Понты для приезжих

Александр Аит

Есть люди, которые садятся за карточный стол и сначала смотрят, что им сдали. Дональд Трамп садится и сразу объявляет, что у него козырь. Потом смотрит, кто из игроков дрогнул. Если кто-то уже потянулся сбрасывать карты, можно и в свои не заглядывать.

И ведь работает. Пока один спорит с ним, второй объясняет его слова, а третий уговаривает первого подождать до понедельника, Трамп уже забрал себе половину партии. Все сидят и гадают, что он имел в виду. А он, может быть, к этому времени уже придумал, что будет иметь в виду завтра.

Вот это я и называю гонять понты. Человек демонстрирует такую уверенность в исходе дела, словно остальные уже дали согласие. Причём в этой истории меня занимает не столько сам Трамп. Меня занимает, с какой готовностью серьёзные люди во всём мире принимают его интонацию за политический факт.
Мир за сутки
Во время предвыборной кампании Трамп уверял, что сумеет быстро закончить войну на Украине. На митинге такое обещание ложится идеально. Публика слышит, что сейчас все возятся, тянут и ничего не могут, а вот придёт человек, который знает, кому звонить. В августе 2025 года Трамп встретился с Путиным на Аляске. Они проговорили почти три часа, сообщили о некотором прогрессе и разошлись без соглашения о прекращении огня. reuters.com

Я смотрю на эту историю со своей позиции. Я поддерживаю Россию и считаю, что разговаривать с Москвой о завершении войны необходимо. Поэтому саму встречу на Аляске я считаю важной. Но мне любопытно другое. Когда Трамп обещал быстро закончить войну, он уже знал, на какие условия согласятся Москва и Киев? Или ему просто нравилось, как звучит обещание?

При личной встрече можно выяснить, чего хочет собеседник, где он готов уступить и на каких условиях вообще имеет смысл продолжать разговор. Война добавляет к этому самый неприятный вопрос. Что убедит каждую сторону, что договорённость ей выгоднее продолжения боевых действий? Тут могут понадобиться месяцы переговоров, а слово «быстро» уже прозвучало. Его услышали миллионы.

Мне запомнилась фраза самого Трампа после встречи на Аляске. По смыслу она сводилась к тому, что пока сделку не заключили, сделки нет. Здравое замечание. Ему бы с этой фразы и начинать предвыборную кампанию. Только попробуй собери стадион, если обещаешь людям долгий и трудный разговор с неизвестным исходом. reuters.com
Пошлины и цена грозного голоса
Весной 2025 года Трамп объявил широкие импортные пошлины. Рынки залихорадило. Уже 9 апреля он приостановил повышенные ставки для многих торговых партнёров на 90 дней, сохранив для них базовую ставку в 10 процентов. С Китаем в тот момент давление, наоборот, усилилось. После объявления паузы американские акции резко пошли вверх. reuters.com

Я представляю владельца небольшой американской фирмы, которому надо заказать детали на три месяца вперёд. В понедельник он садится считать себестоимость. Во вторник звонит поставщику. К среде ему уже впору заказать новый калькулятор, потому что старый успел морально устареть. В Белом доме это называется переговорной тактикой. У него в мастерской это называется «какую цену мне ставить клиенту?».

Конечно, пошлины дают Вашингтону реальный рычаг. Доступ к американскому рынку дорогого стоит, и торговые партнёры это понимают. Но посмотрите, как устроен спектакль. Сначала повышение преподносят как проявление силы. Затем снижение преподносят как проявление той же силы. На каждое решение уже готов победный заголовок. Тогда какой результат сам Трамп согласился бы назвать неудачей?

В мае, после переговоров в Женеве, США согласились на первоначальные 90 дней снизить дополнительные пошлины на китайский импорт, введённые в 2025 году, со 145 до 30 процентов. Китай тоже снизил свои ответные ставки. Обе стороны сели за стол и отступили от пиковых цифр. reuters.com

Можно сказать, что давление привело Китай на переговоры. Я бы только добавил, что за тем же столом почему-то оказался и Вашингтон. На мой взгляд, это самая интересная часть истории. У каждой стороны нашлось чем ответить, а цену продолжения торговой войны пришлось считать обеим.
Как целый мир толкует одного человека
Стоит Трампу бросить резкую фразу, и тут же начинается работа. В одной столице выясняют, собирается ли он выполнять угрозу. В другой готовят ответ. В третьей изучают запись, чтобы понять, не было ли в его голосе шутки. И обязательно найдётся человек, который скажет, что Трамп так и задумал, потому что он великий переговорщик.

Иногда действительно задумал. Неопределённость бывает выгодна, особенно когда соперник дорожит отношениями с тобой и боится первым хлопнуть дверью. Но если объяснять хитрым замыслом каждый поворот, то в какой момент вообще можно проверить, был ли замысел? Пошлины ввёл — всех напугал. Пошлины приостановил — всех переиграл. Договорился — добился своего. Разошлись без сделки — значит, готовит сделку покрупнее. При такой системе подсчёта даже проигрывать, должно быть, приятно.

Я живу в Израиле, и мне особенно хорошо знакома разница между политическим заявлением и тем, чего люди ждут от политики. Можно услышать бодрый комментарий о переговорах и обрадоваться. Но вечером всё равно хочется знать, будет ли тихо ночью. Вот вопрос, на который трудно ответить хорошей пресс-конференцией.
Чьи карты у него в руках
Трампу повезло с фамилией. По-английски trump — это и козырь. Для человека, который всю жизнь продаёт своё имя, лучшую игру слов трудно придумать. Но попробуем мысленно убрать фамилию из заголовка. Что останется?

Останутся Соединённые Штаты с их огромным рынком, военной силой, дипломатией, союзами и возможностью причинить серьёзные неприятности тем, кто от них зависит. Всё это даёт американскому президенту сильную руку. И всё это существовало до того, как Трамп сел за стол.

Мне кажется, он особенно ловко присваивает себе вес самой должности. Представьте, что ту же тарифную угрозу с той же интонацией произносит руководитель маленькой страны. Много ли министров по всему миру отменят встречи, чтобы срочно обсудить его слова? А здесь отменят. И к вечеру по телевизору уже расскажут, какой невероятной силой личности надо обладать, чтобы одним заявлением поднять всех на ноги. Хотя министры прекрасно понимают, чьи подписи стоят под таможенными распоряжениями и на какой рынок идут товары их предприятий.

У других игроков тоже есть свои карты. Китай может ответить пошлинами. Москва может отказаться от предложенных условий. Даже союзник, который согласно кивает перед камерами, дома должен объяснить своим избирателям, за что именно им предлагают платить. В этом месте понты сталкиваются с самым скучным и самым упрямым явлением в политике — с чужими интересами.

И есть ещё одна вещь, о которой редко думают, когда восхищаются непредсказуемостью. Чем чаще партнёр меняет условия, тем внимательнее остальные читают мелкий шрифт. Они начинают спрашивать, что будет через девяносто дней, кто поручится за исполнение и сколько стоит зависеть от одного обещания. На ближайшей встрече этот партнёр, может быть, снова всех удивит. Только договариваться с ним уже будут с калькулятором и запасным планом.
Когда камера выключена
Я бы вообще судил о Трампе по тому, что остаётся после его выступлений. После разговора о мире хочется увидеть условия, на которых стороны готовы прекратить огонь. После торговой сделки — понять, какие ставки действуют и на какой срок. Если за громким обещанием появилось соглашение, которое стороны выполняют, я готов признать результат, как бы мне ни надоела манера человека, который его добился.

Но у Трампа есть замечательное преимущество перед теми, кому потом приходится выполнять его обещания. Он может уйти к следующему микрофону. Дипломаты останутся за столом. Люди на войне будут ждать, чем закончится их разговор. Предприниматель снова откроет таблицу и попробует решить, сколько товара заказывать на осень. У каждого из них своя цена той уверенности, которую президенту так легко показать публике.

Поэтому я и говорю, что Трамп не козырь. У него в руках сильные американские карты, и он умеет заставить весь стол смотреть на свою руку. А мне интересно дождаться той минуты, когда карты придётся открыть. Особенно если он к тому времени уже встал из-за стола и пошёл рассказывать, как выиграл.


Рецензии