Что имеем, не храним...

Никто не будет спорить с тем, что семьи бывают разные – счастливые и не очень, а то и вовсе несчастные. Так уж случается. И создаются они по-разному. Семья Сушкиных Анны и Германа образовалась по любви и вот уже десять существовала в этой самой любви и понимании. А ведь это самое, наверное, главное, для её прочности. Жили, как говорится, душа в душу, не тужили и даже за десять лет по-настоящему и не поссорились. Им завидовали все. Казалось, так будет всегда и доживут они до глубокой старости, и рука об руку уйдут в мир иной. Но…  Не всегда случается так, как кажется и как хочется. Иногда на пути каждого человека и даже семьи попадаются подводные камни, возникают бедствия, волнения там, где и не должно быть, а именно в душах самих людей.

Так вот, всё было тихо, спокойно, мирно… Но случилось как-то Анне заметить, что муж стал иногда задерживаться на работе, ссылаясь на её завалы. Ну что ж бывает… Но почему же он тогда отводит глаза, когда сообщает ей об этом. И это её чистый, добрый, честный Герман… В эти дни он стал приносить запах чужих дорогих духов, а как-то на воротнике его рубашки он заметила легкий штрих помады… И вот тут-то Анна решила поговорить.

А было всё просто. Герман очень любил свою Анну уже спокойной нежной любовью, без всяких всплесков, рутинно и ни о ком другом никогда и не подумывал даже. Посторонние женщины для него просто не существовали, но…Вот-вот всегда случаются какие-нибудь «но». К ним в отдел занесло ветром необходимости приёма нового работника настоящую рыжую бестию по имени Жанна. И… началось…  Фейерверк чувств, эмоций неповторимых, ярких и уже забытых всколыхнула в нем эта рыжая чертовка. И…, конечно же, Герман не смог устоять перед таким напором. Да и как устоишь, если тебя захватил смерч. Вот и он поддался искушению, позволил себя увлечь, и не просто увлечь, а утопить в удивительных ощущениях.

Так уж случилось, когда Анна заметила помаду и решилась на разговор, Герман тоже отважился сказать всё жене. Правда, не факт, что он сам осмелился на такой кардинальный поступок. Не мог он избежать влияния Жанны, которой пора пришла выходить замуж. Ведь все имевшиеся до этого поклонники сбегали, испугавшись такого яростного напора. А Герман был не очень опытен в делах обольстительных, хоть и был женат. Ну да ладно.

В тот день ветер словно с цепи сорвался, завывая за окном, холодные дождевые капли с каким-то остервенением бились в стекла. Герман долго стоял у родного дома, глядя на освещенные окна своей квартиры. Он промок, устал отбиваться от звонков Жанны, которая беспрестанно теребила, желая выяснить, как прошла беседа с женой. 
Повздыхав ещё и потоптавшись, он наконец шагнул в теплый сухой подъезд. Постояв минуту перед дверью, он вошел. Пахло, как всегда вкусным ужином. Анна ждала его и вышла на звук хлопнувшей двери.
–Ой, ты почему так промок! Скорее, переодевайся, – привычно захлопотала она, забыв мгновенно о том, что хотела поговорить с Германом. 
И он…Тоже вдруг не вспомнил о Жанне, послушно переоделся и сел ужинать. И тут раздался звонок. Ох, уж этот звонок!  Если бы не он... Герман бы взял газету и прошел в комнату, а потом бы они с женой стали обсуждать события дня прошедшего. И опять «но». Повздыхав, он ответил уклончиво.
 Анна поняла по странному мычанию мужа, что происходит и вышла из кухни. Герман отправился за ней.
–Понимаешь, –он помялся, –я полюбил другую…И ухожу к ней.
–Ну что ж, – отвернулась Анна и стала зачем-то перекладывать с места на место вещи. На самом деле она не хотела, чтобы он видел, какую боль причиняет ей, – решил, уходи...
–А ты? Ты не обидишься? –засуетился он.
Отвечать Анна не стала.
–А вещи…, – он пошел следом.
-Что «вещи»?
–Ты не поможешь собрать мою одежду, белье?
–Ну уж нет… Сам…Теперь всё сам…


Хлопнула дверь. Наступила тишина. И только веточка березы, понукаемая ветром, постукивала в окно. Анна легла на диван. Сколько времени она так провела, трудно сказать. Слёз не было, мыслей тоже… Вот уже и серый рассвет заглянул в окно, разгоняя мрачные тени. Тени, но не мысли… Наступал новый день, и надо было вставать что-то делать. И дела отвлекли, успокоили, пригласили снова жить. Да, жизнь продолжалась. Надо просто перелистнуть эту страничку и двигаться дальше.  И Анна жила, жила как во сне…Через несколько месяцев она познакомилась с мужчиной. Евгений подвез её домой. Остановившись у магазина, где она никак не могла справиться с полочкой, приобретенной для ванны. Зачем её купила, она не знала, просто та ей приглянулась… Он пожалел Анну, пригласил в машину. А Анна отказываться не стала… Разговорились, она посетовала, что купила себе «порося», а как с ним быть не знает, ведь совершенно не умеет работать с полочками. Евгений опять пожалел и вызвался помочь. И стал помогать и дальше. Он оказался внимательным, заботливым человеком. А вскоре они поженились. 
Прошел год, когда раздался звонок в дверь. Анна не ждала никого. Она открыла. За дверью появился сначала огромный букет алых роз, а из-за него выглянула улыбающаяся физиономия Германа.
–Вот, – протянул он цветы, – нюхай и не плачь, я вернулся!
Анна утратила на мгновение дар речи, а потом просто расхохоталась.
–А что здесь происходит? – это Евгений, услышав смех, выглянул из комнаты.
Лицо Германа вытянулось и стало похоже на лошадиное.
–Надо же, а я и не замечала у него такую особенность, – мысленно удивилась Анна.
–А-а…Вот ты как! – ахнул Герман. –Не успел муж за порог выйти, как ты нового хахаля себе завела… Предательница! –он выхватил букет из рук Анны, – отдай! Нечего таким, как ты, розы нюхать, – он хлопнул дверью.
Правда, уходить сразу не стал. Он ждал и надеялся, что Анна сейчас окликнет, позовет, попросит прощения. Отчего-то в тот момент Герман совсем забыл, что это он её бросил…
Не дождавшись, он вышел в непогоду. Ему нЕкуда было идти. К Жанне не хотелось, да она уже конкретно сказала ему, что ничего у них не получится и пора уже разбегаться.
Он брел просто так, не ведая куда. Дождь липкий, нудный и холодный затекал за воротник. Герман ушел от одного берега теплого и родного, а другой так и не стал таковым. Фейерверки погасли, салютов больше нет и…не предвидится. И хотелось просто человеческого участия, тепла, обыкновенных будней и … кушать. Он вошел в магазин, купил булку и, сев на скамейку, принялся её уминать. Он не заметил, как рядом примостилась какая-то женщина потрепанная и голодная. Она с жадностью смотрела, как он уплетает хлеб. И Герману вдруг стало её жалко, он отломил кусок и угостил хозяйку голодных глаз. Она схватила булку так, будто боялась, что сейчас её отберут , прожевала.
–А ничего горячительного не найдется, – поинтересовалась.
Он качнул головой.
–А деньги? Деньги есть?
Герман кивнул.
–Ну так купи и айда ко мне… Тебе ведь нЕкуда идти, – утвердительно сказала и распорядилась, – покупай и… поживешь пока у меня. Не бойся, у меня своя хата. Там тебя никто не обидит.

И Герман поселился у Тамары.  Хоть там было грязно, воняло кислой капустой, но не капало и было тепло.