Записная книжка покойника

18+

Внимание! Текст может содержать сцены курения, упоминания чрезмерного употребления спиртных напитков, сомнительные научные открытия, исторические неточности и другие проявления авторской фантазии.

Предисловие

Собственно, дело случая. Как водится среди писателей с обеднённым Ураном*, скажем просто: однажды среди мусора, который заказчики поручили вывезти из крохотной старой панельки, под ноги попалась общая тетрадь. Покупатели квартиры любезно разрешили выпнуть её за дверь. Это был дневник прежнего владельца, почившего в Бозе при странных обстоятельствах, что, однако, к делу совершенно не относится.

Текст не рекомендуется к прочтению, поскольку с первых строк становится очевидным: писалось сие не для публичного обозрения.

Почерк мелкий, неровный, непонятный. Тетрадка изрядно потрёпана, затоптана, а чернила местами поплыли. Что ж, по мере скромных сил и дефицита времени будем неспешно расшифровывать, а если успеем, то перенесём в цифру.

*Вероятно, автор имеет в виду античного бога, и Уран здесь — это древнегреческое божество первозданного Неба. Иными словами, повествование пойдёт от лица с довольно рудиментарным внутренним миром.

Страница 11

14 мая... Встретил соседа. Переселенец. Он всегда очень приветлив и неизменно с трогательным вниманием спрашивает о моём самочувствии. Обычно у меня ещё нет сил осознать своё состояние после недельного запоя, как он уже интересуется: «Как твой папа? Как твой мама? Как твоя дедушка по отцу? Как твой дедушка по?..»

И вот позавчера я спросил в знак ответной вежливости — как поживает его племя.
Следующие полчаса он рассказывал в мельчайших деталях историю своего славного рода до бессчётного колена — до прадядюшки Агдама.

Весь день я ходил под впечатлением от этой встречи.

И вдруг для меня стало открытием, что родственников я помню смутно и не всех. К моменту возникновения моего интереса к собственной генеалогии мои предки — как и было принято в нашем роду — либо уже умерли, либо были расстреляны. Единственное, что я могу сказать точно: этой древней традиции держались все поколения моих таинственных предшественников как по отцовской, так и по материнской линии.

Мне хотелось всем заявить, что к непомнящим родства отношусь по объективным причинам. Во-первых, в связи с отсутствием денег на почтовые марки. Во-вторых, к ДНК-тесту нет ни малейшего интереса, а также — см. пункт 1.

И вчера я дал ему решительный отпор: не успел сосед открыть рот, как я осыпал его жалобами на все возможные хвори, особенно упирая на болезни мочеполовой сферы. А когда он побежал от меня с криками «помогите», я вслед ему ещё долго вещал в самых жутких красках о череде кончин всей моей родни и потребовал денежного и трудового участия в ритуальных мероприятиях.

Сегодня он прошёл молча мимо, лишь скользнув исподлобья сверкающим взглядом. Отлегло.

Страница 12

18 мая... Если у Бога на вас нет особых планов, вы это почувствуете первым. Не может быть!!!

Неразборчиво. Многократно перечёркнуто.

19 мая... День пионерии. Я был пионером. Клянёмся! Раньше я очень переживал за Павлика, уральского пионера. А теперь, кажется, пришло время подумать и о других Морозовых? Что бы сказал на это дед-красноармеец? Я ведь застал одного героя Гражданской войны — он жил в нашем доме, и на двери его висела табличка с красной звездой.

Теперь, выходит, мы над схваткой. Покойников примирили. А что делается среди живых?

26 мая... Зависть. Сначала меня это удивляло: чему тут завидовать. Теперь я знаю точно: не бывает бесталанных людей, потому что это самый распространённый дар. Это чувство большое и чистое, без примесей — высшей пробы. Когда тебе завидуют в самом незавидном положении, это воистину достойно зависти.

14 июня... Дурацкая суета. Потеряли одноклассника. Лучший ученик. Умница. Сильный. Красивый. Возраст поэта. Запутался в своих дамах, духовных практиках и долгах. Рос без отца — и остался сын.

Нашли далеко за городом. На поминках в перекуре один ляпнул: гордый, мол, был и никому ни о чём не сказал. Да ведь и никто бы никогда не подумал — чтоб это? — ну только не он.

Заехал в лесок, поставил авто на обочине, а перед тем как полезть на берёзку, выпил бутылку, съел шоколадку, по... Теперь буду долго думать, что было лишним.

20 июня... Надежда. Это что-то иррациональное. Почти религиозное. И я, как атеист, должен признать всю зыбкость моего материализма. Я надеюсь. И это заставляет меня продолжать.

Страница 17

1 августа... Нищета? Ничего. Я выше этого. Мои предки оказались ответственными людьми: чтобы я ни в чём не нуждался, они оставили мне в наследство чувство собственного превосходства. Сожительство с ним спасает меня от одиночества. Хотя, признаться, порядком надоело его высокомерие.

3 августа... Уходят близкие. Среди одноклассников не случилось больших художников, писателей, поэтов. Военные, чиновники, бизнесмены, учителя...

И всё же один из них умудрялся в рутине своей профессии находить место для творчества.

Особенно полюбилось ему выражение: человек учится говорить год, а молчать — всю оставшуюся жизнь.

Ветер треплет чёрную ленту на венке. Оказывается, всё гораздо проще.

7 октября... Любовь к отеческим гробам? А не слишком ли часто вы здесь бываете? Если вы не работник кладбища, в ваших мотивах следует хорошенько разобраться.

Скромное захоронение. Владимир Семёнович П., годы жизни. Для него, моего слепого учителя, определение материальной точки в пространстве никогда не было вопросом выбора. Он нащупал пальцем на глянце бумаги строку и аккуратно вывел «двойку» по этой теме. Владимир Семёнович протянул мне зачётку и мудро изрёк: «Никогда не ставьте себя в ложное положение».

Не уверен, что всем хватило жизни, чтобы понять глубокий смысл этих простых слов. На прощание я оглядел старое кладбище. Что ж, пока я ещё не самый плохой ученик Гомера.

Страница 21

31 декабря... Вчера выдали зарплату за сентябрь. Бартером. Я не хотел брать, но выбора не было. И всё равно я поступил не как все — взял только один ящик «Дагестанского». Я знаю, что денег всё равно не видать. Но выпить больше я бы не смог — из еды у меня оставалась только одна коробка шоколада.

По телевизору показывали Кузьмича и его гостей-охотников. Мысли о хозяйке квартиры уступили попыткам уследить за сюжетом. Её красивый чёрный бюстик одиноко стоял на пианино и грустно улыбался. Да, я неудачник. Но ты могла бы прийти на Новый год. Я знаю, знаю — дежурство в больнице. Кстати, я же обещал отдать ей долг за квартиру до праздников.

Отключили свет. Теперь я не узнаю, нашёл ли Кузьмич свою корову. Ну и ладно. Я-то найду. Я потянулся к ящику на ощупь: бывалый холостяк не поставит его далеко от кресла. Очень удобно, что коньяк протекает из непочатой бутылки прямо через винтовую крышку. Нужно только открыть рот — и из темноты откуда-то сверху льётся струйка обжигающей смеси вонючей краски, воды и технического спирта. Только бы не попасть в глаз — всё же хочется увидеть будущее.

За окном радостная суета. Через приоткрытую форточку сюда, на девятый этаж, залетают отголоски чужого счастья и тают в тяжёлой темноте квартиры...

Открыл глаза. Уже четвёртый час. Всё стихло. Синее небо светится от городских огней. Медленно падают снежинки. Они большие и пушистые. Летят, задумчиво кружась, мимо моего окна. И вы тоже мимо.

13 января

Старый Новый год – это не сдвиг календарей. Это последний шанс для реваншиста. Помню 31-го перед курантами я загадал… да и это непременно сбудется. Если только очень сильно захотеть – как в детстве.

Кажется, я пролежал две недели в кровати. Наверное, все же кто-то звонил. С работы. Может и приходил.

Одна бутылка и ящик пуст? Куда делся коньяк.  Кажется, я обменял на две бутылки шампанского. Палёный коньяк на игристое вино? Кто же согласился? Да, у подъезда сидел мужик. Это хорошо. Значит, я был на работе.

Хочется есть. От мысли о шоколаде мутит. Черная головка так же смотрит с укоризной. Сейчас я с тобой полностью согласен. Дома чисто. Значит, она приходила. Да, приходила: в памяти всплывает ее лицо с черными печальными глазами и скорбными морщинками на лбу. Они ее совсем не портят – это такая тихая умная грусть.

В холодильнике салат и картошка с мясом. Сегодня не пью — я верю в чудо. С утра. Ведь я загадал.

Как я сюда попал? Скиталец по квартирам — однажды меня в очередной раз выселили, пока я лежал в больнице. И знакомый врач дал телефон и адрес. Двушка. Ладно, беру.

Помню, на встречу пошёл пешком. В такой одежде я не сажусь за руль. Надел своё пальто из тончайшей английской шерсти — премьер-министр Великобритании забрёл в рабочий посёлок. Зачем-то купил розу. Мой знакомый так описал владелицу квартиры, что я почему-то решил взять.

Встретил у работы. Она много работает. И поэтому ей квартира не нужна. Ну, иногда прийти переодеться и принять душ. Годится, хотя как-то…

Не расслышал? Она преподаватель? А ночью дежурит в детдомах. Понятно. Глаза красивые, усталые, большие. В её облике спокойная уверенность и достоинство. Чёрная смоль волос. Карие глаза. Чуть подкрашены губы.

Почему сутками работает? Сын — закончил консерваторию. Уехал за границу. Но по специальности не берут — вот он и моет в ресторанах посуду за деньги, а играет и поёт пока даром. Маме приходится закрывать кассовый разрыв.

Пока мы говорили, остановился какой-то грузовичок. Из окна выглянул мужчина и, светясь от радости, выкрикнул, дескать, мы такие красивые, что невозможно проехать.

Мы тронулись с грязной весенней обочины в сквер. Да, она симпатичная. Сколько же ей лет?

Что же делать до вечера? Посмотрю на пыльные полки: Стефан Цвейг, Юнг, а вот мой любимец — Кафка. Почитать сказки для взрослых сяду я сюда — в её кресло напротив телевизора у пианино.

Она всё так же смотрит на меня с глянцевой крышки. Может, сыграть что-нибудь? Ноктюрн, например. Нет, что-то и так уже грустно.

Кажется, она позвонила. Нет, точно. Но я забыл адрес. Почему я не записал? Ведь я помнил. Я запомнил каждый звук.

Еду. Коньяк я уже допил. Я не хотел. Но почему-то я понял, что чуда не будет. Что-то подсказало внутри. И я перевернул нераспечатанную бутылку. Кап-кап-кап.

В этот момент все цвета мира насыщаются до предела. Таких красок не бывает. И всё понятно, и всё чувствуешь, и всё хорошо. Но недолго.

Нужно ехать. Таксист нервничает. Я даю деньги вперёд, но он всё равно не знает, куда ехать.

Почему-то я уверен — это её подъезд. Я не знаю, что это за улица. Дом — тем более. Но я чувствую — она здесь.

Этаж... Вот красивая дверь. Странный мужчина. Он стоит в проёме. Видно, что  добрый. Он что-то говорит и протягивает две бутылки. Откуда у него моё шампанское? Хороший мужик. У него шикарные усы. Они немного ему великоваты, поэтому он не может выйти за порог. Он засовывает мне шампанское в карманы пальто.

Я на улице. Всюду движение. Радостные голоса. Смех. Петарды. Идут вюблённые. Они куда-то спешат. Меня поздравляют прохожие. Что я здесь делаю?

Мне нужно идти. Я чувствую, что она где-то здесь. Она меня ждёт. Но почему я не могу её найти?

Ёлочка. Огни и музыка. Кажется, я упал. На меня смотрит Снегурочка. Какие наивные и чистые глаза. Она плачет. Она тоже заблудилась.

Страница 32

26 февраля... Прощёное воскресенье. Всех, кроме одного. Блаженны те, чья совесть девственно чиста, иль у кого её и нету вовсе.

28 февраля... Завтра — день рождения.
Я всю жизнь бегу на вокзал,
Зрю в табло с выраженьем барана:
То всегда и везде опоздал,
То родился не там или рано.

Продолжение следует


Рецензии