Смотрины. пьеса. Александр Лукьянович Васин

                Александр Васин

                СМОТРИНЫ
                пьеса

                Действующие лица

                Пётр, хозяин дома
                Нина, жена друга Петра
                Глафира Георгиевна, глава администрации

                Место действия возле дома Петра

Пётр Максимыч с самого утра чувствовал себя не в своей тарелке. Пару дней назад ему исполнилось пятьдесят лет. Сам Пётр особого значения дню рождения не придал, но уже на следующий день в распорядке дня у него стало идти всё не так, как сложилось в последние годы перед пятидесятилетием. С самого утра он не находил себе места: посмотрел несколько минут теленовости и вышел на крыльцо покурить, снова сходил посмотреть, что там но телевизору и снова вышел на крыльцо. Вроде, всё, как всегда, но только эту процедуру Пётр повторял раз за разом. В конце концов он решил, что это неспроста. В следующий раз, когда он курил на ступеньке крыльца, неожиданно сквозь дымовую завесу увидел перед собой Нину - тайную любовь далёкой юности.

       Н и на. ( Вздохнув) Всё куришь и куришь... Петя-Петя...

       П ё т р.  Посля дня рождения имею законное право на выходные...да и заказов пока не наблюдается. Ты же знаешь, что я на постоянной работе не тружусь, а в подработках - я сам себе голова: хочу - спину гну, а если нет, то курю и курю.

       Н и н а.  Да знаю-знаю я. Мне, Петенька, работаешь ты или нет - всё равно. Только тебя с утра ищут да никак что-то не найдут... Куда пропадал?

       П ё т р. ( удивившись ) Я что ли?

       Н и н а.  Ну да, кто же ещё? С утра глава администрации минут тридцать тебя пыталась найти, а тебя нет нигде.

       П ё т р.  Так может я телек смотрел или... А чего ей надо-то?

       Н и н а.  Велено всем дрова от домов убрать. У тебя, вон, тоже лежат на виду.

       П ё т р.  Между прочим, вся эта территория моя. Я за неё плачу налоги и дрова кладу там, где мне нравится, где удобно...мне, понимаешь?

       Н и н а.  Я-то понимаю. Ты ещё Глафире Георгиевне объясни. А по мне: хоть на башку свою дурную дрова положи...или ещё куда, понял?

       П ё т р. ( удивляясь ) Это что ещё за Глафира?

       Н и н а. ( с укоризной ) Э-е-ех! Главу администрации не знаешь, как звать.

       П ё т р. Какая Глафира? Ни о какой Глафире я и понятия не имею.

       Н и н а. Из соседнего села она. Своих никого умных нет, вот и пришлось со стороны пригласить. Она женщина, говорят, хваткая, настырная: так что, смотри, оштрафует и спасибо не скажет. Заодно и траву покоси, чтоб, значит, возле дома порядок был.

       П ё т р. ( возмущаясь ) Ну да! Конечно! Всё кругом бурьяном заросло - это ничего, а возле дома на отшибе должен быть наведён марафет!  У меня уже, можно сказать, статус полуострова обозначился. Последняя тропка зарастёт, и станет мой дом островом среди бурьянного моря. Красота! Дёрнуло меня на дороге бурьян скосить.

       Н и н а. Ты, Петь, не ерепенься, а то можешь запросто налететь на неприятности. Говорят, что Глашка-то больно принципиальная до ужаса.

       П ё т р. Незамужняя что ли?

       Н и н а. Ну да. А ты почём знаешь...или догадываешься?

       П ё т р. Повадки соответствующие.

       Н и н а. Петь, ты один живёшь, пригласи её в дом...ну, скажем...с какой-нибудь просьбой. Только не рычи, а ласков будь. Бабы, по крайней мере замужние, это любят. Ну и эта, поди, не железная. Глядишь, и селу послабление какое будет, а то она со своими революционными взглядами поставит нас...

       П ё т р. ( хихикнув ) В неудобную позу что ль?

       Н и н а. Э-е-ех, дурак! Чёрт те что болтаешь. Ему совет дельный, а он всё перевернёт. Смотри, я предупредила, посоветовала, а ты решай, как быть. Свяжешься с вами дураками.

       П ё т р. Нин, да ладно не обижайся. Язык поганый болтает, не знамо что. Она хоть какая из себя? Если страшная, ничего не обещаю.

       Н и н а. Ты на себя-то давно смотрел в зеркало? Оброс, как леший. С таким она даже и разговаривать не станет. Она...она...вся такая...картинка, прямо. Но очень, очень серьёзная. Так что, надо соответствовать, если хочешь заинтересовать её.

       П ё т р. ( хитро прищурив глаз ) Глаша, говоришь?

       Н и н а. Глаша-Глаша... Гляди, и женишься. Будешь мэром деревни.

       П ё т р. ( вроде, возмущаясь ) Да ты что, Нина? Как можно? Не-ет! Никогда!.. Вот с тобой я бы с радостью разделил житьё-бытьё. Лучше тебя женщины в белом свете не найдёшь: и умная, и хорошенькая, и мягонькая, и в...

       Н и н а. ( тоже, вроде, возмущаясь ) Хватит, кобелина! Ещё в постель меня затяни. Ух!

       П ё т р. Шучу, Нина. Я же шучу. Но...но тебя люблю всю жизнь, сколько, то есть, живу. Уж не сердись.

       Н и н а. Тебя мне только и не хватало. У меня у самой такой лодырь да пьяница под ногами путается. Пропахли самогоном да табачищем. Глазоньки бы мои не смотрели!.. Побрейся да умойся, а то придёт " командирша", а посмотреть не на что.

       П ё т р. Да ладно, Нин. Всё исполню, как велишь. Была бы ты главой, я бы кажинный день травку подстригал. Ей Богу!

       Н и н а. Вот и займись делом, хватит болтать.

       П ё т р. Провожу тебя и начну себя украшать. Федьку попрошу постричь меня. Побреюсь, помоюсь... Э-э-эх! Где мои семнадцать лет!? Увидишь меня и бросишь своего лыкоголика.

       Н и н а.  Эт какой же он алкоголик? Зря ты, Петя. Он у меня хороший. Ну, бывает, что выпьет с мужиками, а кто сейчас больно трезвенник? Федька что ли? Смотри, как бы он тебе ухи не отстриг. Горе. Ладно. Пошла я. Делай всё, как я сказала, понял?

       П ё т р. Понял, Нина... ( вздыхая ) Как не понять.

       Н и н а. И жди...жди...красаву-любаву... ( смеётся ) Ой...ха-ха-а-а...горе. Чистый бомж. Господи. Страшилище. Жених чёртов... А жалко ведь: какой орёл был! Совсем себя забросил. Смотри, у меня! Она ведь, поди, после обеда припрётся опять.

       П ё т р. Ну я тогда начинаю шевелиться. Сначала к Фёдору, а дальше по списку. Спасибо, Нина... Вот женщина, так женщина... Повезло дружбану. Чем же он от меня её отвадил? Интересно. Ладно, процесс пошёл...

Едва Пётр Максимыч подготовился к приходу Глафиры Георгиевны и вышел на крылечко, чтобы выкурить сигаретку, как, глянув в сторону центра села, увидел приближающуюся главу администрации собственной персоной.

       Г л а ф и р а. ( внимательно осматривая владение Петра Максимыча) Здравствуйте. Вы и есть Пётр Максимыч?

       П ё т р. ( теряясь ) Д-да... Я-я и есть П-пётр М-м-максим-мыч.

       Г л а ф и р а. Дрова убрал, траву покосил...ну...вот...домовладение приобрело надлежащий вид.
   
       П ё т р. Я, как узнал, что надо сделать, так сразу все лишние дела по боку: раз, так сказать, надо территорию облагородить, значит, а как же, значит, надо и...и, так сказать, в первую очередь. Я ведь, как подумал: раньше, так сказать, думай о родине, а уж опосля о себе. Порядок, он и есть порядок. Я всегда только "за".

       Г л а ф и р а. Правильно думаете, Пётр Максимыч. Всем бы так думать.

       П ё т р. Может, Глафира Григорьевна...извините, Георгиевна, в дом зайдёте, посмотрите, как деревенский холостяк поживает.

       Г л а ф и р а. Обязательно посмотрим... А скажи, Пётр Максимыч, какую живность ты имеешь в своём хозяйстве?

       П ё т р. ( смущаясь ) Да...какая живность: ну кот Васька, две хрюшки в сарайчике...э-э-э...коза...белая, значит, злая, как...ну да...и козёл Федька. Вот...вроде...

       Г л а ф и р а. Козёл это кто у вас?

       П ё т р. Как, это кто?  Просто козёл, чтоб, значит, козлята получались.

       Г л а ф и р а. ( записывая всё в тетрадочку ) Понятно. А что ещё?

       П ё т р. Курей...штук тридцать. Люблю утром свежие яички пить. Помою яичко, протру, ложечкой тюкну, окошечко в скорлупе сформирую, сольцой посыплю, размешаю, как в детстве, спичкой белок с желтком и пью. Три штуки. А козье молоко продаю. Сам не пью. Брезгую. Бр-р-р...

       Г л а ф и р а. А я в детстве у бабушки козье молоко пила. Очень даже вкусное... Правда, козье молоко, оно на любителя... Спасибо, Пётр Максимыч за радушный приём. Ваше домовладение мне понравилась. Желаю вам содержать его всегда в таком порядке. До свидания.

       П ё т р. До свидания-я... Чего это было-то, а? Я, как дурак...

Пётр Максимыч, проводив Глафиру Георгиевну, сел на ступеньку крыльца и, глупо улыбаясь, прошептал: "Баран я, баран"... Незаметно подошёл вечер, а вместе с ним пришла и Нина.

       Н и н а. Добрый вечер, Петя. Ой. да ты, прямо, Казанова. Можешь ведь, когда захочешь. Приятно посмотреть. И возле дома красотища. Молодец! Признаюсь, сомневалась я в тебе. Думаю, услышал, а ветер отнёс. А ты...ты, вон, какой! Ну, давай, рассказывай...

       П ё т р. ( раздражённо ) Ага...тальяночка моя... Ты кого мне подсунула? Весь день, как дурак, себя, дом и всё в порядок приводил, а эта твоя Глашка, чтоб её... Господи! Как будто больше людей в районе нет. Нашли. А? Скажи, Нина, спасибо, что я к тебе всегда был неравнодушен.

       Н и н а. ( улыбаясь ) Ты чего, милый друг, раскипятился? Можешь толком объяснить? Или будешь слово на слово нанизывать? Ну?

       П ё т р. Я эту...Глашку...встретил, как человека, а она... Её что, в кузнице что ли делали? Я уж и так и эдак, а она мне: хватит, мол, глазки строить, не на смотрины пришла. Ха-ха-ха-а-а!..смотрины. А?..Х-хе-е! А какой у неё взгляд? Да я чуть в штаны не наклал. Дай ей кожанку и ревОльвер... Аж...всё нутро перевернуло! Молоде-ец, говорит, дрова убра-ал, траву покоси-ил...ну...вот...домовладение приобрело надлежа-ащий вид.
 
       Н и н а. А чего ты хотел? Ты, наверное, мечтал, что она бросится тебе на шею? Больно ты шустрый, Петя. Таких, как ты, к ней, поди сотнями подкатывали...так что удивить её не так просто. Она своей красотой любого мужика с ног сшибёт.
            
       П ё т р. Что есть, Нин, то есть... Чего уж там... Тронула она меня, конечно, отрицать не стану. Представляешь, стою, значит, пялюсь на неё, на Глашку-то, а она...как икона. Красивая-я-я...зараза. И вдруг в голове у меня зашумело, и я бряк, прямо, на крылечке. Растянулся во весь рост и сознанье потерял. Очнулся, открыл глаза, а Глашка, значит, брызгает мне в лицо воду и душистым платочком обмахивает. Что с вами, спрашивает, Пётр Максимыч? Может, "Скорую"?  Поднялся я на ноги, смотрю на Глафиру и глаз оторвать не могу.

       Н и н а. И я о том, Петенька: красота, она некоторых ума лишает. Недаром ведь сколь войн из-за неё случилось. А почему? Потому что, там где красота, там и любовь под руку с ней ходит; а где любовь, там борьба неминучая. Я, Петенька, простая деревенская баба, как смогла, так и сказала...на сколько ума хватило... Чего дальше-то было?

       П ё т р. ( вздохнув ) Дальше?.. Спасибо, говорю, глафира Георгиевна. Такую красоту увидел и вот... Как она глянет на меня: чуть второй раз я не обделался. Лицо у неё горит, как знамя Победы. Крутнулась и полетела, только бурьян зашевелился. Вот так. Сел я на ступеньку, так и сижу...размышляю.

       Н и н а. Ты, Петь, случайно не влюбился?

       П ё т р. Нет, Нина, не влюбился. Это что-то совсем другое. А что - не знаю. Чувство такое, как будто, всю жизнь зря прожил. Какой-то, вроде, я никчёмный, что ли? Да-а...

       Н и н а. Ладно, Петь, не буду тебе мешать в поисках истины. До свидания.

       П ё т р. Иди, Нин, иди. Спасибо, что зашла.А я ещё посижу, а там...там... хозяйством надо заняться. Хозяйством... Ага... Кроме кота и нет ничего. Хорошо, что Глашка интереса не проявила. Вот уж был бы конфуз. Э-хе-хе... Не такому рыбаку, как я, ловить такую рыбку. А ведь...хороша-а-а Глафира-то Георгиевна. Ой, хороша-а-а...