Поликсена Соловьева

             Поликсена Сергеевна Соловьева
               
                (1867–1924)

             Из детей знаменитого историка России Сергея Михайловича Соловьева, помимо Поликсены Сергеевны, проявили себя в литературе два ее старших брата: Владимир Соловьев, оказывавший на сестру огромное влияние, был известным философом и поэтом, а Всеволод Соловьев — историческим романистом.
            Поликсена Сергеевна родилась в Москве, росла в интеллектуальной и строгой трудовой атмосфере профессорской семьи, имела доступ к библиотеке отца и увлекалась литературой и искусством. Ранние стихи ее читал бывавший в семье гостем А. А. Фет.
            Несколько лет Соловьева занималась в школе живописи, ваяния и зодчества у И. М. Прянишникова и В. Д. Поленова, училась пению. Печаталась с семнадцати-восемнадцати лет, с переездом в 1895 году в Петербург опубликовала, при содействии Н. К. Михайловского, стихи в журнале «Русское богатство», затем выступала в «Вестнике Европы», «Мире Божьем» и наиболее часто в популярном «Журнале для всех». Псевдоним Allegro (музыкальный термин, обозначающий быстрый темп исполнения), взятый ею, поэтесса объясняла желанием как бы компенсировать сосредоточенную замкнутость своего характера, недостававшую ей энергию.
            В Петербурге у Соловьевой завязываются связи с поэтом Случевским (она бывала на его «пятницах»), с семейством Блока, с Вяч. Ивановым, с Гиппиус и Мережковским.
            Семь лет, начиная с 1906 года, она вместе с писательницей Н. И. Манасеиной издает детский журнал «Тропинка», при котором возникло и издательство. Своей работы в литературе для детей Соловьева (Allegro) не прекращает и после закрытия журнала.
            Написанные главным образом от лица мужчины, стихи Соловьевой традиционны по форме, лишены резкой индивидуальности, полны печали и меланхолии. Их, как отмечал поэт-демократ П. Якубович-Мельшин, окрашивают «мысли, похожие на чувства, и чувства, похожие на мысли».
            Многие из стихотворений Соловьевой как бы намеренно отстранены от грубой и пошлой земной действительности — автор не хочет принять ее такой, какая она есть, но неспособен выйти из круга отвлеченно-мистических представлений.
            Лирический герой стихотворений Соловьевой бесконечно одинок, он не ведает счастья: «Счастья нет, есть только отраженье Неземного в темноте земной».
            Революционные события 1905 года поэтесса восприняла как нечто животворное, но грозное, апокалипсически зловещее. В рецензии на сборник Соловьевой «Иней», вышедший в 1905 году, Блок назвал ее поэзию «тихой», отметив грусть и печаль как существеннейшие черты книги.
            В 1908 году за сборник стихотворений «Иней» Соловьевой был присужден почетный отзыв имени Пушкина и золотая Пушкинская медаль.
            Соловьева оказалась первой, кого Академия наук удостоила этой медали, только что учрежденной по предложению почетного академика П. И. Вейнберга.
            Умерла Соловьева в Ленинграде 16 августа 1924 года.
            Ее стихотворения (в том числе для детей) неоднократно издавались отдельными сборниками. Наиболее известны: первый сборник («Стихотворения», 1899), «Иней» (1905), «Плакун-трава» (1909), «Вечер» (1914), «Последние стихи» (1923).

                Зимнею дорогой

                Морозная ночь... Отлетает клубами
                Дыханье усталых коней,
                Далекое небо мерцает звездами,
                И скрип раздается саней.
                Я еду, и сны, пролетая незримо,
                Меня задевают крылом;
                Мне чудится кто-то далекий, любимый;
                Повеяло прежним теплом.
                Опять невозможное яркой зарею
                Над сумраком жизни горит;
                Я жадно, как прежде, внимаю душою
                Всему, что оно говорит.
                А звезды далёко и тускло мерцают,
                Мороз всё сильней и сильней...
                Седыми клубами во мрак улетает
                Дыханье усталых коней.
               
                <1900>

                Дождь

                Серое небо и черные ели,
                Шум и дыханье дождя...
                Слез удержать небеса не сумели,
                Сумрачный день проведя.
                Вздрагивать влажные листья устали,
                В тягость им капли дождя.
                Вечер задумчив и полон печали,
                В темную ночь уходя.
                Власть полуночной тиши уступая,
                Словно бойцы без вождя,
                Крадутся робко, по крыше ступая,
                Капли ночного дождя.

                1903

                * * *

                Снежным облаком летели
                Бледноликие метели
                Из полночных стран,
                И вздымался, и качался,
                И со стоном рассыпался
                Снежный ураган.
                Но довольно пела вьюга,
                Весть весны на север с юга
                Льется все смелей,
                Дни светлы и необъятны,
                И душе влюбленной внятны
                Крики журавлей.

            
                К  ночи

                Вечер сумрачен и страшен,
                Ночь беззвездная близка.
                Как уступы тяжких башен,
                Взгромоздились облака.
                Гулок моря шум усталый...
                Там, над сизою горой,
                Словно кровью темно-алой,
                Воздух зыблется сырой.
                Всё слышней во мраке зорком
                Чьи-то вздохи и слова;
                Дыбом встала над пригорком
                В страхе черная трава.
                Я иду прибрежьем голым,
                Светлый отдых так далек,
                Леденит стопы тяжелым,
                Мертвым холодом песок.
                И к померкнувшим долинам
                Неотвязно вслед за мной
                С тихим шорохом змеиным
                Ужас крадется ночной.
               
                <1905>

                * * *

                Спит река в бреду своих туманов,
                И над ней, приплыв издалека,
                Словно рати двух враждебных станов,
                Разорвавшись, встали облака.

                Птица вдруг проплакала ночная,
                И опять все тихо и темно.
                Спит земля, но спит не отдыхая...
                Я иду и думаю - одно.

                И, моим смущенным мыслям вторя,
                Тихо бредит спящая река,
                А в небесном сумрачном просторе,
                Побледнев, застыли облака.

                1905

                Мгновение

                Коротки, неуловимы
                Нам сверкнувшие мечты.
                Закрепить их не могли мы,
                Не могли - ни я, ни ты.
                Алой искрой возникали,
                Исчезали без следа
                И мгновением сжигали
                Пережитые года.
                Точно вздох чуть дрогнул звонкий,
                Точно стаял влажный снег.
                Точно ящерицы тонкой
                Промелькнул скользящий бег.