Давно за молоком

Спортивные школьники едут с тренером в деревню Нехлюдово за свежим молоком. Едут они на моторной казанке, тренер рулит прямо по стрежню речки Медведицы, устремляясь между бакенами, мигающими тусклыми огнями. Река расступается клубами вечернего тумана, ветер пробирает ознобом, а на плывущем мимо высоком берегу, под корабельными соснами дымят костры туристов.  Может там гитары? Может там сидят у костров и поют нестройными голосами? Может выпивают? Дети их, наверное, уже спят на надувных матрасах в застёгнутых от насекомых, брезентовых палатках. Дым стелется над остывающей водой, и не верится им, что завтра опять будет жаркий, томный, бесконечный день, с купанием в торфяной воде и с рыбой по локоть, улыбающейся в объектив фотоаппарата Зенит TTL.

Казанка мчится мимо по ровной речной глади, гремят о клёпанные борта пустые молочные бидоны, свистит ветер, берега летят назад туда, где летний день стремительно обращается сумерками.
В деревне Нехлюдово, посередине главной дороги, стоит огромная лужа, она подходит к самому дому возле которого, на скамейке  сидят бабульки в платочках, а пузатый боров Борька, медленно валится в эту тёплую лужу, поднимая грязную волну и упав, с довольством ворочается там, пока бабульки его ласково обругивают дураком. Видно, что борову очень хорошо, он понимает слова бабулек, млеет, жмурится и ерзает от счастья в благодатной грязи.
Тихо тут вокруг, нет никакого движения по гнилодосчатым дорожкам, черно-бело с серым по замершими кустами, очень  комарино, темно в глазах от рубленных изб и нет нигде никакого огня,  кроме выходящей над лесом Луны. Тени чернеют, ползут через лужу к беззаботному Борькину боку...
Казанка приткнута на мелководье, к ней школьники с натугой тащат, из чьих-то темных сеней, наполненные молоком бидоны.
Корова протяжно мычит в сарае и в первозданной тишине, отчётливо слышен звук отсчитываемых купюр.

Во тьме речной глади обратного пути, на высоком туристическом берегу слабо светятся красные угли костров. Там, наверное, все уже уснули, отложив свои гитары и только филины беззвучно чертят над лагерем, отслеживая мышей, вышедших из под спуда на остатки пьяного  шашлыка...

После лагеря туристов выплыл затон с разрушенным дебаркадером и дежурный огонёк на высокой жердине над самым пирсом.
Подвесной мотор заглох, нос казанки осел, потом поднялся на волне и инерция повлекла лодку к берегу...
Бидоны с молоком прибыли на место.

Теперь, спортивные школьники будут пить это душистое молоко, заедая его чёрным хлебом из Белого городка.