Как не стать жертвой мошенников-глава пятая

Глава 5 «По горло проблем»

— Не знаю, Юра. Я доверяю, вернее сказать, верю ему, что он не убивал его.
— Я за тебя рад, но вегетативные признаки лжи налицо. Это наука: сначала я выявил базовую линию, потом, когда убедился, что он правда волнуется, даже когда говорит правду, то я выявил ложь в остальных показаниях.
— Наука, наука, бла-бла-бла. (Передразнивает) «Я великий Юра Краснов, мой мощный ум не позволяет проглядеть ложь, мой взор простирается на километры, и враг не проскочит...»
— (Перебивает) Ладно, лейтенант Синичкина, товарищ офицер, я проведу повторный допрос. Только потому, что мы команда.
— Спасибо.
— Кушайте на здоровье...
— Что?
— Ну, отец так говорил, когда кто-то благодарил его. Прикол такой.
— Понятно.
— Пошли есть, — рявкнул детектив Краснов, — говорят, тут есть неплохие кафешки.
— Говорят? Ты никогда не был тут?
— Ну да, до этого, видимо, не было запутанных дел. А вообще, меня не сильно жалуют в других управлениях.
— Я даже догадываюсь почему...
— Рад за тебя. Так, подумаем: если Елапенко не убийца, то кто мог бы им оказаться? Отравить боксёра и подставить его соперника — мотив так и просится. Кто-то подставляет одного и убивает другого, и остаётся вне подозрения. Убитый мог кому-то мешать.
— Проверить похожие случаи отравления?
— Да. Мне ещё нужно допросить команду убитого.
— Поняла.
После обеда в кафе, где Юре всё не понравилось, детективы пошли в управление. Юре нужно было убедиться, что команда тут ни при чём.
12:33 Дня. Первый допрос, Тренер.
— Вас зовут Виктор?
— Да...
— Вы тренер по боксу?
— Да...
— Вам 58 лет?
— Нет, 55 месяц назад исполнилось.
— Вы убили своего подопечного?
— Нет (спокоен).
— А что, очень действенный способ: поставить ставку на проигрыш и отравить, подозреваемый — соперник, и всё, дело в шляпе.
— Я тренирую его с 16 лет, он мне как сын. Вот этими руками я сделал из него чемпиона (злится).
— Я вам верю. Тогда как думаете, кто мог это сделать?
— Кто угодно, в этом деле много денег крутится, кому-то всегда есть своя выгода.
— Да... Хорошо, мы вам позвоним, не уезжайте из города ни в коем случае.
15:40. Допрос пятый. Менеджер команды.
— Чем вы занимаетесь в команде?
— Контракты, покупка снаряжения, договариваюсь насчёт поединков.
— Вас зовут Егор?
— Да...
— Вам 36 лет?
— Да... К чему вы клоните?
— Ни к чему... Вы замешаны в убийстве?
— Нет... Я честный человек.
— Хорошо, честный человек, скажите, как давно вы работаете в команде?
— Два с половиной года, как только мой клиент вышел на профессиональный уровень.
— Вы, наверно, очень важный. А вы работаете только на боксёров?
— В основном...
— В основном — это понятие растяжимое.
— Да, с боксёрами...
— Как звали вашего последнего клиента?
— Сергей Морозов... Очень глупые вопросы. Теперь понятно, почему вы с тростью.
— Нет, это вы глупый, всего хорошего...
Юра закончил допросы команды и вышел к Юле.
— Как тебе?
— Все вроде нормальные, но менеджер меня напрягает.
— Да, меня тоже. Нужно за ним проследить, ещё отправь его фото Лёше, пусть посмотрит.
— Хорошо.
Детективы сели в машину и начали слежку за подозреваемым. Вместо дома он поехал на территорию бесхозной промзоны. Там он вышел из машины и оглянулся в поисках хвоста. Затем он встретился с двумя мужчинами среднего роста, крепкого телосложения. Один с бородой, второй в очках. Причёски аккуратные, волосы средней длины, нехитро уложены.
— Это полицейские, — заключил Юра, — осталось понять, как и зачем он с ними сотрудничает.
После встречи менеджер поехал домой. В шесть вечера он зашёл в подъезд. Больше до утра он из дома не выходил. Детективы следили за ним всю ночь.
— Нужно проверить, он не выходит, в окне его не видно. Если с ним что-то случилось, мы упустим шанс выяснить, что происходит.
Команда поднялась на этаж, Юра постучал в дверь. Тишина, никто не идёт к двери.
— Обычно люди суетятся.
Юра постучал в дверь снова. Тишина. Плохо.
— Товарищ лейтенант, можно я выбью дверь? — спросил Юра с ухмылкой.
— Ты же знаешь, что нельзя, — фыркнула Юля, — а вдруг у тебя рана откроется.
— Это, к сожалению, вынужденная мера...
Юра выбил дверь, и команда вошла внутрь. Он приготовил трость как бейсбольную биту. На полу лежал мужчина, квартира была ограблена. Присутствуют следы волочения и борьбы на полу и руках убитого. Вокруг разбросаны вещи убитого: рубашки, пиджаки. На шее был галстук — он послужил удавкой. Окна были открыты и выходили на противоположную сторону улицы.
— Они ушли через окна, они его ждали. Убийц было трое, судя по количеству следов. Он был убит... вчера, исходя из состояния трупа, как только вошёл в квартиру, — произнёс Юра. — Что они искали?
— Деньги или, может... он знал что-нибудь, что не положено. Но, судя по обстановке, это пытались выставить ограблением.
— Смотри, сколько коробок. Так, гардероб... обычный, ничего необычного, но коробок много. Не украли ни компьютер, ни принтер, только телефон украли. Странно как-то, у него сбиты костяшки, как будто поставленный удар.
Через полчаса на месте были сотрудники МВД: следователь из убойного отдела и оперативники.
— Вы только двое суток в нашем городе, а уже труп. За вами тянется плохая репутация, Юрий Евгеньевич... — сетовал следователь.
— О репутации я не забочусь. Как думаете, кем он мог быть? Убитый явно не совсем обычный.
— Не знаю, может, должен денег. Большинство убийств именно на почве денег, думаю, вы понимаете?
— Ну и кому менеджер боксёра мог задолжать? Чтобы ты знал, он работал за процент от контракта и выигрыша с боя. Меня больше волнует количество коробок. Нашли что-нибудь?
— Сейчас выясним.
Следователи подошли к проводившим обыск. В одной из коробок была найдена пустая папка. Она была подписана: «Дело номер 372».
— Вам это знакомо? — спросил Юра следователя.
— Нет...
— Вы врёте, я это вижу.
— Не давите на меня, даже ваш пропуск не поможет. Это секретно, скорее всего.
— Ясно...
Юра взял папку и, перейдя комнату, вышел из квартиры.
— Юля, поехали в архив. Разные управления и отделы используют разные папки, чтобы между собой не путать. Такого типа папки использует наркоконтроль, есть у меня одна теория.
12:50. Допрос боксёра Елапенко в его квартире.
— Вас выпустили за неимением доказательств под моё поручительство. Врать я вам не советую, угрожать так же. Я и моя коллега — КМС по боевым искусствам, боксу и дзюдо. Так вот, что вы знаете об убитых боксёре и его менеджере?
— Я слышал... они как-то связаны с наркотиками, но это только слухи...
— Слухами земля полнится... Слухи — это хорошо.
Юра и Юля вышли из квартиры и направились в ГУ МВД по городу Екатеринбургу. По пути они зашли за кофе. Юра пил только кенийский, поэтому быстро надоел персоналу кофейни. Пройдя в управление, они приступили к действиям.
— Здравствуйте, мне нужно в отдел по борьбе с наркотиками, — произнёс Юра и показал пропуск.
— Я с ним, — сказала Юля.
— Ты лейтенант в форме, можешь не уточнять, что со мной, тебя пустят.
— Я уже давно в форме не хожу, с поимки Харлова, а ещё я с того же момента старший лейтенант.
— Правда? Не заметил, — подметил Юра. На самом деле всё он заметил.
— Ты всё заметил, даже, по-моему, что-то говорил по этому поводу, просто решил, что это смешно.
— Да. Как ты узнала?
Дойдя до кабинета начальника, команда решила договориться.
— Говорить буду я, — условился Юра.
— Хорошо, попробуй, — усмехнулась Юля.
Детективы зашли в кабинет. Там сидел мужчина с погонами полковника и чёрными как смоль усами. Вероятно, в разводе, килограммов 90, крепкий.
— Здравствуйте, Краснов моя фамилия, вот допуск секретности. Мне нужна информация по вашему сотруднику, он убит. В квартире нашли вот эту папку.
Юра отдал папку полковнику и с прищуром посмотрел на него в надежде получить ответ.
— У вас допуск не тот.
— Как это не тот?
— Ну вот так. Он на какие ведомства распространяется?
— На все.
— На все-то на все, но я имею право вам ничего не разглашать. Мы работаем и с ФСБ, и с ФСИН, и с кем только не работаем: и с убойным отделом, и с кражами, и с мошенниками. Если кратко, то вам нужна санкция, вот там пропуск поможет.
— Санкция на что?
— Санкция на выдачу вам информации и допуск к расследованию. Мне Шереметьев ваш уже звонил, я ему всё то же самое сказал.
— Ваш сотрудник убит, вы понимаете?
— Да, но вас всё равно нужно проверить. Вы, молодой человек, от вседозволенности совсем распоясались.
— Ясно. Кто выдаёт санкцию?
— Глава отдела, то бишь я. Присаживайтесь, будем выяснять детали. Кто вы, зачем и почему. Я с вами давно хотел познакомиться.
— Наслышаны, стало быть.
— Да, наслышан... Смотрите, Юрий Евгеньевич, мы смежная служба, гриф секретности у нас строгий. Так зачем вы пришли?
— Убитый, 30 лет примерно, брюнет, глаза зелёные, найдена у него дома вот эта папка (кладёт на стол). Такие используете вы, дело 372.
— Ясно... И вы хотите узнать, кто он?
— Да, так я выйду на его убийц и на людей, по которым он работал.
— Хорошо, я выдам вам дело. Он работал по наркоторговцам, которые через боксёрские бои отмывают деньги. Он был внедрён два года назад, последние данные передал месяц назад. Насколько мне доложили, документы у него в квартире были украдены.
— Вам всё правильно доложили. Если я займусь этим делом, я их накрою.
— Я вам верю. Убитого звали Михаил Дегтярёв, он работал по наркоторговцам из крупной сети, лидера зовут «Большой». Месяц назад он вышел на связь и назначил явку на конец месяца. Там он хотел передать данные. Больше даже я не знаю. Он сохранял радиомолчание и анонимность, это очень опасные ребята, судя по моему опыту. Так что на вашем месте я бы был осторожен.
— Спасибо, полковник.
Детективы поехали обратно в управление, чтобы доложить о продвижении по делу боксёра Елапенко.
— Ты планируешь накрыть синдикат?
— Да, это не первый.
— Я боюсь.
— То есть расследовать международную кражу на кучу денег вместе с ФСБшником ты не боишься, а поймать местного Эскобара — это страшно?
— Да...
— Я рядом... Кстати, вот тебе кнопка. Если будет ситуация опасности, то нажми, и я пойму, что ты в беде, и начну действовать.
— А ты говоришь «не страшно»... Кнопки какие-то выдаёшь.
— Рядом нет Лёши, поэтому только я отвечаю за безопасность.
— Может, ты с Лёшей будешь работать?
— Ревнуешь?
— Да.
— Не бойся, из него очень плохой Ватсон.
— Ватсон? Ты же не любишь, когда тебя сравнивают с Шерлоком.
— А что, это мешает мне сравнивать других с персонажами Дойла?
— Доктор Хаус.
— Что «Доктор Хаус»?
— Сейчас ты похож на Доктора Хауса.
— Я не смотрел... Всё, приехали.
Детективы пришли в убойный отдел с новостями о боксёре. Следователь по делу был весьма раздосадован появившимися трудностями, но был готов оказать поддержку. Он снимет обвинения с Елапенко и поможет в деле о картеле.
— У вас есть связные на улицах?
— Есть пара человек, связанных с этим делом, но нужно подождать дня два, может, три.
— Намёк понят...
Детективы удалились. В отеле они стали обсуждать версию произошедшего.
— Дегтярёв совершенно точно мешал «Большому», в связи с чем и был убит. Но чем ему помешал боксёр? Это первый вопрос. Второй: почему боксёра убили незаметно, с подвыподвертом, а следователя вот так неприкрыто? Вывод: либо спешка и им что-то угрожает, либо тупые киллеры, либо это вообще разные группировки, — начал Юра своё рассуждение.
— А что, если его правда убили из-за ограбления? Хотя... Может, заметили нас и поняли, что мы пасём его и скоро выйдем на след? Тогда спешка — вполне рабочий вариант.
— Да... Непонятно. Более того, следак из убойного, который занимался убийством боксёра, скорее всего, нас сдаст.
— Опять сверхчутьё твоё?
— Нет, когда он говорил, что поможет нам, у него дёрнулась щека и он отвёл глаза сначала в пол, а потом в сторону. То есть сначала гнев, затем стыд. Так происходит, когда человек нечист. Одна хорошая новость: полковнику доверять можно. Насчёт остальных... Пока смотреть надо.
— У каждого свои тридцать серебреников, Юра. Эти уроды, те, что торгуют веществами, давят на все болевые точки, какие найдут.
— Я знаю. Но у нас есть уже один потенциально продажный полицейский, ещё один мертв, кроме того — Пабло Эскобар местного разлива.
Вдруг раздался стук в дверь. Детектив замер.