Дачники

               
                Моей жене и верному другу.
   
                «Старость изумительные годы               
                Окончены заботы и мытарства.               
                Полностью зависим от погоды,      
                Жены, потомства и лекарства»
                (И. Губерман)


    Вечная дачная тема на которой ломали перья более или менее известные и неизвестные писатели. На которой подъедались многие эстрадные хохмачи.  Вот заря 20 века, первые годы. Закончилось царствование Александра Третьего - Мироносца. Россия получила так необходимые ей всегда 20 лет спокойной и мирной жизни. Еще нет войны с Японией, Цусимской катастрофы флота, не сдан Порт-Артур, нет смуты «Первой русской революции» за неприятельские деньги. 

    «Это май чародей, это май баловник, веет свежим своим опахалом». Дворяне по состоятельнее выезжают в ставшие редкими «дворянские гнезда» Служащие разных ведомств, чиновники различных «присутствий» тысячелетней Российской империи на лето выезжают на дачи- благоприобретенные или арендованные на лето. Таинство и торжество ежегодного пробуждения природы весной, подобно чуду Воскрешения. Каждый распустившийся цветок, былинка, щебет птиц поют гимн новой жизни - Славу и хвалу его Создателю. Описывать в красках сии чудеса не сподобил меня Господь. Ограничусь этим вступлением.

    Представим себе описанный классиками быт дачников начала прошлого века, с неспешными чаепитиями по вечерам в кругу семейства с разного возраста детьми или хорошими знакомыми-соседями и приезжавшими гостями, с рассуждениями о достижениях культуры, науки и техники, судьбе России. Вечерами  музицировали, читали стихи, а  также разыгрывались любительские сценки  из различных спектаклей. На столах стояли вазы с первоцветами и сиренью.

«У военных и юнкеров начинались летние лагеря:
Поют юнкера гвардейской школы
Трубы литавры на солнце горят
Лети песнь моя, любимая
Буль, буль бутылочка казенного вина!
Справа и слева идут институточки
Как же нам, братцы, равнение держать!
Здравствуйте дачницы, здравствуйте милые
Съемки у нас юнкеров начались
Съемки примерные, съемки глазомерные
Вы научили нас женщин любить!
Съемки кончаются, юнкера прощаются,
До чего короткая гвардейская любовь
Лети песнь моя, любимая
Буль, буль бутылочка казенного вина!
Грянем Ура –лихие юнкера
За Матушку Россию и за Русского Царя!»
(Песня юнкеров Николаевского кавалерийского училища)

    Молодые люди, распевавшие эту походную песенку, сложат свои головы в Японскую, Первую мировую (Вторую отечественную) и еще более страшную Гражданскую войну. Умрут от болезней и непосильного труда в концлагерях новой России, покинут Родину и упокоятся на чужбине. Эти дачные посиделки с влюбленностями и мимолетными романами, останутся только в воспоминаниях, музыке и живописи.

    В 1994 году фортуна улыбнулась фронтовику тестю. Через каких- то 40 лет после Победы и еще тридцатилетней безупречной службы в Вооруженных Силах, работы на благо Родины в госпитале до 60 с гаком. Он, как ветеран войны, получил «безвозмездно, т.е. даром,» 10 соток целины с деревцами и кустарниками в садоводческом товариществе одного из крупных заводов. Правда, недалече располагался полигон бытовых отходов, в просторечье-свалка с многолетней историей. 
 
    Это соседство чувствовалось при перемене ветра, либо в сырые дни и туманные ночи. Свалка часто горела «озонируя воздух». Товарищество образовалось еще при «родной советской власти,» которая проявила чуткость и заботу к человеку труда и фронтовикам-ветеранам. Партийные функционеры и служащим администрации города, выделялись участки в других, более экологически чистых местах. Партайгеноссе областного масштаба «тем паче,» получали наделы и дачи в наиболее чистых и живописных местах.

    Дабы попасть в «Садовое товарищество» нужно было доехать до остановки «Речной вокзал» Выстоять очередь желающих попасть в видавшее виды средство передвижения-автобус, набивавшегося дачниками с вилами, лопатами и другими сельскохозяйственными агрегатами, как банка шпрот. Доехать до остановки на междугороднем шоссе, а уже оттуда, сокращая путь через лес и высоковольтную линию, марш - броском на вожделенные сотки.

    Как пели в революционные годы: «Дела наши пошли любо –мило сколько сразу нам земли привалило!» Это не прежние шесть соток со строго регламентированным размером дачного домика, где второй этаж считался буржуазным излишеством. Вскормленная поколениями хлебопашцев тяга к земле проявилась у рядовых дачников в полной мере. Сколько советская власть не выкорчевывала «частно – собствен - инстинкты» выковывая «человека новой формации», самые трудолюбивые, предприимчивые, трезвые мужики покидали обжитые предками места пополняя пролетариат на ударных стройках социализма, заводах и фабриках.

    Деревня умирала, как до этого умерли Храмы и Вера, крепкие хозяева и многодетные семьи. В деревне оставались в большинстве своем неудачники. Не считая сельской интеллигенции, счетоводов, бригадиров. правления и других нахлебников. Все дачники стали усердно возделывать свои наделы. Не стали исключением тесть и теща Евгения Кузнецова, служившего в это время на Дальнем Востоке. Родителям жены было уже прилично за шестьдесят лет! Они имели две инвалидности на двоих. Подсобить поднять целину была привлечена супружеская пара таких же престарелых родственников. Большого риска были люди.

    Дочь Елена, мягко говоря не испытывала восторга от обладания родителями одной десять соток - «залежной» земли и их энтузиазма тоже. Однако, всплакнув. оказывала посильную и непосильную помощь на «рабском участке». Приготовление пищи для коллектива трудящихся, как и неизбывная женская печалька-мытье посуды. Вскоре завод стал акционерным обществом и забыл про подшефный СНТ, водопровод умер первым. По всему товариществу началась «битва за урожай».

    Каждая сажень земли была распланирована под сельхоз. культуры. Картошка сажалась шеренгами и рядами, как солдаты на плацу. В «хрущевках» хранить ее было негде. Прорастая и усыхая урожай, по большей части пропадал. Огурцы, помидоры, морковь, свекла   раздавались родственникам и знакомым. Кабачки, похожие на подсвинков, можно было обнаружить в самых неожиданных местах, даже на крыльце дома.

    Строение временного укрытия от стихии, приготовления пищи и одновременно хранения урожая и сельхозинвентаря, напоминало блиндаж после артналета. Сквозь одну   стену можно было увидеть соседей, а при дожде приходилось подставлять под струйки ведра. Возведение капитальных жилых строений в «святые девяностые» могли себе позволить только немногие счастливчики -вписавшиеся в рыночные отношения, либо трансформировавшие «деревянные» накопления в валюту «вероятного противника». Советские пенсионеры, оставшись верными принципу «государство нас не обманет», остались после дефолтов ни с чем. Не считая инфарктов и инсультов. Не стали исключением и родители жены.

    Закончив государеву службу по выслуге лет, Евгений Кузнецов принял активное участие в дачной эпопее. Пригодились знания, полученные на заре туманной юности в строительном техникуме и навыки, переданные в детстве отцом. Была доведена до ума кухня. Появился колодец. Домик любовно обшивался «вагонкой» внутри и снаружи. Евгению приходилось, жонглируя подолгу висеть на малярной кисточке. Доставка   на машине к даче и обратно в город, «отдохнувших» до потери пульса родственников-дачников, было его   долгом и повинностью.  Работая как «свободный художник» в адвокатской профессии Кузнецов мог это себе позволить- не зная слова «начальник» и слова «будильник».

    Радости дачного отдыха, тяготы и хлопоты в полной мере легли на хрупкие плечи супруги-Елены Викентьевны, казалось, она не знала усталости и хандры. Любое дело в ее руках спорилось Работая заведующей отделением госпиталя, то есть на самом переднем крае борьбы за здоровье военнослужащих, начиная от младших суворовцев и заканчивая военными пенсионерами, тогда еще с несовершеннолетними чадами и женами-домочадцами.

    Театр начинается с вешалки, так и лечебное заведение начинается с приемного отделения. Заведовать отделением из полутора десятков медицинского персонала прекрасно-капризного пола, потруднее, чем командовать в мирное время батальоном мужчин. Как в три летних месяца дать возможность всем предоставить   кусочек законного отпуска. Это же математика высшего порядка, а найти правильный подход к каждой своенравной подчиненной единице?

    Будучи врачом высшей категории, но работая на не аттестованной должности, Кузнецова получала зарплату в разы меньше чем денежное содержание врачей –офицеров, даже имевших в подчинении двух – трех медсестер. Воинскую дисциплину, учебные ночные тревоги никто для гражданских служащих не отменял, как и суточные дежурства. В начале своей карьеры тридцатилетняя начальница ходила получать деньги после имеющих большой трудовой стаж и с его учетом зарплату медсестер, стыдно было. Обучаясь в ординатуре, ведя больных и студентов в благословенное брежневское время в 80 году-получала 100 рублей.

    В брежневское время ценился человек рабочей профессии, трудившийся часто в полу-пьяна. Рай для нищих, партийных функционеров и торгашей, сидевших на дефиците. Еще Иосиф Виссарионович на просьбу наркома Семашко увеличить зарплату врачам ответил: «Хороший врач прокормит себя сам!» Елена Викентьевна придерживалась правила: «Профессионал - это тот, кто работает хорошо и по - другому не может!». Старалась знать больше чем   другие и работать больше чем остальные.

    Несправедливость допустила Родина и при расчете ее пенсии с коэффициентом. Кузнецов шутил по этому поводу, что маленькая пенсия женам назначается из государственных интересов. С возрастом пропадает интерес к мужьям, а хлопоты и заботы о них возрастают. Вот «партия и правительство» и принимают меры к укреплению семьи, назначая бывшим служивым приличные пенсии, дабы было что переносить с помощью банковской карты пенсионера в медицинские учреждения и аптеки. Скромная пенсия оберегает от различных излишеств: молодых барышень,   поездок в страны вероятного противника, казино и других соблазнов!
 
    На даче еще не было бани. Тесть Кузнецова решил   помыться по - японски в бане - бочке. Японцы изготавливают бочку из дерева. Бочка, в зависимости от достатка хозяев, может быть большой или маленькой. Бочку наполняют всего один раз за вечер. Затем ею пользуются все члены семьи Вода в течении всей помывки не меняется. В такую ванну принято заходить чистым и в саму бочку мыльная пена не проникает. Викентий Вениаминович японскими условностями и традициями понебрежил.
 
    Купался в обыкновенной двухсот литровой железной бочке. Попав туда при помощи приставленной лестницы. Намыливаясь и отфыркиваясь, явно наслаждаясь нагретой солнцем водой. Закончив плескаться, тесть вдруг понял, что из бочки на свободу самостоятельно выбраться не может. После ряда тщетных попыток и при помощи, любимой в армии «такой- то матери» позвал зятя подсобить выбраться из неожиданного плена.

    Когда у Кузнецова еще не было машины и необходимо было поспешать на проходящий автобус, теща Жени имевшая слабое больное сердце, после трудового дня, потеряла сознание. Тесть-медик растерялся. Все пассажиры тоже. Дочь Елена, не потеряв присутствия духа, профессионально вырвала ее из объятий смерти. Летние дни не тянулись как в детстве, а летели. За ними годы. Родители жены ушли из жизни тихо, не доставив хлопот и оставив о себе светлые воспоминания. Земля им пухом и Царствия Небесного.

    Дача постоянно требовала мужских рук. Выйдя в отставку Евгений Кузнецов крамольно – наивно мечтал, что будет ездить на охоту и рыбалку, купаться в речке ходить по грибы. Эти мечты пресекла жена и суровая правда жизни. После «ценных специалистов» из Средней Азии «Равшана и Джамшута» приходилось часто переделывать, а брали они за работу в конвертируемой валюте или по курсу. Двухэтажный неказистый домик обзавелся новомодными, пластиковыми оконцами и они больше не плакали во время дождя.

    Дом вместе с   русской банькой оделись в импортный сайдинг. Даже пластиковые ставни прилетели из США к изумлению   пассажиров рейса. Фундамент приобрел облицовку декоративным натуральным камнем. Входная группа-крыльцо и дверь были обклеены искусственным, изумрудного цвета материалом, который удачно гармонировал с разноцветной плиткой, скульптурой девушки с кувшином и мраморной крошкой дорожек.

    Деятельная Елена – Премудрая, она же Трудолюбивая, она же Заботливая и Хозяйственная принялась за ведение дачного хозяйства с удвоенной энергией и упорством. Так как привыкла делать все в жизни обстоятельно, качественно, прилежно и аккуратно. Каждое дело в ее руках спорилось. Трудолюбие-это не награда матери природы и не Дар Божий. Оно воспитывается с младых детских лет. Девочек ранее готовили к нелегкой женской доле, так была воспитана и Леночка. На дачной кухне и в городской квартире всегда была идеальная чистота и порядок. Пища всегда приготовлена, даже в редкие дни размолвок с мужем.

     Из всех женских недостатков Елена Викентьевна имела только один. Непременно высказывая свое «особое мнение» по любому вопросу с рядом замечаний и поправок, являясь мастером виртуозом разговорно-переговорного жанра. Женщина не виновато в том, что она всегда права. Слава Богу ее взгляды совпадали с мужниными по политическим вопросам. Нельсон Мандела провел 27 лет в тюрьмах ЮАР, где его избивали и пытали. После освобождения   вернулся к жене, прожил шесть месяцев и сказав: «Больше не могу терпеть это и развелся».

     Большая жизненная удача Кузнецова, заключалась в том, что супруга панически боялась летать на самолетах, недолюбливала поезда, не любила санатории с их больничным режимом Предпочитая теплоходы и автомобильные путешествия по «Золотому кольцу». Это давало Жене, небольшую частичку свободы и воли, которой он не преминул воспользоваться. Путешествия проходили часто с такой же супружеской парой. Аксиома что жизнь состоит из впечатлений, и вроде бы в утешение «о чем будет вспомнить». Хотя в старости   чаще вспоминаешь куда положил ключи, телефон и очки. То, что 45 лет прекрасный возраст, понимаешь только после шестидесяти.

     Любимица хозяйки-открытая веранда была застелена синтетическим материалом, стилизованным под зеленую   травку, плюс домотканный половик под старину, расшитым рейками   потолком, который было облюбовали птички. выклевывая «крупу» потолочной плитки. Хозяйке изумрудного дачного подворья очень понравились и банные процедуры, отнюдь не в пресловутой бочке, а в русской баньке. Тем более, что летом в городе были большие перебои с горячей водой.

     Елена Викентьевна, любившая порядок во всем, обращалась во всевозможные инстанции, даже депутату местного разлива. Он сказал, что сам иногда моется у знакомых. На что острая на язычок Кузнецова ответствовала, что депутат, видимо, моется у своих знакомых женщин, а у нее, возрастной женщины, таких   знакомых нет. На риторический вопрос, чем от Вас отличается депутат, она лаконично ответила: «Тем, что он депутат».

     Елена была в хороших отношениях со всеми соседями, обладая   дружелюбным    характером и удивительным даром общения. Не отказывая в медицинской и иной помощи ее приветливость создавала дополнительный дачный комфорт. Дружила она и с правлением «Товарищества», а также птичками, ежиками, лягушками и даже кротом.  Кузнецов его изловил, а сердобольная   Леночка отнесла его на соседний участок. Стервец не преминул вернуться и изрыть в отместку землю. Правда, к гусеницам, муравьям, импортным большущим слизням и другим вредителям Лена была беспощадна, как НКВД к врагам народа.

     Однажды, не в самый удачный день, хозяин взгромоздился на «конек» парника. Парник был сварен их советского металла, подходившего   для бронетехники. Известно, что «медаль за бой» и «медаль за труд из одного металла льют» Китайские саморезы начисто отказывались в него вгрызаться. Спуск на землю также прошел с осложнениями. Не имея парктроников и зеркал заднего вида, Евгений обратился за помощью к жене дабы направляла движение задним ходом по деревянной лестнице. Ступени-перекладины которой были на значительном расстоянии от друг от друга, супруга отрегулировала движение так, что Евгений попал в западню, зажатый поперек туловища перекладинами как Винни-Пух на выходе из дома Кролика, вывинчиваясь из неожиданного плена усилиями всех, еще не одряхлевших мышц.

     Чтобы дело мастера боялось, он должен знать много страшных слов! Кузнецов их знал. Сказывалась профессиональная деформация времен службы. Мстя была подана холодной вечером. Женя подбросил на садовую дорожку черный брючной ремень, сильно походивший в сумерках на змею, которых   как все женщины она панически боялась. Недалече находилось селение не случайно названное- Змеево. За эту шалость Женя, чуть было не был лишен ужина!

     Посиделки с соседями с шашлыками, приготовленной на дачной коптильне рыбой с напитками по вкусам и пристрастиям с годами и возрастом соседей-дачников сошли на нет. Супруга стала покорять второй этаж дома по крутой, также «изумрудной» лестнице, пару-тройку раз в сезон, опираясь на все четыре конечности. Евгений не мог отказать себе посмотреть на это восхождение. Билет, проявившей коммерческую предприимчивость супруги. обошелся в 100 рублей, но зрелище того стоило. В определенном возрасте, если хочешь увидеть «небо в алмазах,» либо «северное сияние», достаточно утром резко встать с постели, сопровождая подъем эротическими   стенаниями. В старости перестаешь завидовать богатым и начинаешь завидовать здоровым.

     Для устрашения мышей была впрок запасена шерсть персидского кота. давно уже почившего в кошачьей бозе. По причине беззаветной Леночкиной любви к котам, они были хозяевами в доме, иное даже не обсуждалось! По этой причине Кузнецовы через пару дней вынужденно приезжали в квартиру. Ведь там кормилицу ждали двое хвостатых «невыездных» питомца! Однажды по дороге захватили попутчицу, которая оставила на заднем сидении автомашины нижнюю часть купального костюма. Хорошо что в машине была жена. Иначе эта находка была бы тем еще сюрпризом. Объяснение что подвозил купальщицу вряд ли бы убедило супругу!

     Молодое племя 21 века, воспитанное часто только материнской заботой, напрочь утратило трепетное отношение к земле родителей, бабушек и дедушек. Дачи рассматриваются как лужайки выходного дня для шашлычно-барбекюшных мероприятий.  Любовно ухоженные родителями дачные сотки участки используются для принятия солнечно-воздушных ванн, плетения венков, причем представителями обоего пола. Не стало слышно на дачах и во дворах гитарных переборов. Канули в лету веселые дачные забавы-игры.

     Молодежь до почти годовалых погрузились в гаджеты. Молодость - веселиться, старость- браниться! История развивается по спирали. Еще Сократ писал до нашей эры: «Нынешняя молодежь привыкла к роскоши, она отличается дурными манерами, презирает авторитеты, не уважает старших, дети спорят со взрослыми, жадно глотают пищу, изводят учителей».  Занавес! Нервничать уже вредно, бояться поздно, остается только жить в свое удовольствие!
 2025г.