Обманчивые лики ангела. Часть 3. Глава 3

Чрезмерное употребление алкоголя
вредит Вашему здоровью.                18+


Глава 3
 
   В просторном зале ресторана нового отеля "Silver Coast"[1] в этот вечер, казалось бы, не должно быть случайных людей. Георгий организовал приём в честь открытия своего нового отеля и мероприятие, скорее, должно было иметь статус неформальной встречи деловых партнёров или около того, с непринуждёнными разговорами о перспективах сотрудничества, громадьем будущих планов и пережёвыванием деловых сплетен. Неожиданное предложение Жоры пригласить на встречу Елизавету, Андреем было встречено настороженно. Но Георгий убедил его, что Лизу рано или поздно всё-таки придётся вывести в свет, а лучшего момента для тренировки не найти. Селин, довольно долго не мог решиться, но друг заверил его, что на мероприятии никаких левых личностей не предвидится, а за порядочность присутствующих он готов ручаться. Андрей, согласившись, что он в чём-то прав, махнул рукой и дал добро, выставив при этом несколько условий. Во-первых, Георгий не должен заранее оповещать гостей о приглашении Елизаветы; во-вторых, петь она там не будет, как не проси; в-третьих, никакой прессы. Жора против таких условий не возражал, но популярно пояснил, что мероприятие такого рода без прессы обойтись никак не может, заверивши, что он быстренько расскажет телебалаболам про то - про сё и попросит убраться их к чёртовой бабушке, сославшись на то, что приём носит чисто дружеский характер и делать им там совершенно нечего. При всём при том он пообещал выделить в помощь Елизавете свою теперешнюю пассию — Милану, уверив Андрея, что она не даст ей ни заскучать, ни почувствовать дискомфорт.

 Лиза, услышав такой расклад и немного подумав, согласилась, прикинув «почему бы и нет». С Миланой она уже встречалась, успев, правда недолго, но пообщаться. Но и этой короткой встречи было достаточно, чтобы Елизавета проявила к ней симпатию. Её естественная простота во внешности никак не совмещалась со званием светской леди, хотя она, по сути, таковой и являлась, находясь на полном содержании у Георгия Сергеевича. Жгучая блондинка Милана выполняла лишь одну роль — везде сопровождала своего бойфренда и отвлекала на себя внимание докучливых посетителей и гостей, когда у него не было желания или необходимости с кем-либо из них общаться. И с этой ролью она справлялась на отлично. Не смотря на свой цвет волос и связанных с этим людских предрассудков, Мила была совершенно неглупой и очень свойской девушкой, в следствии чего уже через пять минут любой собеседник общался с ней так, как будто, они были знакомы много лет. Отчасти поэтому Лиза и согласилась, не имея ничего против такой напарницы.


***

    Раскрыв двери в зал ресторана, Андрей учтиво пропустил дочь вперёд. Лиза неуверенно вошла и остановившись, начала искать Милу, в тоже время осматривая посетителей, пытаясь предугадать, что от кого можно ждать. Она даже немного удивилась, что практически никто не обратил внимания на вновь вошедших, хотя это было предсказуемо, поскольку Георгий специально не объявлял о приглашении особой гостьи. Лишь пара женщин в дальнем углу, обернувшись ко входу и явно узнав Елизавету, начали активно перешёптываться и пытаться заинтересовать вновь прибывшими какого-то грузного дядьку, беседующего по мобильному. Дядька мельком взглянул в сторону Селиных, безразлично махнул рукой и отвернулся, вернувшись к своей беседе.

  Милана сидела за столиком на двоих и отвлёкшись на разговор с официантом, слегка упустила момент появления Елизаветы и Андрея. В следующее мгновение она вскинула руку, привлекая внимание новых гостей и встала из-за стола, приглашая пару проследовать к ней.

 ¬¬¬¬¬— Андрей, позволь я украду у тебя Лизку, — попросила она Селина. — Пока то да сё, расскажу ей «ху из ху», да и так… разговорю её, чтобы держалась поувереннее. А то, смотрю, непривычно ей…

 — Они что, как будто и не заметили нас?..— поинтересовался он. — Или правда не узнают?..

— Нет, нет. Это что-то типа правила такого, пока не представили — не суйся. Сейчас Жорка минут через пятнадцать подтянется и начнётся… аллилуйя, — озорно хихикнула она и протянула руку, указывая на фуршетный стол. — Иди, пока, проглоти чего-нибудь.

 Андрей недовольно кашлянул, поджал губы, но послушался её и направился к столу с разнообразными закусками, расположенному посреди зала.

 — Если честно, не понимаю, что я здесь делаю, и на кой сдалось это моему отцу именно сейчас, — недоумённо произнесла Лиза, теребя коктейльную трубочку в бокале с мохито.

— Ты медийная личность, Лизок, хочется тебе этого или нет, — со вздохом ответила ей Милана. — И поверь, данное общество не самое ужасное, с которым тебе придётся столкнутся. Раз уж ты выбрала себе такой род деятельности, то привыкай.

— Выбрала на свою бо;шку, — тихо ухмыльнулась Лиза и, выбросив на скатерть трубочку из бокала, отхлебнула освежающе-мятный напиток.

— Ну да ладно, пока не приехал Жорик, расскажу тебе немного о присутствующих… — начала было Мила, но Елизавета перебила её.

— Расскажи-ка мне вот об этом толстячке, — она махнула головой в сторону того грузного важного мужика, который в момент появления Селиных выразил своё полное безразличие.

— О, какая у тебя интуиция, — хмыкнула Милана. — Представь, это действительно тот человек, который может доставить проблемы. И кстати, он не верит, что ты поёшь своим голосом.

 От этих слов Елизавета вдруг поперхнулась и недвусмысленно посмотрела на неё.

— В сущности Николай Петрович — человек безобидный, очень даже общительный и незлобный, — продолжила она. — Но стоит ему замахнуть хотя бы пару рюмок, и… но ты не паникуй, подруга, — поспешила успокоить Елизавету Мила, увидев растерянность в её глазах, — будем надеяться, что Ольга — его супружница — не позволит ему распуститься. Она умеет держать его в рамках.

— Странно, что так немного ему надо с его-то весом. Зачем же Георгий приглашает его, если он такой шебутной? — удивлённо спросила Лиза.

— О-о-о. Без него у Жоры ничего бы не было, — принялась объяснять блондинка. —  Он не последний человек в Госконтроле и обеспечивает, чтобы у Жорки всё было чики-пуки… конечно не за так.

— Ты меня заинтриговала, Мил. — В глазах Лизы промелькнул неподдельный интерес. — Расскажи мне об этих персонажах поподробнее.

— В лёгкую.

 Приготовившись рассказывать, Милана откинулась на спинку стула, скрестив руки на груди. Лиза же, не спеша потягивая мохито, следила за парой, изредка переводя взгляд на других присутствующих.

— По большому счёту Ольга здесь представляет больший интерес, чем Николай. Мне кажется, если бы не она, он бы давно ушёл в разнос. — Она взяла с вазочки шоколадную конфету и тут же отправила её в рот. — Простушка, можно сказать, деревенщина, сумела вырваться в высшее общество. В юности умом не отличалась, училась из рук вон плохо. Настолько плохо, что ушла из средней школы со справочкой. Правда при её внешности она могла бы совсем туда не ходить. — Она наклонилась к Лизе и полушёпотом произнесла. — Если бы ты видела, какая она была красавица в молодости, м-м-м, — протянула Мила. — Зашатаешься. Она показывала мне свои школьные фото…

— Да она и сейчас ничего, — заметила Елизавета.

— Ну да, обабилась только, — согласилась подруга. — Возраст, всё-таки. — Она отпила из бокала и продолжила рассказ. — Так вот, познакомилась она в Москве с итальянцем, у которого сеть ресторанов по всей Европе.  Вышла за него замуж, родила ему двух деток, жили «не разлей вода», и… потом что-то пошло не так. Развелась, оставила ему детей, благо они уже взрослыми были, получила от него кое какие отступные и вернулась сюда — домой к маме. — Она вздохнула, как будто рассказала не чью-то, а свою историю жизни.

— А этот-то пузатик как её зацепил? — с неподдельным любопытством спросила Лиза.

— Познакомились в ресторане каком-то, — спокойно продолжала Милана. — Я же тебе говорила, что мужик он неплохой и очень общительный. Сидел он там с друзьями, байки травили, анекдоты… А она сама к нему подошла… пригласила на танец, ну а там… слово за слово. — Она ещё пригубила бокал и с лёгкой улыбкой посмотрела на Елизавету. — Ну а чё, она — женщина не бедная, да и при внешности; он — интересный собеседник, весёлый, обходительный, да и должность опять же… ну а фигура?.. тут, как говорится, на вкус и цвет все фломастеры разные… А про эти его причуды она уже гораздо позже узнала…

— Послушай, — вдруг оборвала её Елизавета и посмотрела ей в глаза. — Откуда ты столько всего про всех знаешь?

— А они сами рассказывают. — Милана тихо засмеялась и опустила взгляд. — Надо то, только найти общий язык, а там… — она с хитрым прищуром посмотрела на Лизу. — Я ведь с любым могу сладиться, хоть с бомжом, хоть с учёным. — Она вздохнула и посмотрела куда-то в потолок. — Дар у меня такой. С детства. Это как у тебя — голос, а у меня — искусство общения с людьми…

 За своей долгой беседой с Лизой Милана не заметила, что Георгий до сих пор отсутствует, хотя должен был уже давно появиться на самим собою же организованном мероприятии. Да и присутствующие, уставшие ждать представления новых гостей, конечно-же узнанных всеми, стали потихоньку подходить к столику, где сидела Елизавета и задавать пока не навязчивые вопросы. Селин, увидев начавший проявляться интерес к её персоне, покинул общество своих собеседников, с которыми уже успел здесь познакомиться, и устремился на помощь к дочери, чтобы уберечь её от ненужных расспросов.

— Куда это Георгий запропастился? — немного взволнованно обратился он к Милане.

— И правда, давно уже должен был быть, — как-бы спохватившись, она мельком взглянула на свои часики и принялась искать его номер в смартфоне.

 То, что произошло в следующие мгновение, не мог предвидеть никто. Послышался звук небрежно отодвигаемых стульев и к столику Селиных очень неуверенной походкой, расталкивая грузным телом попадавшихся на пути гостей, начал приближаться Николай Петрович. Видимо, в какой-то момент Ольга потеряла бдительность, чего было достаточно, чтобы чиновник смог употребить положенную для начала бучи, а возможно и гораздо большую порцию спиртного.

— Так, нука, чё тут за интересный междусобойчик наметился, — заплетающимся языком бурчал Николай.

 Дойдя до столика, он уставился осоловелыми глазами на Елизавету и, немного прищурившись, некоторое время смотрел на неё. Мила перестала набирать в смартфоне телефон Жоры и растерянно смотрела то на чиновника, то на Лизу.

— А, чудопевица! — икнув и зашатавшись, выдавил из себя Николай. — Ну ты спой чё нить. Давай!

 Лиза смятенно посматривала то на него, то на отца, который тоже опешил и не мог проронить не слова, то на окружающих. Первой из оцепенения вышла Милана.

— Ну всё, понесли ботинки Митю, — недовольно пробормотала она и, быстро выпорхнув из-за стола, устремилась к Николаю. —  Николай Петрович, — взяв его под локоть, склонилась она к нему, — ну послушайте, ну не место здесь. Она же не ресторанная певица. Ей простор нужен…

— Чё?! Это не место? — повернувшись к ней, возмутился чиновник, и обдал бедную Милу спиртным амбре, от которого она с отвращением поморщилась. — Какой такой простор?! Да ты скажи сразу, что нет у неё никакого голоса, под фанеру она мычит там себе… — Тут он обернулся к остальным. — А вы тут чего развесили уши? Поёт она, мля… Чё я не знаю, шта-а… — Он зло посмотрел на Лизу, пошатываясь и держа перед собой кулак. — Шта щас любой голос кампютером сделать можно… — Покачиваясь, он вновь повернулся к залу. — Да не может быть у девки такого голоса! — начал он размахивать своим кулаком, уже преобразовавшимся в фигу, перед лицами присутствующих.

— Уважаемый, позвольте, что Вы о себе возомнили?! — грубо одёрнул его, наконец отошедший от ступора, Селин. — Кто Вы такой, чтобы Вам что-то доказывать?..

— Кто я такой?! — продолжал беситься чинуша. — Я — зритель, который не желает, чтобы его нае…ли! — Он с силой ударил себя в пухлую грудь. — А вот ты кто?!

— Никого она не обманывает! — не ответив на вопрос, закричал Андрей, сжимая кулаки.

— Тогда пусть поёт, бл…! — уставившись на Селина, выкрикнул Николай и, устремил в сторону Лизы руку с толстым, как сосиска, указательным пальцем. — А не то я устрою вам концерты… Будете мне тут народ разводить…

— Всё! Хватит! — громко крикнула и вскочила со стула Елизавета, поняв, что дело движется к драке. — Хватит! Если уж так просит уважаемый гость… — она, поперхнувшись, прервалась. —  Если уж так просит уважаемый гость, я спою. Только пеняйте потом на себя! — она зло посмотрела прямо в опьянелые глаза дебошира, притихшего от такого напора юной особы.

— Лиза, не надо! Ни вздумай! — пытался было остановить её отец, но она раздраженно махнула в его сторону рукой и, опустив голову, приготовилась петь.

 В зале воцарилась мертвая тишина. В следующий момент, как будто из далека, послышался тихий прозрачный голос, словно кто-то не пел, а робко прикасался к струнам. С каждой секундой этот чистый голос всё сильнее обретал выразительность. Зал утонул в переливах голоса и мелодии. Казалось, что песня неслась из недостижимой глубины, вдруг ставшего необъятным, зала. Это была чудесная песня! Светлая, нежная и лиричная, словно из доброй сказки. Она лилась, как теплый дождь на застывших в упоении слушателей, звучала торжественным гимном любви и жизни. Голос Лизы то усиливался, то ослабевал, не давая чувствам присутствующих ни малейшей передышки.
 
 Песня оборвалась, но какое-то мгновение всем вокруг еще виделась та яркая картина, нарисованная образами, рожденными ей и которая долго стоит перед глазами, если опустишь веки.

 Елизавета сама не своя смотрела на присутствующих через застлавшие глаза слёзы обиды. Она видела размытую фигуру Ольги, спешащей от входа в зал, и начавшей пробираться сквозь стоящих, зовя кого-то. В следующий момент она увидела, что Николай, несуразно подкосив ноги и схватившись за сердце, медленно оседает по колонне, к которой он прислонился, когда с надменным выражением лица приготовился её слушать. Испугавшись, Лиза как-то отчаянно негромко вскрикнула и выбежала из зала в дверь, ведущую на кухню.



***
               

 Присутствующие, еще несколько мгновений находившиеся в оцепенении, начали приходить в себя и сразу же, увидев Ольгу, склонившуюся над мужем, поспешили помочь ей. Ни Андрей, ни Милана в суете не сразу заметили отсутствие Елизаветы и после прояснения ситуации с состоянием чиновника, начали искать её взглядом. Но ни в зале, ни на улице, куда в скорм времени выбежали они, её не оказалось.

— Её надо во чтобы то ни стало найти, — тревожно обратился Андрей к Миле, помня недавний инцидент во Владивостоке. — И Жора — почему он так и не появился? — скорее у себя самого, чем у неё, спросил он.

 Ко входу подкатила скорая помощь, мигая гирляндой своих огней. Двое медиков скрылись за дверями ресторана, сопровождаемые кем-то из присутствующих. Немного погодя, Селин последовал за ними. Когда он подошёл к окружившим Николая людям, медики уже закончили колдовать над ним и успокаивали окружающих, уверяя, что всё с ним в порядке. Навстречу Андрею из толпы вышла Ольга.

— Простите меня великодушно, но это случилось так непредвиденно… — поспешил оправдаться он.

— Да что вы, это Вы его простите, — не преминула успокоить его Ольга. — Да даже не его — меня простите. Понёс меня дьявол на эту внезапную неотложную, мать её, встречу. Понадеялась на товарищей его, думала — не дадут ему сорваться. Ага, как же, разбежались.

— С ним всё в порядке?

— Не волнуйтесь, всё хорошо… — ответила она, и пошла за медиками, которые сопровождали двух мужчин, ведущих чиновника под локоть в направлении выхода.

 Селин ещё раз бегло осмотрел зал в надежде увидеть дочь и обратился к подошедшей к нему Миле:

— Через двери на улицу она, похоже, не выходила — охрана её не видела. Я на ресепшен, может там её видели.

— А я на кухню загляну, она могла и туда сбежать, — предложила Милана, и Андрей одобрительно кивнул в ответ.

 Пройдя по небольшому коридору, Мила зашла в горячий цех, воздух которого был наполнен ароматами свежеприготовленных блюд, так и не понадобившихся на сегодняшнем мероприятии. Шеф-повар за плитой со скучным лицом жарил что-то на сковороде, скорее всего уже для себя, а не для кого-то. Она хотела было спросит у него, но тут из подсобки выскочила посудомойка Зуля и чуть не столкнулась с ней. Мила тотчас переключилась на неё:

— Зуля, не видела девушку в лёгком бирюзовом платье?

— Да, видель, — кивая головой, ответила Зуля на плохом русском языке, махнув рукой в сторону служебного входа. — Давно туда побежаль, быстро так… Это она пель?

— Спасибо Зуля, — не ответив на вопрос, бегло поблагодарила её Мила и поторопилась вдоль залов кухни к коридору, ведущему к выходу во двор.

 Отворив дверь в залитый солнцем дворик гостиницы, она осмотрелась и готова была пройти к будке охраны у шлагбаума, но её отвлёк звук оповещения о сообщении в мессенджере. Прочитав сообщение выражение лица её приняло сначала изумлённый и в следующее мгновение встревоженный вид.

— Ой, ничего себе! — вскрикнула она и забежала обратно.

 В зале её встретил взволнованный Селин.

— Ну что? — спросил он.

— Да, она через кухню убежала. Извини, Андрей, я ухожу — Жорка в больнице, — возбуждённо ответила она. — У него приступ острого аппендицита, оказывается, случился, вот он и не пришёл. — Она положила руку ему на плечо. — Ты, тогда иди, там у охранника в будке спросишь, видел ли он её, а я к Жоре. Всё давай, пока.

 Она схватила сумочку, до сих пор висевшую на спинке стула и поспешила к выходу.


***

 Андрей вышел из двери кухни во двор. Чириканье воробьёв заглушало далёкие звуки перфоратора, всё ещё производящих отделку некоторых помещений гостиницы, строителей. Он посмотрел в сторону выезда со шлагбаумом, но потоптавшись немного, сам не зная почему, вернулся в помещение кухни. Поздоровавшись с кем-то из поваров, проходящим мимо, он неспешно начал обходить кухонные закутки. Толи всех отпустили домой в связи с сорвавшимся мероприятием, толи персонал разбрёлся по своим делам, но кухня выглядела необитаемой. Только издали доносился звон перебираемой посудомойкой посуды. Заглянув в очередную комнату, Андрей увидел совсем молодого паренька в белом халате, живо нарезавшего овощи на разделочном столе. Поварёнок даже не обернулся в сторону Андрея, но ему показалось, что он как-то странно замялся.

 — Привет, — тихо поздоровался Селин и не торопясь пошёл вдоль стеллажей с утварью и холодильников.

 В следующий момент паренёк мимолётом посмотрел в дальний угол комнаты, где между столом и стеной был небольшой промежуток. Когда Андрей не мешкая заглянул туда, у него вырвался нервный смешок. В этом тесном пространстве, на перевёрнутом алюминиевом баке с надписью «мытые овощи» сидела его дочь и с аппетитом уничтожала бургер, явно не первый, судя по блюду, стоявшему рядом на полу.

— А, папа, — вздохнула она и продолжила трапезу. — Вот, заедаю стресс. Там ведь шиш накормят, — она мотнула головой в сторону зала.

— Да-а, навела ты шороху, — ухмыльнулся отец. — Выход в свет, лучше не придумаешь.

— Они сами виноваты, я здесь причём? — буркнула дочь и положила остатки бургера на блюдо.

— Ты хоть спеть-то могла что ни будь другое. Зачем «Призрачный шедевр» спела? Нам её послезавтра на концерте как премьеру представлять, — с укоризной посмотрел он на неё. — Теперь уж это и не премьера вовсе. Могла бы хоть дебютную свою «Снилось мне» спеть…

— Да что первое в голову пришло, то и спела. Какая разница, — без тени вины прервала его Лиза и тут же спросила. — Что там с Николаем Петровичем-то?..

— Да ничего, всё обошлось, — выдохнул Андрей. — Может хоть уроком ему будет.

— Ага, как же, — усмехнулась Лиза.

 Андрей с улыбкой покачал головой и протянул ей руку.

— Ладно, герой дня, пошли. Нам домой надо.









[1] Silver Coast (англ.) – серебряный берег.



http://proza.ru/2026/11/09/873