Белые ночи навылет. Глава 12

 
   Глава 11 http://proza.ru/2026/11/08/1767

                Глава двенадцатая.

 Поезд тронулся почти в полночь.
 Скрипнули буфера, вздрогнули сцепки, и тяжёлые вагоны, пыхтя и кряхтя, словно старые паровозные лошади, медленно поползли вперёд. За окном мелькнули последние огни Петрограда — жёлтые, тусклые, как свечение гнилушек в болоте — и город остался позади.

В последнем купе командирского вагона, самом тесном и прокуренном, внизу, у стены, спал Мишка. Старый вор свернулся калачиком, прижав к груди перевязанную руку, и по-старчески похрапывал — тихо, с присвистом, как старый мех в кузнице. Над ним, на верхней полке, раскинувшись во весь рост, спал красноармеец Егор. Пацан всё ещё держал винтовку в руках, даже во сне, и иногда, когда поезд качало, бормотал что-то невнятное и крепче сжимал цевьё.

Лиза и Соня спали в соседнем купе, вместе с двумя другими девушками — медсёстрами из Петрограда, которые тоже ехали в Туркестан. Мишка, перед тем как улечься, подозвал Соню к себе и, глядя ей прямо в глаза, тихо, но так, что она побелела, сказал:

— Сонька. Слухай меня. Ты даже не думай, шо ты тут что-то стащишь. Ни у бойцов, ни у командиров, ни у сестёр. Ты меня поняла? Если я узнаю, что ты опять за своё — я тебя сам лично в Неву спущу, и не посмотрю, что ты мне как дочь. Поняла?

Соня кивнула, её глаза были широкими, как у испуганной кошки. — Мишенька, я... я же не...

— Поняла? — повторил Мишка, что Соня только сглотнула.

— Поняла, — прошептала она. — Клянусь, Миша. Клянусь мамой.

— То-то, — Мишка отвернулся к стене. — иди...

... Артём не спал.

Он лежал на нижней полке, напротив Мишки, и смотрел в потолок. Поезд качало, и тени от керосиновой лампы, которая тлела в коридоре, ползли по деревянным стенам, как живые. Стук колёс — ровный, монотонный, гипнотический — должен был убаюкивать. Но Артём не мог закрыть глаза.

Потому что он вспомнил.

  ...2018 год, в его мире, в его университете, когда они с Лизой — не этой Лизой, а той, его однокурсницей, которая помогала ему писать диплом по истории Петербурга — сидели в библиотеке и листали старые архивы.

— Смотри, — сказала тогда та Лиза, подвигая к нему папку с пожелтевшими бумагами. — Тут про профессора Лазарева. Николая Александровича. Выдающийся историк, исследователь истории Петербурга. Погиб в блокаду, в сорок втором.

— А семья у него была? — спросил он тогда, листая документы.

— Была, — она кивнула. — Сын — Виктор Николаевич. Тоже историк. Уехал в Ташкент ещё до войны. Стал профессором в Среднеазиатском университете. Умер в семьдесят первом. Жена его — София — пережила его на три года. А вот дочь... — она помедлила. — Дочь — Елизавета. Про неё ничего не известно. Она пропала.

— Как пропала?

— Понимаешь, в восемнадцатом году она встретила на вокзале брата Виктора он уезжал на агитпоезде ехала с отцом и матерью в Петроград. Но родители вернулись в Финляндию, а она осталась — заканчивать медучилище. А потом,  Под Аральском.  она... она пропала. Ни тела, ни документов, ни свидетельских показаний. Просто исчезла.

Он помнил, как тогда пожал плечами и сказал: "Ну, война. Мало ли что случалось". И забыл. Забыл про профессора Лазарева, про его дочь Елизавету, про поезд, который шёл в Туркестан.

А теперь он лежал в этом поезде. Где ехала  та самая Елизавета Николаевна Лазарева. Дочь профессора. Которая должна была исчезнуть. Может и умереть.

Артём сел резко, его сердце колотилось так, что казалось — оно пробьёт грудную клетку. Он посмотрел на Мишку, который спал, не шевелясь. На Егора, который бормотал что-то во сне. Потом встал и тихо, стараясь не скрипеть полкой, вышел в коридор.

В тамбуре было холодно. Сквозь щели в дверях дул ледяной ветер, и пахло дымом, углём и чем-то ещё — запахом бесконечных российских просторов, которые они пересекали. Артём прижался лбом к холодному стеклу и закрыл глаза. Ударил кулаком по стеклу. Тихо, чтобы не разбудить спящих, но так, что в висках запульсировала боль.

Он не мог изменить будущее. Он не знал — может ли. Может быть, всё уже предопределено. Может быть, он здесь именно для того, чтобы она исчезла. Может быть, его задача — не спасти её, а быть рядом, когда она исчезнет.

Но он не мог с этим смириться.

Артём отвернулся от окна и пошёл обратно в купе. Мишка всё ещё спал. Егор бормотал что-то про "товарища командира". Артём лёг на полку, закрыл глаза и попытался уснуть.

Но сон не шёл.

Поезд стучал колёсами, увозя их в ночь. В будущее. В прошлое. В неизвестность.

   Артём лежал и слушал этот стук, и считал секунды до Аральска.

  Продолжение глава тринадцатая http://proza.ru/2026/11/09/1643