Роман Переплёт. Эпилог, гл. 1

А начнём мы, пожалуй, с бывшего следователя Сорокина. После побега его из больницы, о нём почти месяц ничего не было слышано. По крайней мере, до того момента, пока в город ни явилась комиссия, возглавляемая заместителем самого генерального прокурора. А явилась она с тем, чтобы разобраться с вопиющими фактами, изложенными Сорокиным в его заявлении, к которому были приложены не только копия исповедального письма покойной Раисы Павловны Таировой, но и множество других, заслуживающих внимания документов и свидетельств.
Как выше уже упоминалось, всё это было направлено не только в Генеральную прокуратуру, но и в другие силовые ведомства, а также в редакции центральных газет.
В целом представленных материалов было более чем достаточно, чтобы изобличить Таирова не только в совершении преступления, связанного с организацией целой сети подпольных цехов, но и в убийстве бывшей жены. Чему тоже были предъявлены довольно веские доказательства. А ещё в заявлении Сорокина упоминалась связь Таирова с трагической гибелью студента-химика Самойлова, а также с исчезновением его тетради, где содержались формулы и описания сделанного им изобретения.
Правда, ещё до приезда комиссии, Таиров был предупреждён кем-то из столичных его покровителей. И он даже подумывал скрыться. Но почему-то не скрылся. И тут одно из двух: либо он не видел в этом спасения, либо рассчитывал на защиту со стороны высокопоставленных особ. Как впоследствии оказалось, его надежды были отнюдь не напрасны. 
И действительно, в конечном итоге, ему всё же удалось избежать ответственности. И это при том, что уже в самом начале работы комиссии речь шла о его аресте, с перспективой предания суду. По крайней мере, на этой мере особенно настаивал председатель комиссии, человек уже в летах, ветеран Великой Отечественной войны, у которого вследствии многочисленных ранений несколько пошаливало сердце. Он изначально был настроен самым решительным образом, тем более, что в результате проверки большинство изложенных в заявлении фактов нашло своё подтверждение.
Более того, сразу же после проведённого у Таирова обыска на даче, в ходе которого был обнаружен тайник, а в нём - алюминиевый бидон, доверху набитый деньгами, валютой и драгоценностями, он подготовил постановление о взятии Таирова под стражу.
И вдруг в тот же самый день, ему из Москвы поступило категорическое указание немедленно свернуть работу комиссии и возвращаться в столицу. Причём исходило оно даже не от генерального прокурора - он по сути его лишь озвучил - а из Центрального комитета партии. Одновременно с указанием прозвучала фраза, из которой следовало, что дальнейшая судьба Таирова будет решаться на более высоком уровне.
И всё же председателю комиссии удалось добиться изъятия у Таирова обнаруженных ценностей и обращения их в доход государства.
Тем не менее, Таиров так и остался на свободе, хотя от должности председателя облисполкома он всё-таки был отстранён. Так сказать, до дальнейших указаний. 

Что до самого Сорокина, то он, как выяснилось, почти два месяца прятался на квартире у своего бывшего подследственного, которого в своё время посадил за угон автомобиля. Тот помог бывшему следователю исчезнуть из больницы и тем самым, должно быть, спас ему жизнь.
Сам же Сорокин отлично сознавал, что машина его сбила отнюдь не случайно, а это означало, что и в больнице угроза его жизни по-прежнему сохраняется. И тут на его счастье, оказалось, что в том же отделении, в соседней палате, лежит тот самый бывший его подследственный. Он прослышал об этом случайно от соседа по палате. Тот как раз со дня на день должен был выписаться. 
Однако не будем углубляться в детали. Факт тот, что бывший подследственный вошёл в положение Сорокина и, прибегнув к хитрости, сумел вывезти его на кресле-каталке из больницы и на такси увезти к себе. 
Разумеется, ни майору Ильину, ни его подручным, даже не могло прийти в голову, что зловредный Сорокин скрывается у них буквально под носом, да ещё и в квартире своего бывшего подследственного.
Кстати, тот помог Сорокину в сборе кое-каких данных, а также в отправке в Москву известного заявления. Ну, а то, что за этим последовало, мы теперь уже знаем. 
Но вот, месяца через два после того, как комиссия вернулась в Москву, оставив Таирова на чемоданах, город потрясло событие, наделавшее немало шума.
Дело в том, что в аэропорту, куда Таиров прибыл, собираясь вылететь в Москву, на него было совершено покушение. По слухам, в Москве ему светила должность заместителя министра сельского хозяйства.
И вот, когда он в окружении своей свиты направлялся на посадку, к нему приблизился неизвестный и дважды выстрелил в него из обреза.   
 В результате Таиров был ранен в живот и в руку. В конечном итоге он всё же выжил, хотя некоторое время его жизнь висела на волоске.
Стрелявшего задержали там же. Да он и не пытался скрываться. Им оказался Сорокин Николай Иванович, бывший следователь по особо важным делам. Его доставили в милицию, а через некоторое время поместили в следственный изолятор. Однако состояние его здоровья  было таково, что его почти сразу же из камеры перевели в тюремный лазарет, где уже через неделю он и скончался. Так что заведённое на него дело, в конце концов, пришлось прекратить.
На Таирове же событие в аэропорту сказалось самым неблагоприятным образом. То есть, пока его выхаживали в больнице, там, в Москве, ответственные лица решили, что спешить с его назначением, да ещё и на столь хлебную должность, пожалуй, не стоит. Тем не менее, впоследствии всё же нашлись добрые люди, которые пригрели его в одном из не слишком престижных министерств. Правда, приняли его на унизительно скромную должность, где он, собственно, и просидел до самой, так называемой, перестройки
Когда же она грянула, Викентий Вениаминович сумел вовремя сориентироваться и даже примазаться к главным застрельщикам начавшихся тогда преобразований. Более того, его фамилия, наряду с фамилиями деятелей такого же пошиба, замелькала на страницах газет и зазвучала с телеэкранов. Что неудивительно, ведь он ухитрился заделаться одной из ключевых фигур Народного фронта, а также проводником демократических идей.
  Правда, продлилось это недолго. Уже вскоре его оттуда попросили, когда в кассе главного штаба перестройщиков вдруг обнаружилась пропажа весьма солидной суммы в наличной валюте. И хотя Таиров, бывший в ту пору одним из казначеев, пойман за руку так и не был, все сходились на том, что больше некому. Его тогда же хотели посадить, но, поговаривают, что ему удалось откупиться. Шум никому был не нужен, да ещё и в преддверии выборов, поэтому его отставка прошла тихо и незаметно. Один из журналистов попытался было поднять волну, но уму успели заткнуть рот. Да так основательно, что он ещё месяц провалялся в больнице с тяжёлым сотрясением мозга. А впоследствии он к тому же потерял работу, якобы по причине его профнепригодности.   
Тогда казалось, что уж на этот раз Викентий Вениаминович с горизонта исчез с концами. Так вот нет же, не прошло и полугода, как его фамилия снова прогремела на всю страну. На этот раз в связи со скандальным банкротством одного из столичных банков. В нём, как выяснилось, Таиров возглавлял совет директоров. Тогда же обнаружилось, что банк этот не только отмывал криминальные деньги, но ещё и был замешан в жульнических операциях с бюджетными деньгами, которые чудесным образом оказывались на счетах зарубежных банков. Причём на счетах вкладчиков, имена которых были зашифрованы в соответствии с положениями о банковской тайне.
Разумеется, первым, на кого тогда пало подозрение, являлся как раз таки Викентий Вениаминович. Вследствии чего перед ним реально замаячила тюрьма. Однако он не стал искушать судьбу и дожидаться ареста, а поспешил скрыться за границей, не забыв прихватить с собой довольно кругленькую сумму наличных. 
По мнению сведущих людей, этой суммы ему бы вполне хватило не только на роскошную виллу, - ну, скажем, где-нибудь в Европе, на берегу тёплого моря, - но также и на безбедное существование его и ближайших его потомков. То есть речь шла о многих и многих миллионах в валюте.
 Но, как говорится, сколько веревочке ни виться, а конец всё равно будет. Так и с нашим Викентием Вениаминовичем Таировым. До потомков он так и не дожил. Хотя виллу всё же успел приобрести. И именно на берегу тёплого моря, в одном из живописных местечек. Именно там, на этой самой вилле, и было обнаружено его тело, а также было обнаружено тело его очередной возлюбленной, по слухам, бывшей «Мисс Европы».   
Известия об их гибели молниеносно докатились до России. Правда, известия довольно разноречивые. К примеру, в одной из газет сообщалось, что будто бы Викентий Вениаминович перешёл дорогу кому-то из русской мафии, и в результате, те свели с ним счёты. По другим же сведениям, он стал жертвой возмездия за похищенные им крупные суммы из кассы одной проправительственной партии.
Так или иначе, но в один из прекрасных дней к нему на виллу наведался некто. А после его визита Таиров так и остался сидеть в кресле, с характерной дыркой во лбу. Тело же его возлюбленной лежало тут же, на диване. И вид у неё был такой, как будто она просто спала.

Продолжение: