Козырь Трампа Пескова

«Козырь Трампа» Пескова: когда Кремль перекладывает вопросы на Вашингтон
Песков в очередной раз продемонстрировал изящество кремлёвской риторики. Столкнувшись с настойчивыми вопросами журналистов о будущем Украины, он перебросил мяч Трампу — «спросите у президента США». На первый взгляд это дипломатическая формула вежливости, но на деле в ней скрыт нарратив, который намеренно раздувается: стороны конфликта Россия и Украина — лишь фигуры на одной шахматной доске, а настоящий игрок сидит в Вашингтоне. Однако стоит теме сместиться в сторону замороженных российских активов и западных санкций, как кремлёвская «логика перекладывания» перестаёт работать — потому что именно на этих двух вопросах отказывается разжимать хватку тот, кого Вашингтон пытается убедить: Европа.

«Форма» Украины и чья воля

Трамп недавно заявил, что после достижения мирного соглашения Украина будет «немного другой». Песков подхватил: «С географической точки зрения Украина уже другая страна, реальность на земле очевидна». Подтекст прозрачен: территориальные изменения — свершившийся факт, и вместо того чтобы допытываться до деталей, лучше спросить того американца, который вот-вот возглавит переговоры.

Песков также сообщил, что в Абу-Даби скоро состоятся трёхсторонние переговоры Россия–Украина–США, а европейские представители исключены. Сама эта конфигурация — сигнал: Кремль охотно маргинализирует Европу и передаёт ключ к урегулированию в руки Трампа. В этом смысле «спросите у Трампа» — не отговорка, а точное описание текущей переговорной архитектуры — по крайней мере, в той системе координат, в которой мыслит Москва: Америка — единственная сторона, способная сказать решающее слово.

Разморозка активов: Вашингтон хочет дать, Брюссель говорит «нет»

Однако стоит теме сместиться с территории на деньги, как кремлёвский «американоцентризм» натыкается на реальное сопротивление. Из примерно 300 млрд евро замороженных российских активов почти 180 млрд хранятся в бельгийском Euroclear. Спецпредставители Трампа Уиткофф и Кушнер предлагали Европе разморозить часть средств как козырь для продвижения переговоров. Ответ Европы — отказ.

«Им сказали, что этого не произойдёт». Европейские чиновники не желают отдавать контроль над активами и тем более возвращать деньги Москве без военных репараций. Внутри ЕС обсуждают даже создание «плохого банка» для управления этими активами, хотя юридические риски делают эту идею трудноосуществимой. Банк России уже подал иск против Euroclear на 18,2 трлн рублей. Позиция Москвы неизменна: использование этих активов равносильно грабежу.

Это означает: даже если Трамп намерен разменять разморозку активов на прогресс в переговорах, перед ним — стена из европейского права и механизма единогласных решений. Песков может советовать журналистам спросить у Трампа, но по вопросу активов ответ Трампа может оказаться нерешающим.

Санкции: «хорошее решение» Трампа и молчание Европы

Та же асимметрия проявляется и в санкционном вопросе. Трамп недавно приостановил исполнение части антироссийских санкций, назвав это «очень хорошим решением». Замглавы МИД Рябков приветствовал шаг, предсказав, что Европа ответит «криками и насмешками». Действительно, Европа склонна рассматривать трамповскую разрядку как краткосрочную операцию под электоральные соображения, а не как стратегический разворот.

Суть в том, что санкции — система, ведомая США, но без европейского участия она не работает. Трамп может в одностороннем порядке ослабить исполнение, но не может в одностороннем порядке заставить Европу последовать за ним. А позиция Европы сейчас — по крайней мере, по активам и санкциям — жёстче, чем у Вашингтона.

Пределы нарратива «одного хозяина»

Фраза Пескова «спросите у Трампа» примечательна тем, что обнажает избирательную дискурсивную стратегию. Когда речь идёт о территории Украины, Кремль охотно подчёркивает американскую гегемонию — это удобно, чтобы свести переговоры к русско-американской сделке. Но когда тема смещается к активам и санкциям, европейское право вето игнорировать уже не получается.

Реальность такова, что «право собственности» на российско-украинский конфликт не столь монолитно, как намекает Песков. Территориальный вопрос, возможно, и стягивается к Вашингтону, но денежный намертво застрял в Брюсселе. Трамп может оставить след на «форме» Украины, но не может в одностороннем порядке разморозить российские средства в Euroclear и не может заставить ЕС за ночь отменить санкции. Совет Пескова годится для территориального трека, но не для денежного. А в последнем Кремль, пожалуй, как никто понимает: на некоторые вопросы даже Трамп не ответит.