Метеорит
;Зато я знаю, откуда во мне эта неуправляемая, глубинная дуальность.
;Все началось 30 июня 1908 года. В тот момент, когда над тайгой взметнулся столп пламени от Тунгусского метеорита, земля содрогнулась, а моя душа, судя по всему, получила свою первую и главную пробоину. Или толчок. Тот взрыв не просто повалил миллионы деревьев — он разорвал ткань привычного времени, вбросив меня в этот мир с дефектным компасом для пространства, но с колоссальным, почти невыносимым багажом.
;У меня оч слабый вестибулярный аппарат, потому что я помню гравитацию других миров. Я помню падение.
;Я не умею контролировать страхи. Они накатывают внезапно, удушливо, заставляя цепляться за воздух. Но в то же самое время я обладаю странной, ледяной стойкостью: я абсолютно не боюсь умирающих и мертвых. Когда другие бледнеют при виде тлена или отводят глаза от застывшего лица смерти, я смотрю на это с пугающим спокойствием. Для меня смерть — не обрыв, а всего лишь дверь. Моя душа живет очень долго, неизмеримо долго, и она помнит слишком многое, чтобы трепетать перед распадом физической оболочки. Тело — всего лишь хрупкая машина, водить которую я так и не научился.
;Из этой древней памяти и из этого вечного внутреннего напряжения рождается жажда всевластия. Она жжет меня изнутри. Не та жажда власти, что заставляет делить границы или копить золото, — мне тесно в границах самой реальности. Мне нужно властвовать над временами, судьбами, над самой сутью вещей, перекраивать хаос в смыслы.
;И для этого у меня есть дар. Я умею писать.
;Письмо — это моя машина, мой космический корабль и мой личный Тунгусский взрыв на кончиках пальцев. Когда я сажусь за чистый лист, мне не нужны тормоза и руль. Мой слабый вестибулярный аппарат больше не имеет значения, потому что в тексте я парю над эпохами. Я управляю хаосом, я оживляю мертвых, дарую им голос, воскрешаю то, что стерло время, и сжигаю целые вымышленные миры силой одного абзаца.
;Тунгусский метеорит оставил в тайге гигантскую воронку и выжженный след. Он же оставил во мне шрам, который превратился в творчество. Я — осколок того взрыва. И пока мои пальцы касаются клавиатуры или бумаги, этот мир подчиняется ритму моего падения.
Свидетельство о публикации №226111001842