Ничего не появляется и не исчезает

О существовании и границах нашего восприятия

Мы привыкли говорить, что вещи появляются и исчезают. Человек рождается и умирает, возникает новая звезда, исчезает старая цивилизация, появляется неизвестное прежде явление. Сам язык подсказывает нам, что мир состоит из объектов и событий, имеющих начало и конец.
Но что именно мы подразумеваем под появлением и исчезновением?
Когда мы говорим, что нечто появилось, мы чаще всего имеем в виду, что оно стало доступно нашему восприятию. Мы обнаружили его, увидели, услышали, узнали о его существовании или впервые придали ему определённое значение. Но ведь из этого вовсе не следует, что до момента обнаружения его не было.
Точно так же исчезновение чего-либо из нашего поля зрения ещё не означает прекращения его существования.
Представим, что мы смотрим на окружающий мир через узкий луч света. Всё, что оказывается внутри него, становится для нас видимым. Всё, что выходит за его пределы, перестаёт участвовать в нашем непосредственном опыте. Мы можем назвать это появлением и исчезновением, хотя в действительности изменилось только положение объекта относительно нашего внимания.
Возможно, именно так мы и воспринимаем значительную часть происходящего. Мы принимаем границы собственного наблюдения за границы существования.
Но мир не обязан следовать за перемещениями нашего внимания.
Человек, которого мы давно не видели, не перестаёт существовать только потому, что исчез из нашей повседневной жизни. Место, в котором мы никогда не бывали, не возникает в момент нашего первого посещения. Звезда, которую мы сегодня обнаружили при помощи телескопа, не появилась на небе в тот момент, когда мы направили на неё прибор.
Мы обнаруживаем то, что прежде не было частью нашего опыта, и называем это появлением. Мы теряем из виду то, что прежде присутствовало в нашем восприятии, и называем это исчезновением.
Однако за пределами этих привычных слов происходит нечто иное.
Мир непрерывно изменяется. Формы возникают, взаимодействуют, преобразуются и распадаются. Материя вступает в новые отношения, энергия переходит из одного состояния в другое, сложные структуры сменяются другими структурами. То, что мы воспринимаем как отдельный объект, представляет собой временную организацию множества процессов.
Дерево вырастает из семени, становится взрослым, стареет и погибает. Но его вещества не отправляются в некое абсолютное небытие. Они включаются в другие процессы, становятся частью почвы, воздуха, других организмов. Прекращается существование дерева как определённой формы, но не прекращается история составлявшего его вещества.
Это не означает, что всё сохраняется в прежнем виде. Напротив, всё находится в состоянии непрерывного преобразования. И, возможно, именно это преобразование гораздо точнее описывает действительность, чем привычная нам последовательность появлений и исчезновений.
Мы воспринимаем мир через отдельные формы, потому что так устроено наше мышление. Нам необходимо выделять объекты, давать им имена, определять их границы и отличать один от другого. Это удобно и необходимо для ориентации в действительности. Но удобство такого восприятия не означает, что сама действительность разделена на столь же независимые и окончательно обособленные элементы.
Возможно, отдельная вещь существует не столько благодаря своей неизменности, сколько благодаря ощущению временной устойчивости составляющих её отношений.
Тогда появление нового объекта можно рассматривать не как возникновение чего-то из абсолютного ничто, а как образование новой формы из уже существующих возможностей и элементов. А исчезновение — не как переход в ничто, а как прекращение прежнего способа организации.
В этом смысле ничего не обязано начинаться и заканчиваться так, как это представляется нашему повседневному восприятию. Начало и конец могут относиться к зафиксированным сознанием формам, но не обязательно к самому процессу существования.
Есть ещё одна сторона этой мысли.
Мы склонны считать появлением то, что соответствует нашим ожиданиям, и исчезновением то, что перестало им соответствовать. Мы замечаем перемены, которые способны распознать, и можем не замечать тех, которые происходят за пределами нашего понимания. Иногда явление исчезает для нас не потому, что перестало существовать, а потому, что мы утратили возможность или необходимость его обнаруживать.
Получается, что наше представление о мире во многом зависит не только от того, что происходит, но и от того, что мы способны увидеть, понять и признать существующим.
Возможно, поэтому стоит осторожнее относиться к словам «появилось» и «исчезло». Они описывают не всегда само бытие, а зачастую лишь изменение нашего отношения к нему.
Ничто из этого не является неопровержимым доказательством, что Вселенная вечна или что за пределами доступных нам процессов существует некая неизменная основа. Но это позволяет отказаться от представления, будто всякое начало обязательно означает возникновение из абсолютного ничто, а всякий конец — окончательное исчезновение.
Возможно, мир не столько появляется и исчезает, сколько непрерывно становится другим.
А мы, наблюдая отдельные фрагменты этого бесконечного преобразования, принимаем границы собственного восприятия за границы самого существования.
И, пожалуй, это всё, что нам необходимо помнить, когда мы говорим о появлениях и исчезновениях.

Форма не равна существованию. Прекращение формы не обязательно означает прекращение того, что через неё проявлялось.
Наблюдение не равно возникновению. Обнаружение объекта не является доказательством того, что он возник именно в момент обнаружения.
Изменение не равно исчезновению. Иногда мы просто перестаём узнавать прежнее в его новом состоянии.