Цирк и театр Средневекового Багдада
Ночью элита Багдада, включая молодых принцев, поэтов и богатых купцов, устремлялась за стены. Таверны при христианских монастырях или в кварталах Аль-Карх были центрами ночной жизни. В этих заведениях аодавали запретное финиковое и виноградное вино из южного иранского Шираза*(Шираз — один из древнейших и красивейших городов Ирана, расположенный в олине гор Загрос. Его называют «городом поэзии, роз и садов», а до исламской революции 1979 года этот регион был всемирно известен своим одноименным сортом вина. В XVIII веке, при правителе Керим-хане, Шираз даже успел побывать столицей всей Персии.), выступали персидские танцовщицы, а гости сбрасывали с себя маски строгой набожности. Виночерпиями часто работали утонченные юноши и девушки, а интерьер украшался шелками и благовониями.
Багдад породил целую плеяду «подпольных» поэтов, главным из которых был Абу Нувас* (Абу Нувас (аль-Хасан ибн Хани аль-Хаками, ок. 756–814) — один из величайших арабских поэтов эпохи Аббасидского халифата, заслуживший мировую славу как главный «винный поэт» исламского Золотого века.) — любимец халифа Харуна ар-Рашида, ставший героем сказок. Он создал совершенно новый жанр арабской поэзии — хамрийят* (винная поэзия).
В ночных тавернах устраивались поэтические баттлы. Один поэт выкрикивал сложную строфу с заковыристой рифмой, высмеивающую судей, власть или религиозных догматиков. Его оппонент должен был мгновенно, экспромтом, продолжить стихотворение в том же ритме, переиграв соперника в остроумии.
Эти стихи были дерзкими, эротичными и сатирическими. Утром весь Багдад, включая рыночных торговцев, пересказывал ночные вирши Абу Нуваса, а сам халиф часто лишь посмеивался, цитируя запретные строки в своем Тронном зале.
Пока знать развлекалась во дворцах под аккомпанемент лютен и утонченной поэзии, простые багдадцы — ремесленники, портовые грузчики и торговцы — заполняли площади и перекрестки дорог в поисках доступных зрелищ.
В Багдаде был невероятно популярен театр теней. За тонкой белой ширмой, подсвеченной масляными лампами, кукловод двигал плоские фигурки из верблюжьей кожи.
Арабский театр теней (хиял аш-зилл) зародился и достиг своего расцвета на средневековом Ближнем Востоке во времена Аббасидского халифата (VIII–X века) со столицей в Багдаде. Изначально он пользовался огромной популярностью как среди простого народа, так и при изысканном дворе багдадских халифов, считаясь одной из самых возвышенных и философских зрелищных форм своей эпохи. К XII–XIII векам, в эпоху мамлюков*(эпоха мамлюков (1250–1517 гг.) — это блистательный и суровый период в истории Ближнего Востока, когда у руля могущественного султаната со столицей в Каире встала уникальная каста воинов-рабов. Термин «мамлюк» переводится с арабского как «невольник» или «белый раб». Рожденные в степях Причерноморья или на Кавказе, эти юноши покупались на невольничьих рынках, проходили жесточайшую военную и религиозную подготовку и превращались в элитарную конницу своего времени. К середине XIII века они свергли своих хозяев из династии Айюбидов и основали собственное государств), традиция багдадского теневого искусства переместилась в Каир и Дамаск, окончательно сформировав свой уникальный репертуар.
Спектакли нередко осмыслялись через призму суфизма. Теневой экран воспринимался как метафора земного мира, куклы — как люди, а скрытый кукловод — как Творец, управляющий судьбами.
Марионетки изготавливались из тонко выделанной полупрозрачной кожи животных (обычно верблюжьей или ослиной), раскрашивались яркими красками и управлялись тонкими деревянными или металлическими спицами.
Представления вел рассказчик-декламатор (мухаддис), который читал стихи, менял голоса, импровизировал и комментировал происходящее на экране.
Репертуар сочетал в себе высокую изящную поэзию (рифмованную прозу садж) и площадной, порой откровенно грубый и сатирический юмор для низших сословий. На сегодняшний день тексты багдадских и каирских пьес дошли до нас благодаря знаменитому средневековому драматургу, врачу-офтальмологу и поэту Шамсуддину Мухаммаду ибн Даниялу (XIII век), который записал классические сюжеты того времени.
Основу репертуара составляли три дошедшие до нас монументальные пьесы (трилогия Ибн Данияла):«Призрак воображения» (Тайф ал-Хаял)/Ггорбатый рассказчик Тайф ал-Хаял и его приятель, беспутный старый солдат принц Висал. Устав от разгульной жизни в Каире, где султан Бейбарс начал бороться с пороками и закрыл таверны, Висал решает остепениться и жениться. С помощью хитрой свахи Умм Рашид ему сосватали невесту. Однако во время брачной церемонии, когда с невесты снимают чадру, она оказывается уродливой и дряхлой старухой, которая к тому же тут же падает замертво.
Острая сатира на нравы средневекового общества, чиновников, врачей-шарлатанов и рыночных торговцев. Заканчивается пьеса раскаянием героя и его решением отправиться в паломничество (хадж); «Удивительный и любящий» (Аджиб ва Гариб)
- пьеса-калейдоскоп уличных типажей и народных умельцев Багдада и Каира.фокусники, заклинатели змей, дрессировщики медведей и собак, гадалки, акробаты, астрологи и воры. Каждый из них выходит к экрану, хвастается своим мастерством, показывает трюки и читает стихи о своей профессии.Это культурно-бытовая панорама средневекового арабского города, запечатлевшая жизнь «низов» общества.
«Влюбленный, потерявший покой» (Ал-Мутайям); комедийная драма, построенная вокруг любовного треугольника. Главный герой безумно влюблен и устраивает в честь своей страсти грандиозный пир. На празднике происходят шуточные бои животных: петушиные бои, бои баранов и быков.Это гротескная и карнавальная комедия, изобилующая двусмысленными шутками, пародиями на рыцарские романы и любовную лирику той эпохи.
Пьесы театра теней были народной комедией. Кукловоды безбожно высмеивали глупых судей (кади), коррумпированных полицейских (шурту), жадных багдадских банкиров и хвастливых военачальников. Власти часто сквозь пальцы смотрели на эту сатиру, понимая, что это легальный способ выпустить пар для бедноты.
На площадях вокруг рынков Аль-Карх на коврах садились профессиональные рассказчики. Они разыгрывали перед толпой целые аудиоспектакли — Макамы (плутовские новеллы). Главным героем обычно был обаятельный бродяга, нищий и интеллектуал Абу Зейд, который с помощью хитрости, актерского мастерства и идеального знания арабского языка обводил вокруг пальца богачей, судей и стражников. Толпа взрывалась хохотом и бросала рассказчику медные дирхамы.
Площади города постоянно принимали труппы бродячих артистов:
Огромной популярностью пользовались дрессированные обезьяны из Индии, выполнявшие трюки, и медведи.
Канатоходцы натягивали канаты между минаретами мечетей или крышами лавок. Иллюзионисты глотали огонь, «вытаскивали» монеты из ушей зевак и демонстрировали ранние формы микромагии.
Багдад сочетал в себе утонченность ума и грубость балагана.
В средневековом Багдаде не существовало «цирка» в современном понимании этого слова, однако там процветала богатейшая культура уличных представлений и бродячих артистов.Этот феномен был частью городской субкультуры, известной в арабских источниках как «Бану Сасан» ( «сыны Сасана»). Огромное неформальное братство нищих, бродячих актеров, фокусников, дрессировщиков и трюкачей, которые кочевали по Ближнему Востоку.
Дрессировщики выполняли трюки под музыку. Особое место занимали заклинатели змей.
Местные «маги» искусно владели техниками уличного обмана — глотали мечи, «выплевывали» огонь, совершали трюки с исчезновением предметов.
багдадских домов или рыночных лавок, выполняя опасные кульбиты.
Одиночные артисты (муша`бизун) устраивали комические театрализованные представления на площадях, собирая вокруг себя толпы зевак.
Багдад как столица «Золотого века ислама» был плавильным котлом культур: здесь смешивались античные, персидские и индийские традиции уличных зрелищ, которые позже, через Византию и Испанию, во многом повлияли на европейских жонглеров и шпильманов.
Известный поэт Аббасидского периода Ди`биль аль-Хузаи (IX в.) открыто угрожал повару халифа аль-Мамуна, что если тот его обидит, поэт «выставит его мать на позор в шоу театра теней».
Суфийские мыслители Багдада использовали театр теней как религиозную метафору. Они учили, что наш материальный мир — это лишь белая ширма, а люди — куклы, которыми за занавесом управляет Творец (невидимый кукловод). Даже знаменитый имам аш-Шафии посвятил этому строки.
Багдадские мастера создали уникальную эстетику, которая отличалась от китайского первоисточника. Куклы были из специально обработанной, истонченной и высушенной кожи ослов, верблюдов или коз. Кожа перфорировалась мелкими узорами и раскрашивалась натуральными красками. В темноте, при свете масляной лампы, куклы казались зрителю яркими полупрозрачными витражами.
Фигурки крепились к деревянным или бамбуковым спицам. Кукловод (мухайиль) искусно управлял ими за натянутым белым полотном.
Один человек озвучивал десятки персонажей, меняя голоса, читая стихи и распевая куплеты под аккомпанемент лютни (уд) и бубна (дафф).
Спектакли багдадского театра теней делились на два кардинально разных типа:
Устраивались в домах знати и халифов во время праздников и ночей Рамадана. Это были благопристойные исторические, назидательные или аллегорические хроники.
Проводились на рынках и в кофейнях для простого люда. Вот здесь цензура отсутствовала полностью. Актеры безжалостно высмеивали коррумпированных судей (кади), глупых стражников, жадных купцов и даже политические события (вплоть до свержения правителей). Юмор уличных пьес часто был грубым, гротескным и непристойным, из-за чего на такие показы не пускали женщин.
Самой важной фигурой арабского театра теней стал Ибн Данияль (1248–1311). Он родился в Ираке (Мосул), но из-за монгольского нашествия на Багдад бежал в Каир.
Ибн Данияль был практикующим врачом-окулистом, но вошел в историю как блестящий поэт и драматург. Он первым записал тексты для театра теней (до этого актеры импровизировали). Его пьесы (например, «Тайф аль-Хайяль» — «Призрак воображения») дошли до наших дней и признаны единственными уцелевшими образцами подлинной средневековой арабской драматургии.
Среди персонажей пьес Ибн Данияля были жулики, сводни и пьяницы.
Багдадский театр теней трансформировался в османский Карагёз.
Трансформация арабского (багдадского и каирского) театра теней в османский «Карагёз» — это результат османского завоевания Ближнего Востока в XVI веке и последующей культурной адаптации. Главной исторической вехой этого перехода стал 1517 год.
Хотя теневое искусство процветало в Багдаде эпохи Аббасидов, к XVI веку его главным центром на Ближнем Востоке стал мамлюкский Каир. Когда в 1517 году османский султан Селим I завоевал Египет, местный кукольник показал ему на прозрачном экране детальную и реалистичную сцену казни последнего мамлюкского султана Туман-бая. Султан был настолько впечатлен, что щедро наградил мастера и приказал привезти египетских и багдадских артистов в Стамбул.
Их главной задачей на первом этапе было развлечь молодого принца — будущего султана Сулеймана Великолепного.
Арабские куклы из Багдада и Каира были довольно крупными, статичными и изготавливались из плотной, почти непрозрачной кожи. На экране они выглядели как четкие черные силуэты,настоящие «тени».
Османские мастера изменили технологию: они начали делать фигурки (tasvir) из тончайшей, тщательно выделанной и обработанной верблюжьей или бычьей кожи.
Кожу стали раскрашивать яркими полупрозрачными красками и покрывать лаком. На османском экране куклы начали пропускать свет и сиять цветными красками, превратившись из черных теней в красочные витражи.
С падением Багдада под натиском монголов в 1258 году и последующим закатом Аббасидов традиции багдадского теневого театра были переняты другими культурами. Мамлюки сохранили это искусство в Египте, а в XVI веке, после османского завоевания арабских земель, на основе этой средневековой традиции вырос знаменитый турецкий народный театр теней Карагёз.
Попав на турецкую почву, восточные сюжеты смешались с местными легендами города Бурса. Популярная легенда гласит, что реальные прототипы — веселые строители Хадживат и Карагёз — так сильно отвлекали рабочих от возведения мечети своими шутками, что были казнены султаном. Позже, раскаявшись, общество увековечило их образы на театральном экране.
Свидетельство о публикации №226111001969