Крутящий момент. Глава 17

ГЛАВА 17. ХОЛОДНЫЙ ДУШ

Когда я проснулся, я вполне отдавал себе отчет, где я и кто я такой. Не мог только понять: день сейчас или ночь. Тусклый свет ночной лампы с трудом разгонял мрак моей временной комнаты. Наверное, за мной все же присматривали, потому что, как только я продрал глаза и сел на кровати, дверь открылась, и в помещении зажглись лампы дневного освещения. Я, конечно, зажмурился, поэтому не сразу понял сколько человек вошло в мою камеру: трое или четверо. «Пожалуй, все-таки трое. – Дошло до меня секунд через десять, когда глаза чуть привыкли к свету. – Директор, на этот раз в темном костюме с пиджаком и галстуком, еще один тип в светло-песочной форме с непонятными нашивками, и женщина врач в белом халате.

– Ну, и напугал же ты нас, Питер. – Услышал я голос директора. На его высоком лбу выступила испарина, серые же глаза глядели вполне по-доброму. – Ты всегда так крепко спишь, что тебя невозможно добудиться?

– Вы сами сказали, мистер Бройль, что я могу спать, сколько хочу. – Поспешил я ему напомнить, не понимая, в чем проблема.

– Да, я так сказал, – не стал он отрицать. – Но это же не значит, что можно отключиться больше чем на сутки и не реагировать, когда тебя пытаются теребить.

                Я удивленно огляделся. Я сидел на полностью застеленной кровати, моя верхняя одежда оказалась аккуратно сложена на стуле, а ботинки стояли на полу. Значит вчера, когда я уснул, меня раздели и уложили в постель, а я даже ничего не заметил.

– Сколько сейчас времени? – Спросил я, хватаясь за свои брюки.

– Шестнадцать часов, десять минут по местному времени. – Ответил мне тот второй тип, с которым я еще не был знаком.

– Это мисс Кэтрин – наш врач. – Представил мне директор молодую блондинку, тут же растянувшую свои пухлые губы в улыбке. Ее блондинистые локоны выбились из-под медицинской шапочки и торчали, будто змеи на голове Медузы Горгоны. – А это, – Бройль кивнул на своего второго спутника. – Твой наставник – мистер Холлидей. Он покажет тебе лагерь, познакомит с распорядком. В общем, если у тебя возникнут какие-либо вопросы, или проблемы, ты можешь обращаться непосредственно к нему.

                Этот улыбчивый тип мне совсем не понравился. Жесткий взгляд, упрямый подбородок, аккуратно уложенные светлые волосы, форменный китель, застегнутый на все пуговицы. «Явный заучка, лучший ученик в классе, привыкший побеждать, ненавидит компромиссы, достанет всех и каждого. Вот с ним у меня будут проблемы. – Сразу понял я. – Неуступчивый, принципиальный, слишком требовательный к себе и другим. Он чересчур серьезен, да не введет в заблуждение его фальшивая улыбочка, призванная лишь усыпить бдительность. – Я моментально поставил ему диагноз. Такие люди, дорвавшиеся до власти, как правило, портят жизнь себе и другим в полной уверенности, что совершают благое дело. С такими проблем не оберешься».

– Я Питер. – Представился я, смерив его настороженным взглядом. – Здесь я по чистому недоразумению, и у меня не может быть никаких проблем. Проблемы могут быть только у вас. Если вы, конечно, их сами захотите. – Заранее предупредил я.

– Мы примем это к сведению, Питер. – Поспешил заверить меня Бройль, вероятно, не желая вступать со мной в перепалку, и добавил. – Прежде чем мы выпустим тебя из изолятора, тебя должен осмотреть наш доктор.

– Ну, уж нет. – Категорически воспротивился я, вдруг внезапно вспомнив, что по моему несчастному организму разгуливают несколько миллионов нанороботов, сооружая непонятно что. Вдруг медосмотр это обнаружит?

– Что тебя смущает, Питер? – Удивленно заметил директор. – Мисс Кэтрин – прекрасный врач, она отлично справляется со своей работой. В чем дело?

– А вы уверены, мистер Бройль, что у нее достаточно опыта? Лично я не уверен. Наверняка она только вчера окончила медицинский, и в ее дипломе полно троек.

– С чего ты так решил? – Обиделась докторша. Целая гамма чувств отразилась на ее кукольном личике: от обиженного недоумения до глухого раздражения, тщательно скрываемого, но все равно заметного. Не думал, что мой пробный выстрел об оценках достигнет цели. Хотя, справедливости ради следовало заметить, троек в ее дипломе наверняка не было, иначе бы она залилась краской от стыда. Скрывать истинные эмоции мисс Кэтрин явно не умела. – Ты что, Питер, боишься врачей? – Пристыдила она меня. – Мне уже пришлось осматривать тебя вчера, когда мистер Бройль не мог понять спишь ты или впал в состояние комы. Как ты сейчас себя чувствуешь? – Она присела рядом со мной на кровать и коснулась своей холодной рукой моего лба.

– Хорошо я себя чувствую. – Грубо ответил я. – И если бы я так сильно не хотел есть, вряд ли бы я вообще проснулся.

– Мне кажется у него температура. – Мисс Кэтрин подняла свой озабоченный взгляд на директора.

– Нет у меня никакой температуры. – Заявил я, не давая директору коснуться моего лба ладонью. – Вот пристали!

Меня снова уложили в постель, и минут пять докторша водила надо мной диагностом, пытаясь определить мыслимые и немыслимые болезни, которые скрывались внутри моего голодного организма.

– Я есть хочу. – Напомнил я этим экзекуторам, что держали меня, не давая дернуться под рукой докторши.

– Вроде все в норме. – Наконец вынесла она свой вердикт, внимательно посмотрев данные на приборе. – Температура тоже нормальная. Странно. Еще минуту назад его лоб буквально пылал.

«Проделки нанитов. – Моментально дошло до меня. – Они даже могут изменить состав моей крови, не говоря уже о терморегуляции. Каких еще сюрпризов ждать от незваных гостей, устроивших горячую вечеринку в глубине моих внутренностей? Об этом хотелось не думать».

– Возможно стоит подержать его в изоляторе еще пару дней. – С готовностью предложил мой новый наставник. Наверное, он уже представил, что ждет его, если к куче тех отморозков, за которыми он присматривает, добавить еще и меня – личность совершенно непредсказуемую. Вряд ли ему покажется мало. Желал ли он оттянуть момент моего появления в группе его малолетних бандитов, я не знаю. Но директор пресек на корню эту весьма плодотворную идею:

– Я думаю, в этом нет необходимости. – Слова мистера Бройля пролились бальзамом на мое истерзанное невзгодами сердце.

– Я просто понаблюдаю за ним недельку. – Предложила мисс Кэтрин. – Малейшее изменение его состояния, и мы вернем его в изолятор.

На этом они и порешили.

– Забирайте его, Холлидей. Он ваш. – Объявил директор. – Если будут проблемы, где меня найти, вы знаете.

Строгая докторша и мистер Бройль развернулись и ушли, а мы с моим новым наставником остались одни.

– Так ты уверен, Питер, что у нас с тобой должны быть проблемы? – Пристал ко мне Холлидей. Неужто он воспринял всерьез мою браваду? – Я попытался сесть на кровати, он повалил меня обратно. Я снова приподнялся, он опять заставил меня рухнуть на подушку. – Ты мне не ответил. Так у нас будут проблемы? – Он нависал надо мной, как ангел возмездия, и не давал возможности встать. «Он что, решил меня разозлить? – недоумевал я. – Или вздумал просто покуражиться, пока не видит директор? А может это такой новомодный метод воспитания? – Мысли вихрем проносились в моей голове». – Так как насчет проблем, Питер? – Снова услышал я, когда он в очередной раз толчком в грудь опрокинул меня на постель. Но на этот раз я успел перехватить его руку и вцепиться мертвой хваткой. Одним рывком он с легкостью поднял меня на ноги. Я вскочил на пружинящую кровать и моментально принял боевую стойку. Сейчас я был вровень с наставником и мог победить его в открытой схватке. Но сражаться со мной в его планы не входило. – А ты достаточно ловок. – Заметил он, перехватывая мое запястье.

– Отстань от меня, придурок. – Процедил я, пытаясь вырваться. Не тут-то было. Бить первым я не хотел, а физических сил у него явно было больше. Отпускать же мою руку он не собирался. – Ты напрашиваешься на неприятности. – Прошипел я и провел один из отцовских приемов по освобождению от подобных захватов. Кольцо, сжимающее мою руку, исчезло, а Холлидей то ли отлетел от меня метра на полтора, то ли отпрыгнул сам, ожидая мой весьма предсказуемый маневр.

– Какой ты молодец, Питер. – С улыбкой сообщил мне мой соперник, снова приближаясь ко мне на расстояние вытянутой руки, моя маленькая победа его явно не обескуражила. – Продолжим битву или пойдем сначала в столовую? А то у тебя не хватит сил и дальше продолжать в том же духе. Ты, кажется, хотел есть?

– А ты, придурок, кажется, струсил? – С кривой ухмылкой поинтересовался я. – Что? Привык драться лишь со слабаками?

Ответом мне был весьма подлый прием. Холлидей, не тратя времени на разговоры, просто-напросто выдернул из-под моих ног покрывало, на котором я стоял – такой весь воинственно настроенный и жаждущий крови. Естественно, удержать равновесие было довольно проблематично. И я снова упал на кровать. Мой соперник моментально подсуетился, схватил меня в охапку вместе с покрывалом и куда-то поволок. Через несколько секунд, когда на меня обрушился холодный душ, я понял куда.

Не помню, что я при этом орал. Наверное, что-то весьма нелицеприятное для Холлидея, потому что он не спешил прекратить эту экзекуцию. Возможно, он вознамерился меня утопить или остудить мое горячее желание непременно поквитаться с ним, а может ему нужно было время, чтобы успокоиться самому. Не знаю, о чем он думал. Только через некоторое время вода потеплела, и он снял с моей головы покрывало, мешающее мне видеть, что, в конце концов, происходит. Конечно, этот придурок впихнул меня в душевую кабинку, одной рукой удерживал там, пресекая всяческие трепыхания, а другой, держа распылитель воды, методично поливал меня, будто я был цветочной клумбой.

– Очень остроумно! – Сверкнул я в его сторону глазами. Моим взглядом, наверное, можно было прожечь бронированную дверь. Я освободился, сбросив дурацкое покрывало. Но продолжать бой было уже поздно. Я стоял в насквозь промокшей одежде, весь мокрый с головы до ног, на меня продолжала литься вода, правда, не холодная, а обычной температуры. А тут еще этот идиот выдавил на мою голову полтюбика мыльного концентрата, и я начисто забыл о предстоящей драке и принялся смывать эту липкую, резко пахнущую гадость, которая первым делом полезла мне в глаза. – Я тебе это припомню, Холлидей! – Проорал я угрожающим тоном.

– Ты тут, Питер, плескайся пока. – Заявил он мне невозмутимо, будто не слышал моих угроз, повесил душ обратно на стойку, направив воду на меня, и отпустил мое плечо. – Я подожду тебя снаружи. Сухая одежда и полотенце на крючке.

Я испытывал огромное желание вцепиться в его гнусную физиономию, но он вовремя успел захлопнуть дверцу душевой кабинки. Ужасное чувство. Может нечто подобное испытывал и Хиллард Бяк, когда на него с небес обрушилось содержимое канализационного коллектора? Да нет, его ярость, наверное, была не в пример больше, потому что на него лилась не тепленькая водичка, разбиваемая распылителем на тонкие струйки тропического дождя, а натуральное вонючее дерьмо. Теперь понятно, почему у него элементарно снесло крышу. Так, надо срочно взять себя в руки, конфронтация с Холлидеем до добра не доведет. Похоже, он уже поднаторел в разборках с такими, как я, и если я продолжу в том же духе, он провернет нечто подобное при свидетелях, а это уже будет не смешно. У меня здесь задание, и в него отнюдь не входит воспитание педагогов, использующих грязные приемы.

– Справился, да?! – Зло поинтересовался я у Холлидея, появляясь из санузла в новенькой форменной одежде и на ходу вытирая влажные волосы полосатым полотенцем.

– Всегда к твоим услугам, Питер. – Услышал я в ответ. Похоже, наша потасовка вовсе не утомила этого придурка. – Но учти, Пит, в дальнейшем я не смогу уделять тебе столько внимания. У меня на попечении еще пятеро таких, как ты. Быть каждому из них мамкой и папкой – непосильный труд. Так что, имей это в виду, когда в очередной раз тебе захочется повыпендриваться.

«В гробу я видел такое внимание. – Пронеслось в моей голове. Мне вполне хватало «внимания» моего отца. И терпеть такое от совершенно постороннего мне человека я не собирался».

– Приму к сведению. – Зловеще прошептал я и швырнул мокрое полотенце на кровать. – И не смей больше называть меня Питом. Я Питер. Куда мне дальше идти?