24

Проходя в очередной раз от кустов тростника до заметно потемневшей стены Сокхофа, теперь уже против течения толпы, ребята резко свернули в сторону канала и присели в кустах. Отдышались. Осмотрелись.
Тёмные тени скользили на фоне звёздного неба. Пока ещё красно-фиолетового от неостывшего заката. Кажется, никто на них не обратил внимания.
Разулись. Сандалии сунули за пазухи. Мальчики первыми шагнули в воду. Ирит какое-то время не могла решиться. Но страх отстать от ребят оказался сильнее, и она опустила ногу.
О… Холодно. Глубоковато. Девочка торопливо подхватила полы кутонета.
Вода тихо плеснула. Запахло тиной и сыростью. Под пальцами внизу расползлось мягкое и противное.
Ирит сделала второй шаг.
А ребята уже шептались у решётки.
Виделось смутно. Ирит прищурила глаза. Сначала ничего не поняла, потом показалась тёмный проход, дальше светлело. На воде плясали отблески редких огней.
- Ирит, давай.
Пока рассматривала, мальчики протиснулись через решётку. Теперь держали прутья, расширяя проход для неё.
Девочка немного забеспокоилась – не застрянет ли? Это было бы и опасно, и стыдно. Ребята тощие, загорелые, ловкие. Она же себе казалась неповоротливой и… ну не толстой, а всё же…
Протиснулась. Правда, с трудом. С беспокойством подумала об одежде. Теперь на ней останутся чёрно-зелёные пятна, матери трудно будет объяснить, откуда они.
Но долго об этом думать некогда.
Пригнувшись почти к самой воде, ребята медленно пошли, стараясь не плеснуть. Над головой кирпичи, а там, выше, на широкой стене дозорная дорожка. Мальчики и Ирит ещё днём на ней разглядели стражника.
«А ну как кирпичи на спину посыпятся?»
Девочка чуть повернула голову, стараясь разглядеть, надёжно ли они держатся на своих местах.
Светлело. Где-то впереди были огни, пока невидимые, но вода отражала и освещала потолок.
Кирпичи выглядели очень ненадёжно. Прямо как зубы у старика.
Ирит отвернулась, ускорила шаг.
Стена над головой закончилась резко. Дальше канал тянулся в открытый двор. Мальчики присели в воду, высоко подтянув полы кутонетов. Ирит не решилась так задрать свою одежду, уж лучше пусть намочится. Огляделась.
Тут тоже кусты - неудивительно; возле воды всегда что-нибудь зеленеет. Сквозь ветки видны многочисленные костры, вокруг ближайшего сидят стражники. О чём-то разговаривают.
- Туда пойдём, - ткнул Дан пальцем в сторону колодца. Рядом пока никого, но возле колодца безлюдно бывает редко. Там же тянулись длинные поилки для животных – можно спрятаться.
«Увидят!» – хотела зашептать Ирит, но поздно, Дан уже метнулся к колодцу.
Вот так он всегда. Вечно спешит навстречу опасности.
Ирит оглянулась на Миху. Увидела сосредоточенный блеск его глаз – он наблюдал за стражниками. Уловил момент, рванул вслед за Даном.
Оставшись одна, девочка растерялась. Так ловко пробраться у неё не получится. Она попадётся… Она всё испортит.
Но тут раздался чёткий стук барабана, и караульщики разом подхватились, побежали к воротам.
«Это их так позвали», - догадалась девочка и уже не стала мешкать, с трудом выбралась из воды, поползла на четвереньках к ближайшему кусту, а дальше бегом, согнувшись, к поилкам.
- Молодец, - услышала одобрение от Михи.
Брат ничего не сказал, но Ирит всегда его чувствовала. Он тоже одобрил.
- Вон то здание, про которое говорила та девушка…
Ну да… Похоже… Белые стены и колонны.
- Пойдёмте туда?
Но было поздно. От ворот потянулись только что освобождённые караульщики. Они шли, не торопясь. Ребята прислушались.
- Никогда столько евреев не видел.
- Так это они который день тащатся… Неужели фараон разрешит уйти?
- Уже разрешил.
- А на стройках кто работать будет?
- Найдут кого-нибудь.
- Ага, найдут. Где столько людей найдут?
- Стойте! – от здания с колоннами и белыми стенами вышли два человека.
- Что такое? Мы своё отработали.
- Приказ сына фараона. Никто не уходит.
- Что случилось?
- Казнь. Одной еврейке сто ударов палками.
- Прямо сейчас?
- Да. Немедленно.
- Дайте хоть воды попить.
Притихшие у поилок ребята услышали, как вода зажурчала по желобку.
- Что она сделала? – спросил другой голос.
- Оскорбление власти. Неподчинение… Что-то ещё...
- Кажется, что-то украла. Важное. Принц в ярости. Да ещё отказалась клясться Амону, - помог новый голос.
- Вот … - ругнулся кто-то и сплюнул на землю.
- Но сто палок – это верная смерть.
- Еврейкой больше или меньше… Вон их сколько.
- Пойдёмте… А где готовить место?
- На глазах у «этих».
- У евреев?
- Да…
- За воротами?
- Ну не сюда же их звать.
- Тогда много света надо.
- Пойдёмте разжигать костры.