Ты не найдешь ответ Глава 3

Глава 3 (будет дописано продолжение)

Так и получилось, что Мира стала частью их семьи. Кто сказал, что жизнь обязана давать нам именно то, о чем мы просим? Адам хотел брата, а получил сестру. Проведение не волнуется о таких пустяках, как детали.
— Мам, но ведь это девочка, — жалобно прошептал Адам матери, сидя за столом на кухне и расправляясь с котлетой, — а ты обещала взять мальчика, почему?
— Девочка, мальчик, какая разница? Не было мальчиков, была только она да какой-то инвалид, 6 лет, а двух слов связать не мог. Доедай и иди знакомься, в один класс ходить будете.
Эта идея еще меньше понравилась Адаму. Он насупленно продолжал есть, чтобы как можно дольше оттянуть момент знакомства.
Покончив с ужином, он пошел в зал. Зал также служил спальней для мамы. Чтобы войти в зал, нужно было пройти мимо комнаты отца — она была небольшая, но это была единственная комната с дверью. Артур не помнил, чтобы когда-либо туда заходил. Не потому, что ему запрещалось это делать, просто ему было не любопытно. Сколько он себя помнил, мама никогда не говорила спокойно с его отцом. Если слов было недостаточно, она хватала все, что попадалось ей под руку, и бросала в отца с меткостью, которой бы позавидовал олимпийский чемпион. В конце концов, это были годы практики. Отец никогда не защищался. Единственное, что он мог — это шепотом бросать ругательства, убегая от очередной летящей в его голову тарелки. Или вазы. Или тапка. Зависит от того, где разворачивалась бойня.
У Адама была самая дальняя и холодная комната, но там он жил один. В комнате стояла двухъярусная кровать, второй ярус которой использовался как склад для зимних или летних вещей, в зависимости от сезона.
Войдя в зал, он не увидел ни сидящей на полу девочки, ни его вещей, которые еще несколько минут назад были в беспорядке разбросаны на полу. Его сердце упало в пятки, и он бросился в свою комнату. У комнаты не было двери, проход был слишком широкий для этого. Вместо этого у входа стояла двухъярусная кровать, которая вместе с лестницей на второй ярус выполняла роль стены или помогала создать ощущение комнаты.
— Что ты здесь делаешь? — Адам не мог поверить своим глазам. На том месте, где он обычно спал, сидела девочка, и вокруг нее были разложены школьные тетради, ручки и фломастеры, которые она методично складывала в старенький непонятно откуда взявшийся чехол. Все эти вещи Адам видел впервые, но было понятно, что они прослужили уже не один год. Школьный портфель был сильно изношен, обложки у тетрадей — помяты, и сами тетради были слишком тонкие — словно в них уже кто-то писал и затем вырвал исписанные листочки, карандаши наполовину исписаны.
Девочка подняла на него свои светлые глаза, в которых читался вопрос.
— Здесь нельзя сидеть. И вещи на кровать класть тоже нельзя. Если мама увидит — тебе влетит. Убирай быстрее, пока она не зашла.
Адам не успел закончить, как раздался звук маминых шагов. Не дожидаясь, пока девочка сообразит, что от нее требуется, Адам сгреб все вещи с кровати и, таким же натренированным движением, как мать бросалась предметами в отца, Адам перебросил все, что было на кровати, на стол, при этом успев стащить с кровати и девчонку.
— Ну и бардак развели, убрать все, живо! — прокричала она, обведя комнату недовольным взглядом.
Девочка продолжала смотреть на Адама все тем же взглядом, в котором вопрос читался уже в обоих глазах.
— Я же тебе сказал, здесь нельзя сидеть. Только спать. Вон стул, садись.
Адам обошел девочку сзади и подтолкнул под нее стул. Она так и не проронила ни слова, оставаясь стоять и вполоборота смотреть на Адама.
— Меня Адам зовут, а тебя? Ты можешь спать внизу, если так хочется, но давай потом поменяемся, ладно? — Она впервые улыбнулась ему и кивнула. Почему-то Адам почувствовал, что ему стало легко.