Автобиографическая статья. Янссон Туве

Янссон, Туве (1914-2001) - финская писательница, художница, иллюстратор

Автобиографическая статья Туве Марики Янссон (1914–2001), написанная от её имени
Меня зовут Туве Янссон. Я родилась 9 августа 1914 года в Гельсингфорсе (ныне Хельсинки), в семье, где искусство было не профессией, а способом дышать. Мой отец, Виктор Янссон, был скульптором — строгим, временами угрюмым, но бесконечно преданным своему делу. Мама, Сигне Хаммарштен;Янссон, была художницей и книжным иллюстратором: она успевала всё — рисовать, вести дом, поддерживать нас троих детей и при этом оставаться удивительно чуткой к чужим словам. Именно от мамы я научилась видеть деталь: как ложится тень, как линия может быть и нежной, и упрямой, как рисунок должен не просто украшать страницу, а разговаривать с читателем.

Детство между морем и мастерской
Моё детство пахло краской, мокрой глиной и солёным ветром. Мы каждое лето уезжали на острова архипелага Пеллинки, снимали маленький домик у моря — и там начиналась настоящая свобода. Я бегала босиком по камням, слушала крики чаек, собирала коряги и ракушки, а вечерами рисовала всё это в своём альбоме. Позже именно эти места станут прообразом Муми;дола: его уют, его переменчивая погода, его ощущение, что мир большой и немного таинственный, но дом всегда ждёт.

Рисовать я начала раньше, чем научилась писать. В десять лет мои карикатуры уже печатали в детском журнале, а чуть позже я стала делать иллюстрации для сатирического журнала Garm, которым руководила близкая подруга семьи. Это была отличная школа: нужно было за одну картинку сказать столько, сколько другие говорят абзацем, и при этом не потерять юмора.

В школе мне было скучно и одиноко: я не любила правила ради правил, а учителя не любили мои карикатуры на доске. В пятнадцать лет я ушла из школы и уехала учиться в Швецию, потом вернулась в Хельсинки, ездила в Париж и Флоренцию. Но где бы я ни училась, я возвращалась к одному: рисунок должен быть честным. Если ты рисуешь страх — пусть он будет колючим, если радость — пусть она льётся через край.

Художник прежде всего
Я всегда считала себя в первую очередь художницей. Мне нравилось стоять перед холстом, смешивать краски, чувствовать, как мазок ложится на поверхность. Я писала картины, делала фрески и настенные росписи — их можно увидеть, например, в здании мэрии Хельсинки и в Хамине. Участвовала в выставках, пробовала разные стили, искала свой голос. Но параллельно я продолжала иллюстрировать книги и рисовать карикатуры: это давало деньги и держало меня в ритме, заставляло каждый день брать в руки кисть или карандаш.

И всё же была одна тема, которая постепенно стала моей тайной страстью — маленький смешной персонаж, который сначала был просто шуткой. Его звали Снорк, он был угловатым, почти уродливым, и я рисовала его везде: на полях, на стенах, даже на картоне в уличном туалете нашего летнего домика. Это был мой способ спорить с серьёзностью мира. Позже Снорк округлился, смягчился и превратился в муми;тролля — того самого, которого все знают.

Как появился Муми;дол
Мысль о целой книге пришла ко мне в тяжёлые годы войны. В 1939 году мир казался хрупким и страшным, и мне хотелось создать место, где всегда есть горячий чай, где тебя ждут, где даже самые большие беды можно пережить вместе. Так родился Муми;дол — не просто долина, а дом для всех, кому нужно убежище.

Первую книгу, «Маленькие тролли и большое наводнение», я написала и проиллюстрировала в 1938 году, но опубликовали её только в 1945;м. Она не стала сенсацией, но я не расстроилась: для меня это была проба, способ проверить, могу ли я одновременно быть и рассказчиком, и художником. А вот следующая книга, «Муми;тролль и комета» (1946), вдруг нашла своего читателя. Потом была «Шляпа волшебника» (1948) — и тут уже стало ясно, что я не просто придумала персонажей, а создала целый мир.

Я старалась, чтобы в этих книгах было место всему: страху и утешению, одиночеству и дружбе, приключениям и тишине. Муми;тролли не идеальны: они иногда ссорятся, боятся, устают, но они всегда стараются быть добрее, чем им хочется. В Муми;маме я, наверное, немного изобразила маму: она всё успевает, всё понимает и всегда знает, где лежит варенье. Муми;тролль — это отчасти я сама: любопытная, немного застенчивая, очень привязанная к дому. А Малышка Мю — это та часть меня, которая не терпит скуки и готова перевернуть всё вверх дном, лишь бы жизнь не стояла на месте.

Муми;комиксы и другие миры
Когда популярность муми;троллей выросла, мне предложили делать комиксы. Сначала я делала их сама, потом передала эту работу брату Ларсу — он отлично чувствовал ритм и юмор, и я была рада, что истории продолжают жить. Комиксы научили меня ещё одной вещи: история должна двигаться от кадра к кадру, как кино. Это умение я потом использовала и в книжках;картинках, и даже в прозе: я старалась писать так, чтобы читатель видел сцену, чувствовал её объём и свет.

Но я никогда не хотела быть только «автором муми;троллей». Параллельно я писала книги для взрослых: «Летнюю книгу», «Дочь скульптора», рассказы, где пыталась говорить о сложных вещах — о памяти, о семье, о том, как мы меняемся и остаёмся собой. В этих текстах не было волшебства в привычном смысле, но была та же честность: я писала о том, что знаю и чувствую.

Принципы и метод: как я работаю
Мой метод можно описать несколькими простыми правилами, которые я сама себе задавала:

Рисуй и пиши одновременно. Для меня история рождается не только в словах, но и в линиях. Даже когда я пишу «взрослый» текст, я вижу его как серию картинок.
Доверяй тишине. Не всё нужно объяснять. Иногда пауза, пустое пространство на странице или тишина между репликами говорят громче слов.
Будь добра, но не бойся показывать сложность. Мир не чёрно;белый, и мои герои не должны быть идеальными. Пусть они ошибаются, но пусть стараются делать лучше.
Держи руку на пульсе реальности. Даже в сказке должны быть узнаваемые детали: запах дождя, скрип двери, чашка, которую кто;то ставит на стол. Именно они делают волшебство настоящим.
Не бойся менять стиль. Я пробовала разные техники: акварель, тушь, масло, фреску. Каждый материал диктует свои правила, и это хорошо: так ты не застываешь на одном месте.
Дом, море и остров
Большую часть жизни я прожила в Хельсинки, но моим настоящим домом был маленький остров Кловахарун в Финском заливе. Мы с моей близкой подругой, художницей Тууликки Пиетиля, проводили там каждое лето. Там было тихо, ветрено, иногда почти пустынно — и именно там я могла по;настоящему работать. Тууликки стала прообразом Туу;тикки из «Волшебной зимы»: мудрой, спокойной, умеющей видеть красоту в холоде и темноте.

На острове я писала, рисовала, гуляла, смотрела на море и думала о том, как важно иметь место, куда можно вернуться. Деньги от сувениров и прав на муми;троллей позволили мне выкупить этот остров — и я была этому очень рада. Это значило, что дом останется нашим, что ветер и чайки будут принадлежать не кому;то, а нам.

Признание и отношение к славе
Муми;тролли стали известны по всему миру, их перевели на десятки языков, по ним ставили спектакли, рисовали мультфильмы, делали игрушки. Это было удивительно и немного пугающе: вдруг я оказалась не просто художницей, а «создательницей мира». Я старалась относиться к этому спокойно. Да, я радовалась, что мои истории находят читателей, но мне не нравилась излишняя коммерциализация. Для меня муми;тролли были не брендом, а семьёй, которую я придумала, чтобы кому;то стало чуть теплее в холодные дни.

Среди наград для меня самой важной была премия имени Х. К. Андерсена (1966) — она означала, что детская литература воспринимается всерьёз, как искусство. Но ещё важнее были письма читателей: когда кто;то писал, что нашёл в Муми;доле утешение, что смог улыбнуться в трудный день, — это было лучшей наградой.

Последние годы и завещание молодым творцам
До самого конца я продолжала писать и рисовать. Даже когда силы уже не были такими, как раньше, я брала в руки карандаш и пыталась поймать тот самый свет, ту самую интонацию, которая делает рисунок живым. Я умерла 27 июня 2001 года в Хельсинки, окружённая близкими людьми и книгами, которые любила.

Если бы я могла обратиться к молодым художникам и писателям, я бы сказала:

Слушайте себя. Не гонитесь за модой и не пытайтесь нравиться всем. Делайте то, что отзывается внутри.
Работайте каждый день. Даже если получается плохо — рисуйте, пишите, лепите. Плохие страницы — это тоже часть пути.
Будьте добры к своим героям. Даже если они совершают ошибки, дайте им шанс стать лучше.
Ищите свой дом. Это может быть комната, остров, угол в кафе — любое место, где вы чувствуете себя спокойно и свободно.
Не бойтесь тишины. Иногда самое важное происходит в паузах.
Что обо мне помнят
Меня вспоминают как создательницу муми;троллей, как художницу, которая умела делать простые вещи волшебными, и как автора, который говорил с детьми и взрослыми на одном языке — языке доброты и любопытства. Для кого;то я — автор уютных историй, для кого;то — серьёзная писательница, чьи взрослые тексты полны тихой мудрости. Но, думаю, главное, что осталось, — это ощущение дома: Муми;дол как место, куда хочется возвращаться, чтобы согреться, выпить чаю и почувствовать, что ты не один.