Пьер Огюст Ренуар. Радость, которая давалась нелег

Пьер Огюст Ренуар. Радость, которая давалась нелегко.

Он родился в 1841 году в Лиможе, в очень небогатой семье портного и швеи. Он был шестым ребенком. Когда ему было три года, семья переехала в Париж. В тринадцать лет его отдали в мастерскую по росписи фарфора — нужно было зарабатывать. Он расписывал чашки и тарелки, а по вечерам ходил в Школу рисования. Параллельно занимался музыкой с Шарлем Гуно, который прочил ему карьеру певца. Но Ренуар выбрал живопись.

В 1862 году он поступил в мастерскую Глейра, где познакомился с Моне, Сислеем и Базилем. Они стали друзьями. Они вместе голодали. Вместе писали. Вместе искали. Бедность была отчаянной. Он не мог платить за краски. Писал на обрывках холста, на картоне, на крышках от коробок. Однажды не смог заплатить за комнату — и сжег свои картины, чтобы согреться.

Но он не сдавался. Он верил: радость — это тоже искусство. Он писал не то, что видел, а то, что чувствовал.

Бал в Мулен де ла Галетт. 1876 год. Воскресный день. Монмартр. Танцы. Свет. Тени от деревьев. Мужчины в соломенных шляпах. Женщины в платьях. Дети. Смех. Музыка. Жизнь. Ренуар писал ее на пленэре, каждый день, с утра до вечера. Друзья позировали ему. Девушки из Монмартра. Он писал не сцену, а атмосферу. Радость. Свет. Ту самую жизнь, которую он любил.

Завтрак гребцов. 1881 год. Терраса. Река. Лодки. Друзья. Еда. Вино. Смех. Солнце. Тени. Лето. Жизнь. Он писал ее в Шату, на берегу Сены. Там был ресторан Фурнез. Там собирались художники. Там была Алина — молодая швея, которая стала его женой. Она позировала ему. Он писал ее с собакой. С виноградом. С радостью. Это не портрет. Гимн. Песня о жизни, о молодости, о любви.

Портрет мадам Шарпантье с детьми. 1878 год. Салон. Гостиная. Ковры. Шторы. Свет. Мать. Дети. Собака. Тишина. Покой. Тепло. Ренуар писал не богатство. Семью. Ту самую, которой у него не было в детстве. Ту самую, которую он создал в своих картинах.

Болезнь и смерть. В 1890-е у Ренуара начался ревматизм. Боли. Слабость. Паралич. Он не мог ходить. Не мог держать кисть. Он привязывал кисть к руке. Писал. Сидя. В инвалидном кресле. До конца. Он умер в 1919 году в Кань-сюр-Мер. Ему было семьдесят восемь. Его похоронили в саду. Без речей. Без оркестра. Только цветы. Только тишина. Только свет.

Связь с линией. Ренуар взял у Ватто — праздник. У Шардена — тишину. У Моне — свет. И пошел дальше. В радость. В жизнь. В любовь. Он не писал идеал в Библии, как Иванов. Не обличал пороки, как Перов. Не разворачивал драму, как Репин. Он писал радость. Жизнь. Свет. Любовь. Но одно у него общее с русскими художниками нашей линии: он верил, что искусство — это не копия, а открытие. Не повторение, а видение. Он учил смотреть на мир так, как не смотрел никто до него. И после него — уже нельзя смотреть по-старому. Он говорил: я хочу писать женщин так, чтобы они были живыми. Это та самая правда, которую искали русские художники. Только у них она была духовной, а у Ренуара — радостной.