дрожащим пальцам, которые она переплетала в нервном возбуждении.
 
- Не знаю даже, с чего и начать. Для меня это все так неожиданно. Живу здесь с мужем. Он сейчас подъедет. У него свое бизнес. Сегодня примерно до трех часов дня меня в квартире не было. Делала покупки, посетила салон красоты, что около ДК Рыбаков. Когда приехала - там, внизу, стоит мой автомобиль - увидела вот такое безобразие!
 
Последнее, сказанное молодой хозяйкой слово как нельзя кстати подходило к той обстановке, что царила вокруг: выдвинутые ящики шкафов, разбросанные на полу вещи, документы и другое имущество.

Предварительно выяснив, что похищено - а это часть бытовой и видеотехники, деньги около двадцати пяти тысяч долларов и восемь с половиной тысяч «деревянных» (рубль - примечание автора), специалисты приступили к работе.

Кинолог со своим лающим воспитанником пытался восстановить путь преступников, эксперт фотографировал и изводил порошок, чтобы найти отпечатки пальцев, сыщик и участковый инспектор милиции начали обход жильцов.

Мне, как следователю, досталась другая миссия: с соседями Анжелики, так звали потерпевшую, произвести осмотр помещений, более подробно выяснить все обстоятельства их житья-бытья с мужем, попытаться на месте определить круг версий, которые необходимо проверить в первую очередь.

Началась работа, смысл которой укладывается в одно предложение: «раскрытие преступления по горячим следам» (раскрыть преступление в течение 3-х суток - примечание автора).

Александр немного помолчал, отпивая из кружки душистый индийский чай. Продолжил:

- После составления протокола осмотра места происшествия понятые ушли, и я занялся Анжеликой.

Мы присели на мягкий темно-коричневый диван. Грамотно построенная беседа с потерпевшим, очевидцами очень много дает для понимания преступления, позволяет проникнуть в замысел правонарушителей, установить их численность, возраст, какие-то особые приметы, наклонности, построить схему совершения преступного посягательства.

Поэтому, сами понимаете, с Анжеликой пришлось  изрядно повозиться.

По крайней мере, анализируя обстановку в квартире и рассуждения хозяйки, я все больше приходил к мысли, что бесспорно кража налицо, и совершили ее знакомые по бизнесу мужа или по их наводке.

Хотя так обычно выворачивают все наизнанку «малолетки» (несовершеннолетние - примечание автора), чтобы покуражиться в чужой квартире, но кражу, безусловно, совершили не они. Взрослый народ.

За несколько дней до кражи муж Анжелики, Андрей Ковалев, снял со счета в коммерческом банке крупную сумму, в основном в иностранной валюте.

Намечалась его поездка в США за очередным товаром. Умысел был направлен на завладение именно деньгами, а прихваченная с собой аппаратура - только ширма, чтобы увести расследование на раскрутку совершенно другой версии: мол, преступление совершено посторонними, никакого отношения к бизнесу Ковалева не имеющими.

Рассказала мне Анжелика и про довольно сложные отношения мужа со своими компаньонами. А обнаруженная позже незначительная деталь - пропажа ряда договоров, счетов - еще более укрепила в правильности выбранной мною позиции.

Поэтому, посоветовавшись с Валеркой, оперуполномоченным уголовного розыска, поручил вызвать сотрудника из городского отдела по борьбе с экономическими преступлениями. Пусть поглубже проработает финансовые взаимоотношения Ковалевых с другими лицами.

Все то время, что я находился рядом с расстроенной собеседницей, меня не покидало возникшее приятное ощущение: почему-то хотелось как можно дольше быть рядом с этой молодой женщиной.

Пытался гнать от себя это наваждение, но оно не проходило, а, наоборот, усиливалось.

Я думал, что это просто сиюминутное влечение. Но чем дольше я находился в плену ее умных и красивых глаз, смотрел на классически сложенные бровки и ухоженный приоткрытый ротик, тем полнее ощущал в себе те чувства, которые занимают настоящих мужчин при виде того совершенства и чуда, что было создано Богом из ребра Адама.

Мне показалось, что и она как-то более заинтересованная, что ли, стала прислушиваться к тому, что я говорю, и даже изредка, несмотря на случившуюся беду, делала попытки, в ответ на мои расспросы и рассуждения, слегка улыбнуться.

- Ну вот. Это называется приплыли. - Подал голос Володька Кошелев, юрисконсульт какой-то фирмы. Добрейшей души человек, но мало интересующийся чужими проблемами. Но это шло у него больше всего из-за развитого или привитого понятия: чужая жизнь - потемки, и «зажигать свечки» можно только при желании на это другой стороны.

- А где же твоя Татьяна, милая Татьяна? Она, насколько мне известно, тоже создана из того же ребра?

- Да погоди ты! Ты что не знал, что они же разошлись? Все в жизни бывает! - помог Александру Темкин. - Сашка, брат! Давай, говори. Слушаем.
 
- В те сутки преступление мы не раскрыли. Но первоначальный «след» был взят правильно. Это и подтвердилось в дальнейшем.

Так получилось, что уголовное дело пришлось взять к своему производству.

Приходилось расследовать не только преступления, по которым уже были обвиняемые, или, как мы их называем, «дела с лицами», но и часть «глухарей», то есть нераскрытых преступлений, в том числе и данную квартирную кражу.

Все постарались добросовестно, особенно ребята из уголовного розыска. К концу второй недели появились и подозреваемые.

Но сам процесс доказывания шел непросто, и поэтому расследование растянулось на месяца три. В этот период были допрошены разные лица, произведены обыски.

Несколько раз встречался с мужем Анжелики. Разговор был сугубо деловой. Честно скажу - он мне сначала понравился. Энергичный и решительный парень. На таких держится сейчас малый и средний бизнес. И чувствовалось, что умеет за себя и постоять.

При таких обстоятельствах мне не надо было проявлять внимания к его супруге больше, чем это установлено уголовно-процессуальным кодексом.

Но сердцу не прикажешь. Несколько встреч в служебном кабинете, куда я ее вызывал для уточнения показаний, опознания имущества, закончились тем, что Анжелика сначала слабо, затем как-то сразу пошла мне навстречу.

Мы много с ней говорили. Встречи наши перешли в другие места. Тогда-то я понял, что имея в жизни практически все, особенно в материальном плане, также надежную защиту мужа, она все равно не чувствовала себя с ним свободной и до конца счастливой.

Возможно, отчасти было оттого, что Андрей за постоянными делами огрубел, сделался более практичным, жестким.

А Анжелика все больше становилась как бы бесплатным приложением, чтобы создать супругу хороший имидж на различных тусовках.

Та теплота, что была, видимо, в первые годы их замужества, куда-то ушла. Оставаться на такой роли она не хотела. Мучилась этим.

Хотя, возможно, друзья, я тут что-то больше придумал, что именно этими причинами она руководствовалась.

Как бы там ни было, но запретной любви замужней женщины пришлось вкусить и мне. Я не Дон-Жуан или Казанова, поэтому своих чувств не стыдился.

Но при таких обстоятельствах и в целях объективности расследования кражи я должен был написать рапорт руководителю следственного подразделения о передаче уголовного дела другому следователю.

Однако в создавшейся ситуации я оказался слишком слаб для принятия такого решения. Умом понимал, что я не прав, нарушаю процессуальные, этические нормы, но сердце и душа отказывались это сделать.

И тут была довольно веская причина с моей стороны.

Свое отсутствие дома в определенные часы Анжелика всегда обосновывала необходимостью дополнительных допросов, о чем свидетельствовали повестки, выписанные мною.

Передав материалы расследования другому сотруднику, я не мог бы уже заранее прогнозировать наш и встречи.

Настал день, когда, кроме взаимных ласк и легких поцелуев, Анжелика стала моей. Вы понимаете, о чем я говорю, друзья. К этому решению мы пришли оба. Не скоропалительно, а после непростого периода взаимного узнавания друг друга.

ГЛАВА 3

... Что-то резко и сильно зашипело. Александр Марков прервал свой рассказ. В походном ведерке, подвешенным над небольшим, но озорным костром, пузырилась и выплескивалась на горящие угольки так ожидаемая всеми ушица!

Первым оказался у цели Андрей Яковенко, работник какого-то отдела областной администрации, взявший сегодня на себя обязанности повара.

Он приподнял перекладину, освободил дымящееся ведерко, повел носом: «Успел! Чувствую по запаху, хлопцы, рыбка на вкус будет просто отменной. Небольшой перерыв. Пока я тут все не подготовлю. А ты, Сашок, извини. У тебя дело серьезное. Но, сам понимаешь, и это дело тоже ответственное. Одним словом, перекур».

Это решение под возгласы присутствующих было поддержано.

Большинство встали, продолжили разговор отдельными группками. Кто-то пошел к речке, кто-то оказывал помощь Яковенко.

ГЛАВА 4

Воспоминания глубоко взволновали Александра Маркина. Ему нужно было побыть одному.

Он отошел ближе к лесу, собирая сухостой. Выпитое спиртное на него не действовало. Если и кружилась голова, то не от этого. А от  мысли о той любви, которую он испил, но испил не до конца с первоклассной женщиной, которая встретилась на его жизненном пути.

Он подумал: «На чем же остановился? Ах да! Дальше пошли непредвиденные, а может быть, и предвиденные обстоятельства».

А до этого были внезапная, как искра, любовь ждущих тел и та ночь, когда Анжелика стала по-настоящему принадлежать не только своему мужу, но и ему.

Наверное, все-таки, больше ему. Но об этом он не расскажет. Это его. Глубоко личное.

Его можно лишить чего угодно: звания, должности, выгнать за пределы этого края, России. Но не лишить того, что теплится в  душе - чувство принадлежности к тем, кто испытал высокую поэзию внеземной любви.

На лесной поляне он неожиданно услышал шум мягкого вечернего прибоя. «Откуда он взялся? О, как много с этим у него связано...»

Анжелика в тот вечер, который он запомнит на всю жизнь, была безумно красива. Подрисованные глазки, ждущие ласки и неги ротик.

Несмотря на то, что белый вязаный свитер на хрупкой фигурке был несколько просторным, это не мешало обозначиться бугоркам обворожительной груди.

Обтягивающие джинсы подчеркивали, что женщина с такими, как у нее, ножками может смело пойти на подиум или участвовать в конкурсе красоты -  и только за эту часть прекрасного тела жюри выставит самые высокие оценки.

Она была впервые с ним не в дневное время. Это грозило ей определенными разборками и последствиями.

Но, наверное, его любимая просто не обращала на это внимания. Или не хотела обращать. Или ей уже было решительно все равно. Самое главное - сейчас он с ней, который, действительно, ее полюбил, любит и готов идти за ней, если надо, в огонь и в воду.

... Посидев в баре, выпив легкий алкогольный коктейль и послушав хиты «Dont speak» и «Youill see», на его автомашине «Тойота-Виста» (свой джип Анжелика оставила около его дома) они поехали сопку Петровскую (сопка в г.Петропавловске-Камчатском высотой 248 м, где есть смотровая площадка, откуда открываются красивые виды на Авачинскую бухту, морской порт, Култучное озеро и соседние сопки - примечание автора).

Теплый ветерок помогал им ощущать радость жизни, которую оба испытывали. Они потеряли счет поцелуям, которыми награждали друг друга в полумраке салона.

На верху сопки уже кто-то был, так как около находящегося там небольшого бара стояло несколько иномарок, слышались возбужденные, но не агрессивные голоса парней и молодых девчонок.

Обняв Анжелику, в легких опустившихся сумерках Саша смотрел на залитый светом город, мерцающую гладь Авачинс кой бухты, звезды.

 Казалось, что все то, что они видели сейчас, помогало им ощутить друг друга в этом бескрайнем земном и бесконечном небесном мире.

Он нежно захватил сочные персики ее губ - она не противилась, наоборот, губы источали жар и живительную влагу. Он долго не мог оторваться от них.

Потом Анжелика игриво отстранилась, отвернулась. Тихо засмеялась. Его попытки добраться до соблазнительных грудей не увенчались успехом. Она деликатно, но настойчиво отстраняла его руку.

Наконец, заметила: «Сашенька! Пока не надо. Хотя, знаешь, я не против. Но если все это ты повторишь в другом месте».

В таких вопросах он всегда был понятливый. Заставлять даму делать то, что ей пока не нравится, - это было не в его правилах. Обняв ее, прошептал: «Анжелка! Ты не представляешь, как я счастлив, что нашел тебя. Я хочу сказать, пусть это будет банально, но может по-другому и не скажешь: я люблю тебя. Чтобы ты знала. И знала определенно. Такими словами я никогда не разбрасывался. Один раз я их говорил женщине, с которой развелся. Второй - тебе».

- Я это знаю. По твоим глазам. По твоим страстным губам. И ты мне стал небезразличен. Я знаю, понимаю, что поступаю плохо. Видимо, я плохая жена. Раз вот так, при живом муже, встречаюсь с тобой. Но отчет себе я отдаю. И не хочу тебя терять.

- Милая! Давай махнем на Озерновскую косу. Там такой обалденный прибой!.

Несмотря на позднее время, городской пляж, что в центре Петропавловска (жители г.Петропавловск-Камчатский называют просто «Петропавловск» или «Питер» - примечание автора), отдыхал. Его оккупировали разного вида авто.

В двух местах организованным порядком стояли столики, за которыми сидела разношерстная публика. Оттуда потягивало дымком от мангалов и сигарет.

Лунная дорожка прочертила по поверхности бухты уходящую вдаль полоску матового света. Прибой лениво накатывался и откатывался с астрономической точностью.

Саша поставил свои «колеса» (современный слэнг названия  автомобиля -примечание автора) напротив декоративной лестницы. Сделал это специально, чтобы создать хоть какой-то интим для любимой женщины.

Место в этих условиях было идеальным: пирс не работал, освещение было крайне слабым. Через немного приоткрытые передние стекла доходил освежающий запах морских волн и выброшенной на бере морской капусты.

 Наслаждаясь на заднем сиденье звучанием тихой мелодии и вечной музыки моря, их губы снова нашли друг друга.

Анжелика откинула голову, прикрыла глаза. Спокойным лицом, расслабленным телом она показывала, что ей действительно сейчас хорошо. Александр медленно перебирал волосы, осторожно гладил лицо, проводил пальцами по губам.

Сейчас она не отстраняла его руки, он опускал ее все ниже и ниже.

Сквозь мягкую ткань чувствовал податливость точеных ножек, тепло, которое исходило от них.

В любовной горячке на передние сиденья полетела одежда его принцессы. Ее слабое «Не надо» только разгорячило его.

Анжелика не осталась в долгу. Лихорадочно расстегнула его рубашку, сняла, стала целовать шею, грудь. Ее шикарные черные волосы накрыли сиденье, где он сидел...

Сашка блаженствовал на седьмом небе. Он был благодарен Анжелике за то, что она делала с ним.

Салон машины услышал первые стоны не женщины, а мужчины...

Понимая, что таких пыток он может просто не вынести и «выйдет раньше времени из игры», он приподнял ее слегка растрепанную головку, страстно поцеловал.

Оба рассмеялись своим тайным желаниям и тому, что открывали друг другу свои сексуальные познания.

- А ты молодец, котенок! Я желал бы, чтобы ты повторила. И в то же время не хочу, чтобы наша сказка завершилась именно таким эпизодом!

- Я люблю тебя! Знаю, что ты хочешь! Это же тайное желание каждого, наверное, мужчины! Или не так? Так!

Теперь уже ему предстояло показать, как он сделает ее счастливой...

На его голову легла мягкая ладонь. По ее движению он понял смысл желания своей любимой и окунулся в волшебный мир женского таинства.

Нежно, но ненасытно он постигал самые потаенные уголки ее плоти. Ее легкие вскрики сводили и его с ума.

Понимая, что такое блаженство будет не длиться бесконечно, оба осознанно и неосознанно подошли к тому, чтобы сделать навстречу другу другу следующий шаг.

Они уже переступили тот барьер, когда еще можно остановиться. Они этого просто не хотели. Наоборот, настойчиво и с завидным упорством шли к поставленной цели.

Медленно, затем все быстрее и быстрее закрутился он со своей Анжеликой в вихре какого-то африканского танца. Шум от движений, взаимных стонов становился все сильнее... Это была музыка их любви...

Потом он ее, притихщую, долго целовал, говорил откуда-то появившиеся у него волшебные слова, обрамленные запахами ночной природы.

ГЛАВА 5

... Сквозь пелену до него дошел чей-то доброжелательный крик: «Эй! Костровой! Ты куда бросил меня? Саша, да слышишь ли ты меня?»
 
Александр пришел в себя, увидел неутомимого Яковенко: «Чудной ты какой-то! Я к тебе несколько раз обращался, а ты все идешь куда-то и идешь! Смотри: и хвороста не набрал!»

- Я сейчас, Андрей!

- Да ладно! Тут я сам уже немного подсуетился! Идем! А то у костра уже ждут!

К их приходу уха уже была разлита по тарелкам и мискам. Рядом стояли небольшие стаканчики, снова до краев наполненные чистой камчатской водкой.

В центре - кучкой брошенные зеленый лук, укроп, какие-то приправы и пряности.

Ребята только ждали сигнала, и поэтому приход Маркина восприняли с  большой радостью.

Один из присутствующих сказал хороший, прочувствованный тост. Все прониклись торжественностью происходящего события, выслушав оратора сначала молча, а в конце с шутками и чоканьем посуды.

В разговоре Сашку не забыли. Об этом напомнил всем Темкин: «Мои дорогие сокурсники! Не грех бы все-таки выслушать того, кого раньше перебили. Сашок, а ты как?

ГЛАВА 6

- Да, дорасскажу я вам, ребята. Это дело, как говорят, прошлое. С вами поделиться - душе немного легче. Вы и одобрите и, если надо, отругаете. Но осуждать никогда не будете. Поэтому нашу дружбу, выдержанную годами, я, как и каждый сидящий здесь, ценю особо. Теперь обо мне...

Сами понимаете, в нашем провинциальном городе «шила в мешке не утаиш».

О моей связи с Анжеликой стало известно начальству. Шум да гам. А в общем-то, все правильно.

Повторюсь, по закону я не должен был вести дальше предварительное следствие. Хотя у меня были близкие отношения не с обвиняемой, а с потерпевшей - все равно.

Дело у меня забрали, а по жалобе одного из обвиняемых, проходящего по тому же преступлению -  якобы эта связь привела к необъективности первоначального расследования, - мне «в довесок» влепили выговор.

Я не отчаивался. Поверите, даже не был расстроен. При этом прекрасно понимал - виноват. По службе. Но разве можно было сравнить все то, что я потерял и что приобрел взамен?

 Ради Анжелики я готов был на все. Решительно на все, в том числе и к неприятному процессу объяснений с ее мужем. Так как рано или поздно о наших встречах Ковалев бы узнал. А если бы не догадался - все шло к тому, что об этом сказала бы или Анжелика, или мы оба.

Но я не знал, что  любовь приготовит нам более тяжкие испытания. И они не заставили себя долго ждать.


ГЛАВА 7

Примерно через недели две после происшедших неприятностей на работе, вечером на своей автомашине возвращался со службы.

Несмотря на ливший весь день летний дождь, договорились, что мою любовь буду ждать на автобусной остановке, что находится рядом с ее домом, а потом поедем ко мне.

Ее джип по какой-то там причине сломался, и его долго не могли наладить.

До этого с Анжеликой не виделись около недели: то дежурство по отделу милиции, то необходимо выводить на арест ряд задержанных, то печатать срочные обвинительные заключения.

Одним словом, дома нас ждали бутылка хорошего сухого вина, бразильский кофе, мои любимые сигареты и ... мягкая постель.

Остановка оказалась пустынной. Сидел в салоне, курил. Стрелка прошла восемь часов. Затем еще полчаса. Анжелики не было.

Меня это начало немного беспокоить: если у нас и происходил срыв запланированных встреч,она обязательно любым способом заранее ставила меня в известность.

Увидел, как недалеко от меня остановилась иномарка. Из нее вышли трое парней-«качков», направились в мою сторону.

Это меня не удивило, так как на дороге бывают разные ситуации. Я приспустил стекло. Один из парней коротко бросил: «Выходи! Есть разговор!»

Почувствовав, что сейчас что-то будет не очень приятное, я тем не менее испуга никакого не испытывал.

В крайнем случае, на «всякий пожарный», мог защититься своим служебным удостоверением сотрудника органов уголовных дел. Довольно часто оно действует отрезвляюще на слишком «горячие головы».

Только успел выйти из салона, как получил два резких удара: в лицо и под дых. Согнулся. Меня подхватили под руки и буквально затащили за автобусный павильон.

- Что же вы делаете? В чем дело? Я сотрудник милиции. Да отпустите меня!

Сейчас поймешь, как у других девочек уводить!

Не успел я связать эти действия с Анжеликой, как моя голова превратилась в «боксерскую грушу», и я временно отключился.

Не знаю, сколько я находился в таком состоянии, но через какое-то время откуда-то издалека до меня стали доходить их слова: «Пока хватит с него! Васек, что там по карманам? Удостоверение? Заткни ему в зад! А оружие? А то придет в себя, начнет сдуру во все стороны пулять!

- Да я все «обшмонал»! Вроде «пушки» (пистолет - примечание автора) нет!

- Это хорошо! Смотри, наш чудик-любовник приходит в себя. Давай шефа зови!

Наконец, кроме этих придурков, я увидел того, кого они пригласили. Безусловно, это был Ковалев.

Одет он был, как всегда, с иголочки. Черные модные брюки, элегантная темная рубашка с галстуком. Широкий светлый пиджак. Подошел, внимательно посмотрел на меня, потом сказал:
- Обращаюсь к тебе, Маркин, не как к менту. Хотя слышал, что в своей профессии ты дока. Об этом говорит и расследование кражи из моей квартиры. За то, что нашли преступников,  - вашим всем спасибо.
Но об этом хватит! И не по этому поводу сегодняшний сыр-бор. Зачем залез под юбку Анжелики? Я тебя об этом просил?

Я выплюнул изо рта сгусток крови: «Извини, Андрей. Я сделал тебе больно. Прощения не прошу, так как знаю, что это просто неуместно. Что получил от твоих, видимо, тоже за дело. Я на них не в обиде. Но давай поговорим, как мужик с мужиком. Только пускай они отпустят меня. Никуда я не убегу!

Мой соперник сделал повелительный жест, и я оказался, пусть временно, на свободе. Вращением кистей снял оцепенение мышц.

Выставил в его сторону указательный палец:
- Не знаю, любишь ли ты свою жену, Андрей. Насколько я покумекал - наверное, нет.
Да, она лицо твоего бизнеса. Она всегда у тебя под рукой. Она твоя игрушка. Ты избавил ее от житейских забот. Она не знает, сколько что стоит.
Одним словом, ты создал для нее действительно достойную жизнь. Это очень много значит для женщины. И они это ценят.
Но ты не учел одного: кроме достатка, им нужно, чтобы их понимали, ценили, наконец, их любили. Этого ты Анжелике не дал.
 
- А ты этим ее обеспечил! Молодец! Пока я делаю деньги, другие пользуются тем, что я приобретаю!

Откуда ты, козел, знаешь, люблю я ее или нет? Ты что, проповедник?

Или моя уже тебе что-то там напела?

Куда ты полез!

Запомни, хорошие «бабки» (деньги - примечание автора) слишком чистыми руками не сделаешь. Без девочек здесь тоже не обойдешься. Но они - это они.

Она, Анжелика - это другое. Она - моя жена.

Ты бы сначала хотя бы об этом вспомнил, прежде чем каждый раз запрыгивать на нее и трахать! За свои проделки ты получил. Она тоже. Прошу по-хорошему - сверни с моей дороги!
 
- Я не из пугливых! Это пускай решит сама Анжелика. Андрей, я ее люблю. Этого не скрываю.

Да, по законам человеческого бытия и гражданского кодекса - я не прав. Но по небесным законам - она моя тоже.

Ты не хочешь ее потерять, потому что с уходом Анжелики рухнет твой замок, в котором все подчинено деньгам, наживе, престижу и еще раз деньгам.
Я не хочу ее потерять, потому что она в моем сердце. Она та, которую я долго искал, но не находил, она та, после которой я не знаю, будет ли у меня другая женщина, она та, за которую я готов отдать свою жизнь.

- Ну ты и дурак! Видел разных, но таких - впервые! То, о чем ты говоришь, мне понять трудно! Я это сделаю потом.

Ho ee не отдам! Еще раз говорю: уйди с моей дороги! Не делай слишком худо себе и, в первую очередь, ей! Учти это! Я не сделаю ей больно до тех пор, пока ты мне не сделаешь снова больно!

Разговор принимал совсем уже другой оборот.

Я не боялся его дальнейших угроз. Тут я мог постоять за себя. Да и мои сослуживцы в обиде не оставили бы.

Сейчас я уже переживал за судьбу той, которая как непреодолимая стена стояла между нами.

Он ждал моего ответа. Я должен был принять сейчас решение. Даже если оно будет и не в мою пользу. Но я вынужден был пойти на этот шаг, чтобы обезопасить на время Анжелику.

- Хорошо! Последнее слово - за нею! Но если она будет против твоего решения -  от нее не откажусь. Никогда!

Я не видел, каким образом Ковалев подал знак своим бой-мальчикам, но они, видимо, поняли его правильно, так как я был сбит с ног и началось «светопредставление».

Кувыркаясь по земле, успел одному, другому заехать между ног. Но силы были неравны.

Сказать, что они втаптывали меня в грязь, значит сказать слишком мягко. Как только можно, увертывался от града ударов. Пытался, в первую очередь, защитить голову.

 Последнее, что помню, так это чей-то занесенный над моим лицом ботинок. Очень похоже, что Андрея.

 Обнаружила меня за павильоном машина медицинского вытрезвителя.

Ребята привели в чувство. Хотели доставить в травмпункт. Узнав, что я их коллега по службе, и после моих настойчивых просьб, доставили домой.

Пришлось уйти на больничный.

ГЛАВА 7

Как Ковалев узнал снова о наших встречах с Анжеликой, я не выяснял. Но в тот роковой для меня день он, отбивая Анжелике щеки, добился от нее признания о месте нашего свидания, закрыл на ключ в квартире и не выпускал.

Об этом позже мне рассказала сама Анжелика.

- Ну, а этих, как ты их назвал, бой-мальчиков нашел?» - перебил Темкин. - Заявление в суд написал о привлечении Ковалева и его соучастников к уголовной ответственности за причинение телесных повреждений?

- Да ничего я не писал! Только потому, что не хотел, чтобы тяжба  затронула и Анжелику.

- А если такое снова повторится? Они же тебя прибьют!

- Такого уже не будет! И вот почему.

ГЛАВА 8

- После того, что со мною произошло, Анжелика перешла ко мне. Выходила меня.

Как-то в районе Силуэта (микрорайон в г. Петропавловске-Камчатском -примечание автора) меня взяли «в клещи».

Из «навороченных» машин вышли «старые знакомые» и другие.

Я их предупредил, что шутки кончились. Найду, перестреляю всех, как собак. Для вида показал табельный ПМ (пистолет Макарова - примечание автора), который находился у меня после суточного дежурства.

Это их остудило, и они быстро ретировались. Больше таких «наездов» не было. Это во-первых. А во-вторых, исчез мой соперник, а с ним и Анжелика.

Послышались удивленные возгласы: «Не поняли? О чем ты, Саша?! Ты сейчас один?»

- Да, один. А получилось все очень просто!

ГЛАВА 9

- Ковалев свернул свои дела, уехал в Америку! Анжелику увез с собой.

Рейс был на Анкоридж. Где он ее поймал, захватил - не знаю. В этом ли проблема в нашем маленьком городе?

Она была свободным человеком, и все для нее было открыто. Я ни в чем ее не ограничивал. И не собирался этого делать и в будущем.

Об отъезде узнал чисто случайно. Передал его адвокат, со стороны потерпевшего, который и сейчас находится со мною в неплохих отношениях.

Через знакомых установил дату и время вылета. Но самое страшное, что Анкоридж - их промежуточный пункт. Куда они направлялись дальше не знал никто.

- Ты видел ее?
 
- Да. Я приехал заранее. Международный сектор был полупустой.

Увидел ухмыляющиеся знакомые морды. Но Ковалева с Анжеликой не было. Я съездил на их квартиру - на звонок никто не открыл.

Прошла регистрация. Пассажиры рейса АЅ 206 пошли на посадку.

Мое дыхание стало немного приходить в норму. Возможно, их вылет перенесен, и у меня будет время собраться и принять правильное решение.

Не успел я закончить свои рассуждения, как в зал вошли они...

Он уверенно вел Анжелику за руку. Она не оказывала какого-либо сопротивления.

Прошли к стойке регистрации билетов.

Там стали возмущаться, что слишком поздно подошли, самолет сейчас взлетит.

Я подбежал, увернулся от рук охраны, посмотрел ей в глаза. Но она меня не замечала.

- Анжелка! Родная! Остановись! Я ничего не понимаю! Зачем и куда ты улетаешь? Ну, посмотри на меня! В моих глазах только любовь к тебе! Остановись!

Она оглянулась. Ее лицо было бесстрастным. Может, она смотрела и не на меня, а просто в сторону.

Затем отвела застывший взгляд. У меня сразу возникли подозрения: а не напичкал ли Ковалев ее какой-то гадостью? Ведь все поведение любимой говорило именно об этом.

Я стал вырывать Анжелику из его цепких рук: «Что же ты сделал, сволочь! Отпусти ее!»

Мои крики сотрудницам международного сектора и окружающим явно не понравились. Они стали стыдить меня, а какие-то парни еще и удерживать. Ковалевы вышли на площадку, сели в подоспевший автобус и уехали к самолету.

Что я мог объяснить людям?

Что хотел увести супругу от законного мужа? Что я люблю эту женщину?

Что Анжелика не понимает, что делает? Поверили бы они? Да и в такой ситуации можно было бы остановить взлет авиалайнера?

 Да, конечно, нет, нет и нет. Все было кончено! Я уже не сопротивлялся.

Когда меня отпустили, опустошенным вышел из здания, подошел к закрытым воротам.

Ее самолет уже удалялся на взлетную полосу. Вцепившись до посинения руками в металлическое ограждение, смотрел и смотрел вслед. Вот самолет взлетел. Вот стал набирать высоту. Вот он превратился в большую точку. В маленькую. Исчез.

Смотрел и... плакал. Нет, рыдал. Так как понимал, что разлука с моей любимой становится для нас вечной.

ГЛАВА 10

Кто-то крякнул, кто-то похлопал по плечу, а Яковенко заключил: «Да, не повезло тебе маленько в жизни, Сашка! О таких ситуациях не каждый день услышишь! Но ты не отчаивайся! А что, никаких признаков жизни о их пребывании с того времени?

- Вот неделя прошла, как ее потерял. Пытался навести кое-какие справки. Бесполезно.

Маркин бросил недокуренную сигарету. Налил себе грамм сто, выпил, не закусил: «Вот так! Вот вам битая карта: и в игре, и в судьбе».

Народ еще посидел, повздыхал. Разговор дальше не шел.

Все находились под впечатлением того, что услышали. И почему-то каждый чувствовал свою вину за то, что ему повезло в этой жизни больше, чем этому трудяге, «ломовику», просто порядочному офицеру и человеку.




ГЛАВА 11

... Когда Маркин после поездки стал подниматься на этаж, он услышал, как в его квартире надрывается телефон.

Звонки были настырными, громкими. По их тональности он почувствовал, что вызывает его не городской абонент.

Подумал: «Нет, это не городской - междугородний. Но по России вроде бы никто ему не должен был звонить. А может, это Анжелика? Как он не догадался! Конечно, это она! Она! Точно, она!»

Но ключи, как назло, то не попадали в замочную скважину, то не мог их провернуть. Он бил в дверь кулаками, пинал ногами.

Когда все-таки ворвался в помещение, то настойчивая трель прекратилась.

Он тут же стал звонить на телефонную станцию. Требовал, просил, умолял сообщить, откуда его вызывали.

Наконец, одна молодая телефонистка, проявив чуть больше чуткости, сказала: «Подождите! Чем смогу - помогу! Но я не волшебник. Вам перезвоню».

Сашка ждал ответа со станции так, как, наверное, никогда в своей жизни.

Наконец: «Это вы только что сейчас со мною разговаривали?»

Он с великой надеждой прошептал: «Я, милая! Я!»

- Извините! Остались зафиксированными только два кода. Звонили из США, штат Калифорния! Других данных нет. Я сожалею! Видимо, для Вас звонок был так важен! Еще раз, извините!

Затем в трубке пошли короткие гудки...


Заместитель начальника УВД Камчатского края
- начальник штаба
13.06.1998 (корректировка 08.11.2026)
УВД Камчатсого края


Рецензии