Дознание Марии

Тропа на Стенькину гору была узкой и  крутой. У Марии,молодой, плотной блондинки в синем спортивном костюме, закружилась голова. Она присела на белеющий в траве плоский камень. Перед ней как на ладони в осеннем солнце серебрилась Волга,окутывая волнами небольшое село.
- Мария Сергеевна, как вы?- спросил её Юрка,худенький, сутулый, глазастый парень, идущий впереди.
- С детства высоты боюсь, ты подожди меня, пожалуйста,- ответила Мария.
Он остановился тут же,выдыхая:
- Осталось немного и мы на вершине.
- А вот Лида в отличии от меня не боялась высоты, полёта. Её не тошнило в самолёте.
Юрка кивнул:
- Да, Лидия Сергеевна всегда была первой на подъёмах. Мы так любили её турпоходы. Клад Стеньки Разина искали вместе с ней.
- А разве он существует,этот клад!
- Конечно, существует. И я его найду, продолжу её дело.
Мария вспомнила,как посмеивалась над младшей сестрой,над её мечтами о сокровищах,говорила:"Лидусик, спустись на землю,ищи лучше суженого". И стало как-то ей не по себе,осталась она теперь совершенно одна на свете. Отец их бросил давным-давно, затерялся где-то на Дальнем Востоке,мама, учительница младших классов,десять лет назад умерла в школе от инфаркта,и вот теперь любимая сестрёнка ушла в двадцать шесть лет...А ей бы ещё жить и жить...
- Красота - то какая, Мария Сергеевна! Волга! Просторы! - воскликнул Юрка. - Не то что ваша Москва, небоскрёбы.
- Почему,там своя красота,здесь своя,- откликнулась Мария.
- Вы не стали москвичкой?
- Нет,не стала,Юр. Снимаю там квартиру,работаю в банке обыкновенным специалистом. Чужая я там.
- Так перебирайтесь обратно в Орловку.
- Посмотрим...Ладно, давай-ка последний рывок.
Она решительно поднялась,пошла за парнем,и уже не смотрела вниз. И вот, наконец, вершина - небольшая площадка перед обрывом,грубо сколоченная скамья на ней.
- Вот отсюда Степан Тимофеевич и высматривал купеческие суда,- сказал Юрка.- Отсюда подавал команды о нападении.
- Откуда ты знаешь?
- Легенды,сказания.
Мария опустилась на скамейку.
- Лидонька любила это место,не могла она сама сорваться с этой горы. Я не верю,не могла. Ты должен мне всё рассказать. Ты что-то скрываешь.
- Ничего я не скрываю, Мария Сергеевна. Было воскресенье,я уезжал с пацанами на другой берег,в город. Возвращаемся под вечер,нам уже на пристани сообщили, что мол Лидия Круглова,ваша учительница по-русскому разбилась, несчастный случай.
- Ты сам-то в это веришь? Кто-то столкнул её с этой горы. Но кто? Кому она мешала?Меня в Орловке не было три года. Тебе лучше знать.
Юрка задумался,потом сказал:
- Да все её любили. Разве что с директором школы у неё тёрки были последнее время.
Мария насторожилась:
- То есть? По поводу чего?
- Вы видели дом Утюгова?
- Ну,видела.
- Двухэтажный особняк с баней и бассейном,с гаражом для дорогущего "Форда". На какие шиши, спрашивается, всё это приобреталось?
- Так он же директор.
- Вор он высшей марки,пилит школьные деньги внаглую! - воскликнул парень. - Лидия Сергеевна в глаза ему об этом говорила.
- А по виду и не скажешь. И похороны оплатил Пётр Савельевич,и поминки,и памятник. Компенсацию мне выдал немалую.
- Так покупает всех. Вот и вас постарался. Хозяин сельский.
- Хорошо,допустим. Но ему за пятьдесят,он очень полной комплектации. Для него подняться на Стенькину гору,наверное, невмоготу.
- Ой,это тот ещё колобок,вы не знаете , покатится так,что попробуй его догони. А участковый Вербин - его дружбан, выпивоха,прохвост и бабник.
- Разберемся... Ты мне лучше скажи,за Лидией кто-нибудь ухаживал? У неё был друг?
- Да вроде бы нет. Хотя клинья к ней, конечно,подбивали. Наш завклубом, массовик-затейник Никита Зубов, например. Сам женатый,двое маленьких детей у него. Но Лидия Сергеевна всех отшивала.
- Ясно.
 Обратно Мария спускалась уже без поддержки. Никакого страха высоты у неё не было. Появился прилив сил и решимости всё выяснить до конца. У подножия горы она простилась с Юркой,который поспешил на занятия в школе.
 А Мария тем временем вышла на центральную улицу,ведущую к полицейскому участку. Он располагался на первом этаже старой жилой двухэтажки. Три окна в решётках,высокое крыльцо.У входа стоял наготове грязный, жёлтый  "УАЗик". Она постучалась в массивную, железную дверь. Не дождавшись ответа,потянула ручку двери на себя, нырнула в тёмный,прокуренный коридор. До неё донеслись возгласы из дальней комнаты:
- Обходи его слева,чушок,обходи! Дай ему в бубен как следует! Дай! Вали его!
За компьютером сидел и развлекался курносый, дородный брюнет в форме старшего лейтенанта. В комнате дым висел коромыслом. Мария даже закашлялась. Увидев женщину, полицейский погасил монитор и поднялся,распахнул окно.
- Здравствуйте, Игнат Антонович! - сказала Мария.
- Добрый день! - ответил, плотоядно улыбаясь, брюнет.- Вот прислали обучающую игру для участковых. Обучаюсь.
- Я - Мария Круглова.
- Да,да, очень приятно,я наслышан о вас,о вашем приезде. Вы очень похожи с сестрой. Примите мои соболезнования.
- Спасибо. А скажите мне,дело о гибели моей сестры было заведено?
Полицейский растерянно заулыбался.
- Так,вызов был,фиксация,несчастный случай. Заключение медэксперта. Желаете ознакомиться?
- Очень желаю.
Игнат Антонович достал с полки тонкую красную папку.
- Пожалуйста.
Мария углубилась в чтение.
- Может быть,чаю,красавица,кофе?
- Нет-нет... Вот:Никита Семёнович Зубов обнаружил тело...
- Да,завклубом наш, ухажёр её. В Орловке любили,уважали Лиду. У нас же все как на ладони. Светлая, очень добрая девушка. Наивная, правда,всё клад искала Стеньки Разина... Сегодня,кстати, пятый день,как нет её с нами. Давайте помянем Лидоньку?
- Потом, Игнат,потом. Приходите на девять дней.
- Обязательно приду.
- Я хотела спросить,а с директором школы Утюговым она не ссорилась?
Вербин нервно защёлкал пальцами.
- С Петром Савельевичем-то? Нет,он души в ней не чаял,выдвигал её на конкурс "Лучший учитель района".
- А я слышала,что ругались они. Он не знал,как от неё избавиться.
- Клевета. Кто это вам наговорил? Юрка Пересветов, небось,шкодливый мальчишка.
- Почему шкодливый?
- Да так...
На столе участкового громко зазвонил красный телефон.
- Слушаю,так точно,- отвечал Игнат Антонович.- А где? Так,связали его, молодцы. Я в Орловке, подъеду в течение часа. Ждите...
Полицейский развёл руками, засуетился,забегал вокруг стола.
- Драка в Степном, надо ехать, Машенька. Один остался я пока на два села,так и мыкаюсь туда-сюда.
- Понятно.
- Вас подбросить куда-нибудь,голубка моя?
- Нет..
До сельского клуба было рукой подать. Марии нравилось это розовое здание с белыми колоннами,бесхитростными афишами с приглашением в кружки,на танцы "Кому за сорок",и в кино - на этот раз на фильм "Рождение Империи".
На вахте клуба сидела пожилая, кудрявая,маленькая женщина в чёрной форме с нашивками "охрана". Она увлечённо решала кроссворд в журнале.
- Добрый день!- окликнула её Мария.
- Добрый,- отвечала сердито вахтёрша, поднимая голову.-  Улица в Петербурге,примыкающая к Невскому проспекту,шесть букв.
- Улица Марата.
- Точно,подходит, тютя в тютю.
- Эмма Генриховна,вы меня не узнаёте?
Вахтёрша всплеснула руками:
- Маша, доченька, конечно, узнаю. Горе-то какое,горе у тебя. Мои тебе соболезнования. Лидонька,красавица, умница,и такая молоденькая. И бог забрал её. Как же так,как же так.
- Приходите на девять дней...А завклубом сейчас на месте?
- На месте Никита Семёнович. Квасит он пятый день,по сестрёнке твоей убивается. Любил он её без памяти. Наталка - то,жена его,из дома Никитку выгнала, ревнует так. Здесь он ночует.
- Я пройду к нему?
- Пройди. Хотя, может быть,не надо, Маш? Пусть он перебесится.
- Я на минуту.
Кабинет Зубова находился в конце коридора,у сцены. Дверь в кабинет была приоткрыта. Мария услышала органную музыку, храп. За столом, уронив голову на руки, спал белобрысый мужчина в синей, шёлковой рубашке. Рядом с ним возвышалась початая бутылка коньяка и ваза с конфетами. Мария выдернула из розетки шнур магнитофона,при этом задев горшок с кактусом. Горшок разбился вдребезги и спящий шевельнулся, дёрнул головой вверх.
- Кто здесь? - спросил он хриплым голосом,протирая глаза.
А потом принялся креститься:
- Лида! Господи помилуй! Лидонька!
Зубов сполз со стула и спрятался под столом.
- Лида,прости меня! Бес попутал меня,бес. Но ты сама виновата,сама. Ты первая оттолкнула меня, зачем ты сказала: " Ты противен мне! Не люблю я тебя!". Зачем? Я ударил тебя. Ты попятилась,и сорвалась...
- Я - Мария,сестра её! Вылезай,гаденыш!
- Как сестра? Не может быть.
Мария ухватила белобрысого за шиворот.
- Ты только что признался в преступлении.
- Нет!
Он ударил женщину в живот. Охнув, она опустилась на пол. Зубов достал из стола пистолет и направил его на Марию.
- Ну,стреляй! Чего же ты? Убийца!
- Нет! Заткнись!
Раздался выстрел. Зубов упал навзничь. Оказалось, в последний момент он вывернул дуло пистолета себе в сердце. Он мгновенно умер. На грохот выстрела прибежала Эмма Генриховна. Испуганно тараща глаза, она вопрошала:
- Что это случилось? Кто стрелял?
- Да вот, ваш Никита Семёнович взял и пальнул в себя.
- О,господи,допился...
От вида крови у Марии закружилась голова,помутнело сознание. В коротком сне она летела стремительно вниз, ей благодарно улыбалась Лида... Резкий запах нашатыря вернул Марию к реальности...